Восток Цемент
Вдохновляет ли вас весна на творчество, дает энергию, силы и новые идеи?

Электронные версии
Политика

На краю света

Министр иностранных дел России Евгений Примаков во время своего визита в Токио в минувший уик-энд предложил японской стороне начать совместную хозяйственную деятельность на спорных островах Южных Курил. Е. Примаков отметил при этом, что это не подменяет решения территориального вопроса.

 Министр иностранных дел России Евгений Примаков во время своего визита в Токио в минувший уик-энд предложил японской стороне начать совместную хозяйственную деятельность на спорных островах Южных Курил. Е. Примаков отметил при этом, что это не подменяет решения территориального вопроса.

Губернатор Сахалинской области Игорь Фархутдинов положительно расценил предложение министра иностранных дел РФ Евгения Примакова. Он сказал, что в нем “есть рациональное зерно” и “в принципе” он его “склонен поддержать”.

Глава администрации Хабаровского края Виктор Ишаев дал этому противоположную оценку. По его мнению, совместная хозяйственная деятельность выльется в “монопольное хозяйничанье японцев на Курилах”, особенно в условиях тяжелого финансового положения России. “Малая уступка не решит имеющихся проблем и может породить новые, более сложные”, - подчеркнул он.

Незадолго до визита Примакова в Токио на Южных Курилах побывал корреспондент “В”. Мы предлагаем вниманию читателей незамутненный взгляд на Курилы изнутри, а не с политического олимпа.

Остров парадоксов

Кунашир - один из самых больших островов Курильской гряды. И, пожалуй, самый парадоксальный. Величественная красота девственной и почти заповедной природы сочетается с человеческой бедностью и убожеством. Дымящиеся вулканы соседствуют с бескрайним океаном. Близость индустриально высокоразвитой Японии никак не вяжется с местными полуразвалившимися бараками, в которых еще живут люди и рождаются дети. Странно также видеть сверкающие иномарки, с трудом ползающие по разбитым грунтовым дорогам. Край света, одним словом.

Здесь все в 2 раза больше, чем на материке: и трава, особенно лопухи, и вороны, которых называют бакланами в бушлатах, и, конечно же, цены (килограмм самой обычной колбасы стоит 100 тысяч рублей). Человек может круглый год иметь на столе красную икру и при этом месяцами не есть элементарных овощей-фруктов.

Местная природа обладает поразительными особенностями. Кунаширцы в шутку говорят - у нас на острове 8 климатических поясов. И действительно: с одной стороны - неизменные туманы и худосочные березки чуть выше человеческого роста, но 40 минут пути - и вы в другом мире, где иногда светит солнце, где прозрачный воздух и ели в два обхвата. В этой земле и океанских водах таятся несметные богатства. Курилы сравнимы с кладом, ну а раз есть клад, то найдутся и кладоискатели.

Пограничники против браконьеров

Основное богатство Курил - рыба. Долгое время японцы, видимо, по старой памяти считая Курильские острова своей исконной территорией, рыбачили в наших водах самым беспардонным образом. Не будем брать слишком далеко. Обратим взгляд на времена 3-летней давности: 1993 год - на российско-японской границе отмечено 8969 нарушений, задержано 10 иностранных шхун. Браконьеры из Страны восходящего солнца нисколько не смущались, проводя грабительские набеги, особенно когда начинался ход красной рыбы. Ловили не только краснорыбицу, но и краба, креветку и прочую морскую живность.

Начало концу положили пограничники - в 1994 году здесь впервые прошла операция “Путина”. Результаты оказались впечатляющими: количество заходов браконьерских судов сократилось в десятки раз. Причем если раньше японцы действовали нагло, то со временем частота и глубина проникновения в наши воды стала чисто символической - на 5-6, максимум на 10 миль.

Нынешнюю ситуацию комментирует начальник Южно-Курильского отряда Олег Петров:

- Мы тщательно изучили тактику действий японских браконьеров, которые оценивают качественный и количественный состав наших сторожевых кораблей, совершают отвлекающий маневр, а тем временем на совершенно другом направлении десяток шхун заходят в российские воды и бросают снасти, для чего требуется буквально 30 минут. Они пользуются современной аппаратурой слежения, притапливают сети, выставляют радиобуи. Но основные промысловые районы хорошо просматриваются. Кроме того, наши посты технического наблюдения четко фиксируют места заходов.

Нужно заметить, что с нашей подачи японские власти стали строже относиться к своим браконьерам, они выставляют инспекторские суда, ужесточают контроль на своем северном участке границы. В результате в этом году всего 32 нарушения. Японцы предпочитают ловить рыбу у кромки границы, в российские же воды попадают по ошибке, а может, и для того, чтобы проверить нашу реакцию. Что касается местных браконьеров - мы знаем все или почти все места, где они промышляют. Чтобы вывезти рыбопродукцию в Японию либо куда-то еще, рыбаки заходят в Южно-Курильск, где у них проверяют документы и улов. Уж потом, через контрольные точки на границе (здесь также проверяется соответствие документов и груза, чтобы никто не рыбачил по дороге) суда уходят за рубеж. Гораздо труднее контролировать рыбаков из Приморья, с Сахалина. Об их присутствии в экономической зоне мы чаще всего не имеем никакого представления.

Кстати, экономический эффект от “Путины” довольно ощутимый. Для сравнения: вылов рыбы на южных Курилах в 1995 году составил 10 тысяч тонн против одной тысячи в 1994-м. И это не предел - расширение вылова тормозит несовершенная перерабатывающая база. В заключение хочу добавить, что дело не только в экономическом интересе. Существуют интересы и политические: Южно-Курильский отряд охраняет государственную границу, и ее неприкосновенность не должна нарушаться никем.

Антивоенный психоз

Браконьеры теперь тема №1, но, честно говоря, в Южно-Курильский пограничный отряд, основная база которого расположена на Кунашире, мы попали совсем по другой причине. Приведу ее дословно.

“Комитет родителей военнослужащих Новинского района Кировской области обращается к вам с просьбой разобраться в ситуации, сложившейся в воинских частях, расположенных на Курильских островах.

Там сложилась недопустимая ситуация с питанием военнослужащих. Весной 1996 года в марте-апреле воины одной из частей лечились по поводу дистрофии в госпитале. Больные поступали с февраля по апрель, о чем поступила информация от лечащего врача этого госпиталя Мельниковой. Больные были и из других воинских частей. На период разговора с лечащим врачом их было более 30 человек.

После лечения воины были отправлены в свои части. В настоящее время режим питания таков - кормят один раз в сутки. Солдаты собирают морскую капусту и варят ее в гейзерах. У многих нарастает дефицит веса тела”.

Примечательно, что это послание было направлено в высокие инстанции - начальнику штаба погранвойск, депутатам Совета федерации, и даже в средствах массовой информации оно получило некоторый резонанс. Прочитав такое, очень хорошо представляешь себе одиноких солдат, собирающих подножный корм, кипящий гейзер вместо котелка. Экзотика. Не секрет, что на далеких западных окраинах нашей необъятной страны некоторые люди не могут вообразить о Дальнем Востоке ничего другого. То ли из-за скудости мышления, то ли из-за необразованности.

Страсти по еде

Для опровержения досужих вымыслов мне довелось побывать на нескольких вполне рядовых курильских заставах. Например, застава “Петрово”. Ее растревоженный начальник показал нам все, что только мог: кухню, склады продовольствия, показал скотный двор, теплицы, огород, хлебопекарню, выдающую 140 буханок в сутки. После такого тщательного осмотра только слепой мог не заметить, что на заставе есть все необходимое. Долгое время она может существовать совершенно автономно - продукты завозятся обычно на 18 месяцев. Не хватает свежих овощей, но на Курилах их везде не хватает. Зато полно морепродуктов - креветки, рыба всякая, морская капуста и т. д.

Безусловно, дыма без огня не бывает. В сахалинский госпиталь и вправду поступали воины с Курил, имеющие дефицит веса. Как свидетельствуют врачебные справки, в первом полугодии 1996-го на стационарное лечение в терапевтическое отделение на Сахалин было отправлено 32 человека. Основная масса больных поступала с апреля по май. Кроме того, было 45 человек, вес которых несколько не соответствовал норме, но их быстро откормили, не прибегая к помощи сахалинских медиков.

Массовый “недовес” специалисты связывают с длинной дорогой, которую проделали молодые воины осеннего призыва, - некоторые добирались до застав больше месяца. В армию приходят всякие люди - и слабые, и бедные (из неполных семей например), и коноплю до службы кое-кто покуривал, и водку попивал. Пограничники тщательно обследуют новоприбывших, выделяют группы риска - и на седьмую заставу. Здесь налажено 4-разовое питание для людей с ослабленным здоровьем. Особенный микроклимат, чистое море и воздух. Здесь в казармах даже запах особенный - пахнет каким-то пионерским лагерем. Я настойчиво спрашивал у новобранцев - нормальная ли у вас еда? И получал неизменный ответ - все хорошо!

Мать солдата

Анна Литау добралась до Южно-Курильска из Сургута довольно быстро - за 2 суток. На такую дальнюю поездку ее подтолкнула газетная публикация: где-то прочитала, что в армии лютует дедовщина, солдат не кормят, заставляют сдавать кровь... В общем, угнетают новобранцев. А поскольку ее единственный сын попал служить на Курилы, возникло естественное беспокойство.

- Я 30 лет прожила в Таджикистане, - рассказывает Анна Андреевна, - в последнее время там стало совсем плохо. Постоянное отсутствие денег - хлеба не на что было купить. Мы с сыном переехали в Сургут, нас вынудили обстоятельства. Когда же увидела Гену здесь (так зовут ее сына), даже обрадовалась - возмужал, поправился. Если бы не голод в Таджикистане, может, и не было бы никакого беспокойства...

Зловредный туман

Оказавшись на Курилах, первое время человек наслаждается экзотическими картинами природы, если сумеет рассмотреть их за густой туманной завесой, охотится или рыбачит, если найдет подходящее снаряжение. Через месяц это занятие утрачивает прелесть новизны, а еще через пару месяцев не приспособленный к островной жизни человек начинает панически метаться, отыскивая возможность, чтобы сбежать отсюда. Но выбраться с Курил еще труднее, чем попасть туда. Особенно остро оторванность от большого мира ощущается на островах микроскопических размеров - Анучино, Танфильева и других. Представьте состояние жителя мегаполиса, например Москвы или Ленинграда, заброшенного на островок без единого деревца, который просматривается с одного берега до другого.

Каждый, будь то солдат или офицер, служащий на островах Курильской гряды, испытывает особое психологическое давление. Факторов здесь много - грубое слово, печальное известие с Большой земли... Ко всему прочему свой отпечаток на психику накладывает будничная суровость природы - постоянные дожди и туманы, вечно сырые простыни, одежда, обувь. Думаю, что именно этим обусловлены у военнослужащих нервные срывы, которые помимо расстройства рассудка приводят еще и к убийствам. Самый яркий пример: трагедия на острове Танфильева два с половиной года назад, когда двое пограничников, казалось бы, без видимой причины расстреляли почти всю заставу.

Хватает и других, более свежих примеров - буквально за день до нашего приезда в Южно-Курильском пограничном отряде часовой на пропускном пункте застрелил водителя. Была ли это случайность или намеренное убийство - сейчас разбирается следствие. Любителям статистики могу сказать, что на заставах отряда подобных случаев со смертельными исходами - стрельба, поножовщина, разборки - бывает по 5 и более раз в году. Виной тому зловредное воздействие окружающей среды, а может, нездоровый микроклимат внутри воинского коллектива - сейчас в этом разбирается военная прокуратура.

За державу обидно...

Но оставим военную тему: наша армия действует и развивается точно так же, как остальное общество. Гражданское же население на Курилах живет, пожалуй, еще хуже, чем пограничники. Времена совершенно изменились, и если раньше на острова ехали за длинным рублем, то теперь здесь больше потратишь, чем заработаешь. Судите сами - набор элементарных продуктов для прокорма одного человека составляет около 900 тысяч рублей при том, что средняя зарплата - 1.200 тысяч. В этой связи южнокурильцы приспособились возить необходимые и недостающие продукты... из Японии. Оттуда, оказывается, дешевле, чем с Сахалина и уж тем более - с Большой земли. Так и возили бы, если б не родное правительство, вздувшее таможенные пошлины. Многие воспринимают это решение как катастрофу. Понятно, что повышение пошлин неактуально для Белгорода, например, где яблоки растут на деревьях. Но на Курилах-то все привозное - начиная с автомобилей и топлива и заканчивая детским питанием. И почти все - из Японии (там дешевле).

Люди на Курилах не задерживаются - бегут. Особенно массовый размах эта тенденция получила осенью 1994 года после известного землетрясения. Все, что было плохо построено, развалилось. В негодность пришло 92 проц. жилья. Естественно, жители островов потянулись на материк, тем более что там были обещаны квартиры. Кто успел - уехал, кто не успел - доживает свой век на краю света. Дело в том, что в результате правительственной политики, обесценившей несколько лет назад сберегательные вклады населения, курильчанам и ехать-то некуда. Раньше на свои сбережения они могли купить домик или квартиру где-нибудь в Подмосковье или на худой конец в Приморье. Все это осталось в прошлом.

Складывается впечатление, что о существовании Курил в центральной части России забыли. Забыли о страшном землетрясении, о невозможных условиях жизни. Забыли, несмотря на страстное желание Москвы утвердиться на этой земле. Видимо, утвердиться на ней хотят по старинке - на одних только лозунгах и приказах, без строительных материалов, без рабочих рук.

Зато японцы всегда помнят о “северных территориях”. Они не только рыбачат вокруг Курил. Губернатор Хоккайдо, например, 2 года назад закупил большую партию дизельного топлива для курильчан. По просьбе мэра Южно-Курильска Николая Покидина. Богатые соседи делают и другие подарки: на Шикотане они построили склад, больницу, небольшую школу на 200 мест. Наши дети пишут в японских тетрадях, их ручками, бывают по безвизовым обменам в Японии. Они могут сравнивать жизнь, и сравнения эти далеко не в нашу пользу. Как сказал Николай Покидин, проживший на Курилах 25 лет: “Никто не против сотрудничества с японцами - ни местная администрация, ни пограничники. Но ведь при таком отношении российских правителей к своим землям мы проиграем Курильские острова. Идеологически - уже проиграли”...

Автор : Сергей ФИЛОНЕНКО, “Владивосток”

comments powered by Disqus
В этом номере:
Погиб теплоход “Пульсар”. Есть жертвы

16 ноября ночью в Японском море затонул российский теплоход “Пульсар” из Приморья.

Вручены премии победителям конкурса “Щит порядка”

В пятницу в конференц-зале Дома радио представителями УВД края были вручены премии и ценные подарки журналистам приморских средств массовой информации за лучшие материалы, рассказывающие о деятельности органов внутренних дел.

Подача воды во Владивосток уменьшена

Как сообщил корреспонденту “В” заместитель директора государственного предприятия “Артемовский гидроузел” Леонид Колушевич, с 18 ноября подача из водохранилища сократилась на 17,6 процента.

Ребенок принял взрыв на себя

В Находке школьник пострадал при взрыве неизвестного взрывного устройства.

Очень нужный семинар

Сегодня в помещении регионального центра санэпиднадзора на транспорте открылся научный семинар для врачей, посвященный проблемам диагностики и лечения ВИЧ-инфекции, хронических вирусных гепатитов и ряда других инфекционных заболеваний.

Последние номера