Какую радиостанцию вы слушаете?

Электронные версии
Форпост

Пройду по Алеутской, сверну на Комарова...

В истории нашего города, несмотря на его молодость – всего-навсего 150 лет! – остается немало «белых пятен». Одно из главных связано с его рождением.
Пройду по Алеутской, сверну на Комарова...
В истории нашего города, несмотря на его молодость – всего-навсего 150 лет! – остается немало «белых пятен». Одно из главных связано с его рождением. Принято считать, и это не подвергается ни малейшим сомнениям, что основателем является прапорщик Николай Комаров. Однако с некоторых пор, точнее, с конца прошлого века, на страницах местных СМИ стали появляться уточняющие, скажем так, версии. О них ниже, а пока о том, что на сегодня известно о первопроходце. Николай Васильевич Комаров родился в 1831 году под Тюменью в простой, но вместе с тем достаточно обеспеченной семье. Это обстоятельство позволило получить начальное образование, а затем поступить в Омское училище армейских прапорщиков. После его окончания и присвоения звания молодой офицер был направлен на Дальний Восток, где в составе специальной строительной роты возводил военные посты на берегах Амура. По некоторым сведениям, в 1858 году Комаров принимал участие в закладке поста Хабаровка (будущего города Хабаровска), спустя год – Софийска (Ныне это обыкновенное и далеко не всем известное село, а в конце 19-го века имело статус города – Прим. Авт.). Наконец, в начале 1860 года перебрасывается в Николаевск-на-Амуре, тогдашний главный военно-морской порт России на Тихом океане. Откуда и был направлен на юг Приморья.

Комаров или Казакевич?

2 июля 1860 года прапорщик Комаров и вверенные ему солдаты на военном транспорте «Манджур» были доставлены на северный берег бухты Золотой Рог, где и приступили к устройству военного поста. Все это, повторимся, общеизвестно, хрестоматийно. Но тут-то и возникли у некоторых исследователей вопросы, главный из которых: почему пальма первенства только этому отряду, точнее, его командиру? И в самом деле. Доставлялся отряд к месту назначения и высаживался на берег Золотого Рога отнюдь не по собственной инициативе, а в силу спущенного приказа. И не там, где вздумается, а там, куда предписано. Зная сегодня, где была произведена высадка, а это район нынешнего историко-культурного комплекса по улице Петра Великого и мемориала подводной лодки С-56, нельзя не подивиться стратегической продуманности выбора места под будущий порт. А это едва ли было под силу рядовому прапорщику-строителю, да и не входило в его компетенцию. Кто отдавал приказы? Очевидно, капитан Черкавский, командир базировавшейся в соседнем Новгородском посту роты, в состав которой и входил комаровский десант. Но и он также не был наделен полномочиями, а получал соответствующие приказы свыше – от командира 4-го Восточно-Сибирского линейного батальона, который, в свою очередь, замыкался на главного дальневосточного начальника контр-адмирала Казакевича. Он-то – первый военный губернатор Приморской области и командир Сибирской флотилии Петр Васильевич Казакевич, и стоял у истоков первостроительства. Еще в начале 1859 года Казакевич предложил генерал-губернатору Восточной Сибири Муравьеву-Амурскому идею военного порта в южных гаванях Приморья. В дальнейшем постоянно держал вопрос на контроле, посещал стройку, всячески помогал… Удивительно, но имени первого губернатора Приморской области и фактически крестного отца нового города нет на картах – ни Владивостока, ни Приморья. Лишь на мемориальной доске памятника адмиралу Невельскому… Капитану Ивану Францевичу Черкавскому повезло куда больше – увековечен в названии полуострова во Владивостоке и крохотного островка в заливе Петра Великого.

Полтора ведра спирта

Однако вернемся к Комарову. Спустя четыре месяца после высадки десанта, в начале ноября 1860-го, уже были построены казарма, кухня, офицерский дом. Вскоре, однако, возникли непредвиденные проблемы. Весной 1861 года на строящийся пост нагрянула высокая инспекция в лице адъютанта генерал-губернатора Восточной Сибири майора Николая Хитрово, командированного для проверки состояния постов и разведки угольных месторождений. Между прапорщиком Комаровым и инспектором сразу же не сложились отношения. Причина – обнаруженная недостача полутора ведер казенного спирта. Комаров заверил, что без проблем возместит недостачу за свой счёт, но не тут-то было! «…Видя, – докладывал майор в рапорте на имя Муравьева-Амурского, – что ни совесть, ни мои замечания и выговоры прапорщику не производят никакого действия, видя неуважение к нему всей команды, которое он заслужил своим дурным поведением и жестокими с нею поступками, я вынужденным нашел по званию адъютанта командующего войсками, в Восточной Сибири расположенными, отстранить прапорщика Комарова от командования им отрядом». Делать было нечего, и Комаров отбыл к месту основной дислокации – в Новгородский пост… Мы еще вернемся к нашему герою, а пока заметим, что всплывший уже в наше время – где-то в середине 80-х годов прошлого века – «спиртовый конфликт» вмиг был подхвачен и «развит» рядом местных СМИ. Договорились даже до того, что Комаров вовсе не направлялся на строительство Владивостока, а был просто-напросто сослан с глаз подальше, как неисправимый пьяница. Так же, впрочем, как и его подчиненные собутыльники… Тот давний конфликт сегодня даже для специалистов представляет разве что академический интерес, и все же… Было бы, на наш взгляд, нелишним еще раз углубиться и окончательно расставить все точки над «i». Хотя бы для того, чтобы снять с первопроходца, а заодно и с града нашенского «пьяное клеймо». По имеющимся у автора данных строк сведениям, правда, пока не нашедшим подтверждения, причиной злополучной размолвки могла стать… женщина. На инспекцию в военный пост майор Хитрово явился в обществе своей супруги Екатерины Васильевны, сопровождавшей мужа на клипере «Японец» по всему Дальнему Востоку. В то время, как инспектор мотался по окрестностям поста (имел главной задачей во что бы то ни стало найти месторождения угля) его благоверная, будучи высокообразованной и начитанной, занималась просвещением личного состава. Не исключалась ведь ситуация, где, чего греха таить, «оголодавшее» без женщин воинство могло дать «повод». А кто крайний? Естественно, командир. Но эта версия, повторюсь, еще ждет своего подтверждения. Ну, не могли быть основанием какие-то полтора ведра спирта! В дичайших условиях, испытывая неимоверные лишения и трудности, подвергаясь опасностям (Однажды пришлось палить из ружей по тигру прямо из дверей бани, в которой парились солдаты – Прим. Авт.). А тут какой-то спирт!… Отменять приказ майора никто не стал, а ситуацию разрулили просто: прапорщика перевели от греха подальше – на реку Уссури.

Служил с честью

Николай Васильевич продолжал успешно заниматься привычным делом – строить пограничные посты, теперь – вдоль китайской границы. А его бывший отряд, тот самый, который, как доносил майор Хитрово, испытывал к прапорщику «неуважение», назвал Комаровкой речушку, протекавшую в районе нынешнего микрорайона Первая Речка – на ее берегу солдаты проводили свободное время… В 1871 году Комарову присваивается звание капитана-инженера – совсем неплохо к 40 годам «забулдыге и нарушителю»! Еще через четыре года офицер подаст в отставку, и следы его затеряются. Имеются сведения, что уехал в Николаевск-на-Амуре устраивать личную жизнь. Все попытки автора данных строк найти в архивах Хабаровского края хоть какую-то зацепку пока ни к чему не привели. И все же хочется верить, что не канул бесследно в Лету первостроитель. Где-то в анналах – частных ли, государственных ли – пылится и фотография. А почему бы и нет? Нашему герою на момент отставки было всего 44 года, а первые фотографы в середине 70-х годов (Дальше и говорить нечего!) уже вовсю осваивали Дальний Восток… …В 1880 году во Владивостоке в честь 20-летнего юбилея города появилась улица — Комаровская. Сей факт не вызвал, выражаясь современным языком, негативных эмоций. Даже наоборот. Живы были, теперь уже при высоких должностях, хорошо знавшие Комарова знаменитые лейтенанты 60-х Назимов и Этолин, ученый Пржевальский, писатели-первопроходцы Максимовы – Сергей Николаевич и Александр Яковлевич и еще многие-многие другие. Никто и не подумал бросить пресловутый камень… P.S. Любопытна дальнейшая «история с географией». Через некоторое время власти города почему-то отработали назад и дали улице новое имя – Бородинская. Уже в более близкое советское время стала называться улицей Геологов. В 1985 году вернулись на круги своя – так появилась улица Прапорщика Комарова. «Почему не Комаровская?», – спросит читатель. К тому времени дорогу «перебежал» увековеченный на Тихой космонавт Комаров. Вот и пришлось «удлиниться»…

Автор : Владимир КОНОПЛИЦКИЙ

В этом номере:
Как попасть в защитники
Как попасть в защитники

В день защитника Отечества во Владивостоке прошло сразу несколько праздничных мероприятий.

Морских летчиков вернули из тумана забвения

«Ушедшие в туман» – так называется выставка, открывшаяся во Владивостоке во ВГУЭС и посвященная морским летчикам Тихоокеанского флота. На протяжении нескольких лет отряд «АвиаПоиск», единственный в Приморском крае, занимался восстановлением личностей погибших летчиков и проводил захоронение их останков.

Вице-мэр Александр Зубрицкий ушел в отставку

Заместитель главы администрации города Владивостока Александр Зубрицкий освобожден от занимаемой должности по собственному желанию.

Святитель Николай приехал на авто

Чудотворный образ святителя Николая прибыл во Владивосток. Древняя икона была доставлена из Николо-Крупицкого женского монастыря Украинской православной церкви автомобильным крестным ходом к празднику Торжества Православия, 21 февраля.

Инспектор перепутал море с кошельком

Тихоокеанским флотским военным судом начато рассмотрение уголовного дела в отношении бывшего начальника государственной морской инспекции Пограничного управления ФСБ России по Приморскому краю капитана 1-го ранга О. В. Годисова, который обвиняется в получении взяток в крупном размере, злоупотреблении должностными полномочиями и превышении должностных полномочий.

Последние номера