Как вы думаете, будет ли эффективна нынешняя борьба с суррогатом алкоголя в Приморье?

Электронные версии
Исторический клуб

Адмирал повелел: думе быть!

Штрихи к портрету местного самоуправления во Владивостоке
Адмирал повелел: думе быть!
Штрихи к портрету местного самоуправления во Владивостоке Памятная дата в жизни нашего достославного Владивостока: ровно 135 лет назад в городе появилась гражданская представительная власть. Были избраны дума и первый городской голова, им стал отставной морской офицер Михаил Федоров. О первом «мэре» сегодня известно достаточно много и подробно. Между тем история рождения первой городской думы далеко не во всех деталях известна. Как и почему возникла идея ее создания, случайно это или закономерно, что именно в 1875 году? И только ли потому, что нашлись активные граждане в лице Якова Семенова и Михаила Федорова? Большинство исторических хроник указывает, что дума создавалась в соответствии с приказом генерал­губернатора Восточной Сибири Симонова. Дескать, распорядился восточный владыка – и все тут! Утверждение это насколько верно, настолько односторонне и неполно. Низы пожелали, верхи поддержали В начале июля 1875 года главным командиром портов Восточного океана и военным губернатором Приморской области назначается контр­адмирал Густав Эрдман. Имя это сегодня известно разве что специалистам по истории отечественного военного флота. А между тем его роль в развитии восточной окраины и прежде всего Владивостока велика. Столь велика, что его имя следует поставить в ряду самых выдающихся дальневосточников. И хотя служил он здесь сравнительно недолго – пять лет, успел сделать очень много. Едва добравшись к месту новой службы, он тут же решает отправиться в новое дальнее путешествие - по всем подведомственным ему портам. В ходе знакомства пришел к выводу, что именно Владивосток должен стать форпостом России на Тихом океане, а посему инициирует перевод во Владивосток из Николаевска-на-Амуре главного порта. Не откладывая дел в долгий ящик, добивается его укрепления и усиления вооружения. Именно деятельность адмирала Эрдмана по поднятию статуса нашенского города-порта и стала решающим аргументом при отклонении небезызвестного проекта комиссии Обручева по переносу в конце 1878 года порта из Владивостока в Ольгу… За свою выдающуюся деятельность по личной инициативе великого князя Константина Николаевича Густав Федорович награждается, причем вне очереди, орденами св. Станислава и св. Анны 1-й степени. Во Владивостоке Эрдман познакомился с Семеновым, Федоровым, другими общественниками и заверил, что окажет всяческое содействие. Сам немедленно доложил генерал­губернатору Симонову о созревшей, скажем так, гражданской инициативе. Инициатива, разумеется, появилась не на голом месте. В империи уже действовало так называемое Городовое положение, разработанное по предложению Александра II. Повсеместно по стране создавались органы местного самоуправления. И только на Дальнем Востоке в силу малочисленности населения и почти отсутствия городов этот процесс замедлился. Да и инициатив с месте не поступало. А под лежачий камень, как известно, вода не течет… Надобно заметить, что к 1875 году во Владивостоке уже имелся некоторый опыт общественной деятельности в области местного самоуправления. В течение нескольких лет пребывал в ранге общественного старосты Яков Семенов – первый гражданский житель военного поста. Впрочем, об этом сегодня тоже хорошо известно. Гораздо менее известно, что и Семенов не был первым! Еще раньше, во второй половине 60-х годов ХIХ в., когда Владивосток только-только строился, купец Петр Колесников взял на себя инициативу быть посредником между военными и прибывавшим гражданским населением при решении всяких вопросов – хозяйственных, земельных и пр. Активно ему помогал сын Михаил. Колесниковы-то и прорубили первую «просеку» к первому городскому самоуправлению! И вот наступил этот исторический день: 21 ноября 1875 года ¬ выборы в городскую думу. Люмпенам путь во власть заказан Во Владивостоке на тот момент проживали 8837 человек, но только 165 из них получили право голоса. Столь незначительный процент объяснялся жесткими нормами, заложенными в Городовое положение, в котором, выражаясь сегодняшним языком, было прописано, что «всякий городской обыватель, к какому бы состоянию он ни принадлежал, имеет право голоса в избрании гласных при следующих условиях: если он русский подданный; если ему не менее 25 лет от рождения; если он при этих двух условиях владеет в городских пределах на праве собственности недвижимым имуществом, подлежащим сбору в пользу города, или содержит торговое или промышленное заведение по свидетельству купеческому, или же, прожив в городе в течение двух лет сряду пред производством выборов, уплачивает в пользу города установленный сбор со свидетельств: купеческого или промыслового на мелочный торг, или прикащицкого 1-го разряда, или с билетов на содержание промышленных заведений и если на нем не числится недоимок по городским сборам…» Из чего нетрудно сделать вывод, что бедноват был в те годы владивостокский обыватель, да и собственности кот наплакал. С другой стороны, резон был в том, что ставился заслон люмпенам, которым, как известно, терять нечего, а посему голосовать могут за кого угодно – хоть за бутылку, хоть, по-современному, за пресловутый набор. Поэтому избранными оказались самые заслуженные и достойные. В их числе - купец Яков Семенов, командир Владивостокского порта, легендарный капитан транспорта «Манджур» Артур Шефнер, гидрограф Михаил Клыков, зажиточный крестьянин Степанов, сумевший незадолго до выборов прикупить земли в центре города (интересно, найдется ли сегодня в крае такой крестьянин, который сможет что­то купить в столице? – Прим. авт.), и ряд других столь же значимых людей, всего - 30 гласных (депутатов). Спустя неделю состоялось первое заседание думы, рассмотревшее расходы и доходы, взимание платы с разных источников, вплоть до якорей, другие насущные аспекты городского общежития. Отчет был отправлен военному губернатору области, который, ознакомившись с первыми шагами своего детища, поставил визу: «Читал и разрешаю». Остается сказать, что избранный главой города Михаил Кузьмич Федоров пробыл на этой хлопотной должности без малого 19 лет – рекорд среди первых руководителей за всю историю Владивостока. Почетный интервент История городского самоуправления хоть и сравнительно невелика и, казалось, должна быть хорошо изучена, изобилует, тем не менее, рядом белых пятен. Неизвестен даже весь список первых руководителей города. Особенно это касается, как ни странно, первой трети XX века. В частности, в официальных реестрах даже не упоминаются руководители владивостокского Совета народных депутатов (по тогдашнему – солдатских и рабочих депутатов. – Прим. авт.). Например, большевик Константин Суханов, возглавлявший совет более полугода. В советское время это была культовая фигура. О нем снимались фильмы, писались книги, научные трактаты, его именем названа улица в нашем городе, сохранился дом, в котором он проживал, действующий в настоящее время как дом­музей Сухановых (также носит имя его отца, видного местного сановника. – Прим. авт.). В то время, как совершенно не упоминался бывший в те годы городским головой Алексей Агарев. Конечно, это явный перехлест, но если абстрагироваться от идеологически­конъюнктурной зашоренности, то что это была за фигура, еще больше - что собой представлял этот совет и как его рассматривать в системе городского самоуправления? То, что он был реальной политической силой, в этом сомневаться не приходится. Наглядно это показал митинг, состоявшийся в конце июня 1918 года на привокзальной площади, на который местным большевикам удалось привлечь, по разным оценкам, от 20 до 30 тыс. человек. Белой стороне стало ясно, что это более чем серьезная угроза. Спустя несколько дней происходит белый переворот, главную роль в котором играли расквартированные в городе части чехословацкого корпуса. Власть Советов была свергнута, Суханов арестован и впоследствии убит при невыясненных обстоятельствах. Более всего были озадачены, если не сказать больше, перспективами советизации интервенты. Спустя неделю после переворота они обнародуют знаменитую «Декларацию представителей союзного командования об объявлении Владивостока стоящим под международным контролем». То есть - под контролем интервентских миссий, проще говоря, оккупантов. В документе указывалось, «что ввиду опасности, угрожающей Владивостоку и союзным силам, здесь находящимся, от открытой и тайной работы австро­германских военнопленных, шпионов и эмиссаров, город и его окрестности берутся под временную охрану союзных держав, и будут приняты все необходимые меры для защиты как от внешней, так и от внутренней опасности…». Что касается истинных хозяев города, то их функции предельно урезались: «власть земства и городского самоуправления признается в пределах местных дел, но военные силы и полиция будут усилены…» А ведь еще год назад, летом 17-го, город ликовал, буквально бурлил от победы демократии. С большим подъемом и при громадной явке прошли выборы в местные органы. Победил блок Совета солдатских и рабочих депутатов и социалистических партий (эсеры и социал-демократы). «18 августа, - восторженно писала газета «Далекая окраина», - местная жизнь закрепила за собою одну из главнейших позиций революции. В этот день сконструировался во Владивостоке исполнительный орган первого народного городского самоуправления и выбран первый народный городской голова». Им, как уже говорилось, стал Алексей Агарев, социалист­интернационалист по убеждениям, ранее долгие годы проживавший в США. Естественно, что под международным оккупационным контролем городское самоуправление было фикцией, и весной 1919 года «всенародно» избранный голова сложил свои полномочия. Успел, правда, к тому времени провести в жизнь оригинальную идею - присвоить звание почетного гражданина города… интервенту. Дело было так. В свете вышеупомянутой декларации в городе был образован интернациональный полицейский отряд, в который вошли по несколько десятков представителей от каждой союзной миссии. Возглавил этот «интернационал» офицер-американец Самуэль Джонсон. Отряд развернул активную деятельность, патрулировал город днем и ночью, и в конце концов относительный порядок был восстановлен. Благодарная дума номинировала, выражаясь современным языком, владивостокского «шерифа» на звание почетного жителя города. А экс-мэр Агарев отбыл в Китай, где некоторое время был на дипломатической службе от Дальневосточной республики. Приморские источники указывают, что его дальнейшая судьба неизвестна. Между тем она сложилась вполне благополучно: вернулся в СССР, в 20-30-е годы работал преподавателем в московских вузах, умер своей смертью в 1945 году. По некоторым сведениям, будучи в Китае, в начале 20-х гг. был завербован советской разведкой…

Автор : Владимир КОНОПЛИЦКИЙ

comments powered by Disqus
В этом номере:
Главу Владивостока отметили за детсады
Сайра помахала нашим рыбакам хвостом
Котельные будут топить  инновациями
Последние номера