Планируете ли Вы окунуться в прорубь на Крещение?

Электронные версии
Акция «В»

Возвращение в родную гавань

Газета «Владивосток» продолжает акцию по возвращению краевому центру Приморья имени нашей прославленной землячки, первой в мире женщины - капитана дальнего плавания, Героя Социалистического Труда, Почётного гражданина Владивостока Анны Ивановны Щетининой.
Возвращение в родную гавань

Газета «Владивосток» продолжает акцию по возвращению краевому центру Приморья имени нашей прославленной землячки, первой в мире женщины - капитана дальнего плавания, Героя Социалистического Труда, Почётного гражданина Владивостока Анны Ивановны Щетининой. Напомним, что в рамках этой акции на наших полосах были опубликованы письма в адрес главы администрации и председателя Думы Владивостока от ведущих судоходных и рыбодобывающих предприятий края, портовиков, учебных заведений, общественных организаций. Речь в них единодушно шла о необходимости присвоить имя Щетининой одной из владивостокских улиц.

И нам, и авторам этих писем очень хотелось бы, чтобы такое переименование было приурочено к 100-летию со дня рождения Анны Ивановны. Которое наступит уже через 10 дней - 26 февраля. Напомним и о том, что в силу отрицательного решения топонимической комиссии и бездействия городских властей несколько общественных организаций – Совет Почётных граждан Владивостока и Владивостокское морское собрание – обратились с аналогичными открытыми письмами к ещё одному Почётному гражданину – спикеру Государственной думы РФ и председателю партии «Единая Россия» Борису Грызлову. По нашей информации, эти письма уже находятся в Москве, в секретариате адресата.

А в редакции, между тем, продолжаются звонки читателей, не перестают поступать письма, причём не только из Владивостока – два таких письма мы публикуем на этих страницах. А на днях позвонил один из очень уважаемых во Владивостоке людей, почётный президент Владивостокского морского торгового порта Михаил Фёдорович Робканов и, посетовав, как и многие, на глухоту и безответность властей, подчеркнул: «Да если б улицу, на которой я живу, назвали именем Щетининой, я бы гордился этим всю жизнь!».


Евгений Иванович Жуков – человек и сам по себе уже легендарный. Многократный чемпион Приморья по гребле, многократный призёр России по парусному спорту, многократный чемпион спартакиад Министерства морского флота и Вооружённых сил, он более 30 лет руководил краевой федерацией парусного спорта и в течение 15 лет – кафедрой управления судном ВВИМУ-ДВВИМУ имени Невельского (ныне Морской государственный университет).

Ветеран Великой Отечественной, мастер спорта по гребле, мастер парусного спорта, капитан дальнего плавания, - перечислять все титулы и заслуги Жукова можно очень долго. Жуков – автор учебников, выдержавших по нескольку изданий. Более 40 лет назад он создал при ДВВИМУ Школу юных моряков (через которую, к слову, в числе множества владивостокских мальчишек в своё время прошёл и корреспондент «В», пишущий эти строки). Наконец, именно Жуков в своё время приложил усилия к тому, чтобы Анна Ивановна Щетинина, на тот момент декан судоводительского факультета Ленинградского высшего инженерного морского училища (ЛВИМУ), вернулась на свою малую родину – во Владивосток, где и начиналась её морская биография.

Сегодня Евгений Иванович, по-прежнему работающий профессором кафедры управления судном МГУ имени Невельского, рассказывает на страницах «В» о своём знакомстве и дальнейшей работе с Щетининой. Напомним, что 26 февраля исполняется 100 лет со дня рождения этого легендарного человека – первой в мире женщины-капитана, Почётного гражданина Владивостока.

Как Щетинина переехала во Владивосток

- В 1959 году, оказавшись в командировке в Ленинграде, я решил встретиться с известным ленинградским капитаном и не менее известным яхтсменом – Александром Александровичем Аристовым. Договорились встретиться в ЛВИМУ. Я был тогда молодым начальником кафедры управления и технической эксплуатации судна. В вестибюле возле деканата, где мы договорились встретиться, я увидел Александра Александровича, беседующего с дамой в форме. На её форме было четыре нашивки, как у капитана, и я решил, что она заведующая какой-нибудь кафедрой, химии или математики. Когда я подошёл ближе, Саша сказал: «Анна Ивановна, лет ми интродьюс май френд, это Евгений Иванович Жуков, начальник кафедры из Владивостокского училища!». Когда женщина повернулась ко мне, я немножко опешил: на её груди я увидел знак капитана дальнего плавания. Женщина коротко представилась: «Щетинина». И пошла такая лёгкая беседа: как во Владивостоке капитан такой-то? Стала называть разных капитанов, а я их знал, потому что у меня на кафедре тогда практически не было штата и я привлекал для преподавания капитанов. Это было не очень удобно, они не всегда были теоретически подготовлены. Она потеплела, говорит: что мы здесь стоим, пойдёмте в деканат! И в какой-то момент я спросил: «Анна Ивановна, а вы могли бы побыть у нас председателем государственной экзаменационной комиссии? У нас были представители и от вас, и одесситы, были с более скромным опытом, а вы не приезжали». Она спокойно, без обиды говорит: «А меня никто не приглашал».

Вскоре, в том же году, я снова был в Ленинграде и встретил там первого заместителя начальника нашего училища - Удалова Владимира Ивановича, он руководил кафедрой до меня и передал её мне. Мы поехали на Охту, и в автобусе он говорит: «Слушай, а давай зайдём к Аннушке!» (так её звали капитаны). – «Как зайдём?» - «Она тут недалеко живёт, её можно не предупреждать о приходе, к тому же вы знакомы». Позвонили в дверь, Анна Ивановна открыла и оставила нас с мамой Марией Философовной, а сама побежала в магазин. Мы стали расспрашивать её маму, намекнули, что хотим пригласить Анну Ивановну к нам во Владивосток, и она поддержала нас.

Из Ленинграда я возвращался домой через Москву и зашёл в управление учебных заведений Министерства морского флота, где работал Борисов Александр Владимирович – замечательный человек, первый начальник нашего училища. Сказал ему о нашей идее, он ответил: «Щетинину? Хорошо, пошлём, она же там у вас родилась». И она прибыла к нам председателем ГЭКа, образцово провела экзамены, очень чётко. Жила на судне в каюте «люкс», мы пошли к ней в гости с Евдокимовым Георгием Васильевичем (кроме меня самого, это был единственный штатный преподаватель на кафедре, мы оба были молодыми капитанами, и ещё был у нас боцман-лаборант). Она приняла нас очень гостеприимно, мы говорим: «Анна Ивановна, а можно вообще говорить о переводе вас сюда?» - «А почему же, пожалуйста». У неё тогда были сложные отношения с начальством: два училища – наше, морского флота, и арктическое, - объединили в одно, начальником поставили начальника арктического, он начал создавать свой аппарат. Возникали какие-то сложности, понятно, что авторитет Анны Ивановны использовали, в общем, обычные служебные интриги. И уже в 1960 году она переехала во Владивосток. Квартиру почти в центре Ленинграда поменяла на владивостокскую, поселилась сначала на Посьетской, а потом переселилась ближе к заводу «Металлист», из её окон открывался вид на Амурский залив.

Как Щетинина преподавала в ДВВИМУ

- Прибыв во Владивосток, Анна Ивановна сразу же пришла на работу: «Евгений Иванович, я прибыла на вашу кафедру, уговорили вы меня!». Я говорю: «Анна Ивановна, мы очень рады такой сильной подмоге, принимайте кафедру!» - «Как кафедру? Я – доцент на вашей кафедре!» - «По опыту вашей капитанской и преподавательской работы с вами нельзя сравнивать ни меня, ни Георгия Васильевича, вы опытнее, старше, вы декан, а так вы опуститесь сразу на две ступеньки!». Но тут проявился знаменитый тон Анны Ивановны, она могла говорить, как говорит капитан: «Не надо. Я только прошу вас, чтобы я могла набрать отпуск и через два-три года пойти в плавание капитаном, друзья в пароходстве ещё остались, мне дадут такую возможность». Вот так я и остался начальником кафедры, из-за излишней её скромности. А она действительно после этого ходила у нас капитаном на трёх судах - «Орша», «Орехов» и «Охотск».

У нас Анна Ивановна проработала 17 лет: 15 – под моим началом и два года - когда приняла у меня кафедру. Она преподавала управление судном и его техническую эксплуатацию, кроме того, она уже была автором учебника по навигационным приборам и инструментам. Преподавала радиолокационное расхождение, МППСС (международные правила предупреждения столкновения судов), стала куратором - причём лучшим из кураторов. Женщины всегда лучше в качестве кураторов, а в её случае курсанты видели и авторитет Анны Ивановны, которым она никогда не давила. Она впервые вела у нас такой факультативный курс – «правила хорошего тона». Не имея литературы достаточной, мы что-то находили, на машинках перепечатывали и учили курсантов: как вести себя в обществе, с девушкой и так далее.


Мы не писали диссертаций, потому что Анна Ивановна сказала: в ВАКе нашей клеточки нет, давайте писать учебники! И мы начали писать учебники, она была редактором нескольких наших книг. Она создала в ДВВИМУ киногруппу, некоторые выходцы из которой потом стали профессионалами. Она принимала участие в регатах – как правило, в ранге заместителя главного судьи, и её решения принимались без всяких апелляций. Она очень глубоко изучила правила парусных соревнований, которые в некоторых случаях сложнее, чем МППСС. Когда Анна Ивановна уже работала у нас, я создал клуб юных моряков из мальчишек, живших в моём доме. Потом в газете «Дальневосточный моряк» появилась статья «Четыре чемпиона из одного дома», мы «засветились» в городе. Так и появилась Школа юных моряков – она начиналась с дворовой команды. Анна Ивановна поощряла эту работу, и если я был в командировке, она всегда добросовестно работала с этой моей группой, никогда не отказывалась проводить с ними занятия.

Как-то в Австралии её пригласили в клуб капитанов, и потом она создала такой клуб капитанов во Владивостоке – предтеча Дальневосточной ассоциации морских капитанов, которой сейчас руководит Пётр Осичанский. Наш клуб был такого «домашнего» направления, он находился в клубе моряков (сейчас – Пушкинский театр), мы приходили туда обязательно с жёнами. Когда появлялся новый молодой капитан, мы торжественно вручали ему знак, как это обычно делается: наливается стакан водки, знак роняют на дно… Но всё в меру, ни разу никто не был пьяным. Там была самодеятельность, встречи с артистами, с Женей Шальниковым мы устраивали КВН.

Как Щетинина стала Героем Соцтруда

- Анна Ивановна приняла у меня кафедру и два года руководила ею. А потом её забрал от нас очень хороший человек, о котором тоже много баек рассказывают, – Валя Бянкин, Валентин Петрович, начальник Дальневосточного морского пароходства. Это целая история.

Мы хотели её сделать Героем Социалистического Труда. Накануне 60-летия Анны Ивановны начали готовить документы, прошли все краевые инстанции, перечислили все её заслуги. Мой друг, заместитель главного редактора журнала «Морской флот» Костя Иванов даже поместил на обложке рисованый портрет Анны Ивановны, где рядом с её орденскими планками была блёкло нарисована и звёздочка Героя. Костя тогда получил «строгач» за такое самоуправство. Прошло какое-то время, позади уже 8 Марта, у меня на кафедре раздаётся звонок – Удалов, первый проректор. Я говорю: «Владимир Иванович, у меня два капитана-заочника, можно попозже?» – «Нет, прямо сейчас». Прихожу, резко открываю дверь (я себе цену тоже знаю), он говорит: «Женя, вон товарищ из крайкома тебе всё расскажет про Анну Ивановну…». Оказывается, этот человек был в ЦК, уже было «последнее сито», и там оказался сын одного из больших ленинградских начальников. До этого он учился кое-как в «мореходке», Анна Ивановна как декан его гоняла, но вот он туда как-то пробился и нашёл повод для отказа в присвоении звания – за судно, которое она в годы войны выбросила на мель. Подал под другим соусом, а она же на самом деле спасла этот пароход! Если бы он остался на ходу – его бы продолжили бомбить и утопили, уже была течь. Потом её заделали, судно сняли с мели, ей тогда попало за это, потому что капитанов обычно признают виноватыми. «Всё, не проходит ваша Щетинина. Вы бы ещё первого вагоновожатого Владивостока представили на Героя!».

Прошли годы, и Бянкин сказал: «Давайте мы её переведём к себе, приближается 70-летие Анны Ивановны, мы её сделаем Героем Соцтруда!». Жалко было, но я согласился, у меня уже выросло несколько молодых капитанов. Дружба не кончилась, мы к ней приходили и туда, и домой, ей там было значительно легче: ни лекций, ни воспитательной работы. И они представили её на Героя. На 70-летие Анны Ивановны мы собрались в клубе моряков на Пушкинской. Среди нас был представитель крайкома, он постоянно бегал на телефон связываться с ЦК. Уже было известно, что документы Щетининой лежат на столе у Брежнева, но сообщения о том, что он подписал указ, всё не было. Потом с капитаном Маратом Либензоном мы проводили Анну Ивановну до дома - нам хотели дать машину, но она решила пройтись пешком. Шли, болтали, вспоминали анекдоты (анекдоты она, кстати, не любила, делала вид, что не понимает). Поцеловали в щёчку и разошлись по домам, Марат недалеко жил, а я… Ну тогда ночью можно было спокойно ходить. Рано утром мне звонок: «Женя, Аннушка – Герой!». Это случилось ночью, все уже знали, ей не дали спать. И не надо было давать!

Какой у Щетининой был характер


- Как-то мы сидим вдвоём на кафедре, заходит преподаватель - молодой капитан. Он уже собирается уходить, а я его окликаю: «Товарищ Иванов! Минуточку, я вам подкорректирую задание…». Потом Анна Ивановна мне говорит: «Евгений Иванович, как имя-отчество этого капитана? Пожалуйста, капитанов называйте всё-таки по имени-отчеству». И рассказала историю, как она была в Канаде на приёме и обратилась к подошедшему человеку: извините, мистер Смит, забыла ваше имя… Тут же подошёл человек из посольства, который обязательно был где-то рядом, и когда закончилась беседа, сделал ей нагоняй: «Анна Ивановна, вы обязаны знать его в лицо и по имени, этот человек очень нужен Советскому Союзу!». Она пришла на судно, взяла судовую роль, а на борту было человек 40, и стала учить имена и отчества всех членов экипажа. Через два-три дня буфетчица ей говорит: «Анна Ивановна, вы просто фураж произвели!» – «Какой фураж?» – «То есть фурор! Экипаж ходит и восхищается: вот это капитан, всех по имени-отчеству знает, начиная с матроса!».

Анна Ивановна никогда не поносила никого с трибуны. Если человек вёл себя некорректно, она могла сказать ему один на один. Подхожу как-то к своей кафедре, рядом стоит молодая преподавательница с соседней кафедры, назовём её Марией Ивановной, и вытирает носик - явно плакала. «Мария Ивановна, могу ли я вам помочь? Зайдёмте на кафедру?» - «Нет-нет, там Анна Ивановна, она мне сделала замечание по форме одежды…». Эту «форму одежды» я опишу: на голове, по-видимому, консервная банка, закрытая пучком волос, «Бабетта идёт на войну», короткая юбка прикрывает очень хорошенькие ножки, модные туфли на шпильках, которые пропарывали деревянные настилы, а здесь - жабо, пышное такое жабо. Я говорю: «Мария Ивановна, вы сейчас попадётесь на глаза курсантам, они вас обзовут «опереточным штурманом» или как-нибудь почище - и будете ходить с этой кличкой. Идите на кафедру, вам дамы помогут». Она пошла, переоделась, и никто об этом случае не знал, кроме трёх человек.

Сама Анна Ивановна одевалась очень скромно, некрикливо, летом это было светлое платье, никто её не узнавал на улице. Если приходилось стоять в очереди, она никогда не показывала, кто она такая. Её характер – про Штирлица говорили «нордический, стойкий», а она происхождением из сибирских кержаков, это особая порода людей - первопроходцев, таких, как казак Хабаров. Характер ровный. Анна Ивановна была очень простой человек в общении, но всё равно было понятно, что она не простой человек. Это был Учитель с большой буквы. Всё-таки она стояла на хорошем возвышении, на такой «трибунке», была словно под стеклянным колпаком. Ей нельзя было вести себя иначе. Её шлифовало время, в котором были Валентина Гризодубова, Марина Раскова, Полина Осипенко, Дуся и Маруся Виноградовы, Валентина Хетагурова и прочие. И предложение назвать именем капитана Щетининой улицу в центре Владивостоке я полностью поддерживаю.

…В моей жизни было много событий. Встречу с Щетининой я тоже считаю для себя знаковым событием.

* * *

Уважаемая редакция!

До глубины души затронула опубликованная на страницах вашей газеты статья «Простите, Анна Ивановна!» (номер за 31 января 2008 года). Во Владивостоке много улиц, названных в своё время в угоду текущему политическому моменту в честь забытых или не известных широкому кругу населения деятелей. Есть и такие улицы, названия которых вообще носят порядковые номера. Поэтому абсолютно непонятны позиция городской топонимической комиссии, бездействие властей, которые не находят возможностей для увековечения имени и памяти нашей прославленной землячки Анны Ивановны Щетининой, известной не только в Приморье, в нашей стране, но и по всему миру. Кто же, как не она, достоин такой памяти!?

Прошу вас, не оставляйте своих стараний, прилагайте и дальше свои усилия. А мы, горожане, конечно же на вашей стороне. Давайте все вместе добиваться целей, обозначенных газетой.

И. МАЛЫШЕВА, Владивосток

* * *

ВЫПИСКА ИЗ ПРОТОКОЛА №4 заседания Учёного совета Государственной морской академии имени адмирала С. О. Макарова. Санкт-Петербург, 28 января 2008 года

СЛУШАЛИ: обращение командования Морского государственного университета им. Г. И. Невельского с просьбой поддержать их предложение по присвоению одной из улиц Владивостока имени А. И. Щетининой.

26 февраля 2008 г. исполняется 100 лет со дня рождения Анны Ивановны Щетининой. Героическая биография капитана Анны Щетининой нам хорошо известна.

Имя Анны Ивановны Щетининой, первой в мире женщины - капитана дальнего плавания, стало поистине легендарным. Своим Учителем её считают и молодые моряки, и убелённые сединами «морские волки». Она -автор и соавтор учебников по судовождению, многие годы активный член Комитета советских женщин, председатель Приморского филиала Географического общества СССР, Герой Социалистического Труда, Почётный гражданин г. Владивостока, член Союза писателей России, Почётный работник морского флота, Почётный член Дальневосточной ассоциации морских капитанов. Награждена орденом Трудового Красного Знамени, орденом Красной Звезды, двумя орденами Ленина, орденом Отечественной войны 2-й степени, медалью «За трудовую доблесть».

С 1938 г. жизнь и работа А. И. Щетининой самым тесным образом была связана не только с Владивостоком, но и с Ленинградом. Она работала капитаном на различных судах Балтийского морского пароходства.

С 1949 по 1960 г. её жизнь была связана с нашим учебным заведением, она работала сначала заместителем, а затем начальником судоводительского факультета.

Анна Ивановна Щетинина всегда была неравнодушным, деятельным человеком, она постоянно выступала с беседами в школах, институтах, клубах моряков. Её беспокоили транспортные и экологические проблемы, проблемы воспитания подрастающего поколения, о чём она постоянно говорила в своих беседах и выступлениях.

Анна Ивановна была бесконечно добрым, бескорыстным человеком. Её жизнь - образец отношения к служебному долгу, замечательный пример для вступающих в жизнь командиров Российского флота.

Учитывая самоотверженный труд на флоте, широкую общественную деятельность, огромную работу по подготовке командных кадров для флота, бескорыстное и сердечное отношение к людям, командование МГУ им. Г. И. Невельского обращается к нам с просьбой поддержать инициативу о присвоении одной из улиц Владивостока имени А. И. Щетининой.

ПОСТАНОВИЛИ: поддержать предложение МГУ им. Г. И. Невельского о присвоении одной из улиц г. Владивостока имени А. И. Щетининой.

Председатель совета В. Л. МИХЕЕВ
Учёный секретарь В. Д. КУТАЙ

Автор : Василий Авченко Олегович

comments powered by Disqus
В этом номере:
Подальше от центра
Подальше от центра

Прошедшая неделя отмечена рабочими поездками по краю губернатора Приморья Сергея Дарькина. В понедельник его встречали в Уссурийске, в среду – в городе Фокино. Губернаторская традиция лично навещать города и веси родного края приобретает особый смысл в пр

Владимир Курилов: Я настроен прислушиваться
Владимир Курилов: Я настроен прислушиваться

Общественная приёмная депутата Законодательного собрания Приморского края Владимира Курилова имеет свои отличия. Обращаясь сюда, избиратели «попадают в руки» высококвалифицированных юристов. Во-первых, сам депутат – доктор юридических наук, во-вторых, его

Фасады и задворки к саммиту АТЭС
Фасады и задворки к саммиту АТЭС

Легендарная Владивостокская крепость вышла в финал национального конкурса «Семь чудес России». Полагаем, что в Приморье ещё немало мест, которые могли бы иметь статус чудес как минимум краевого масштаба. Именно поэтому газета «Владивосток» объявляет акцию

Возвращение в родную гавань
Возвращение в родную гавань

Газета «Владивосток» продолжает акцию по возвращению краевому центру Приморья имени нашей прославленной землячки, первой в мире женщины - капитана дальнего плавания, Героя Социалистического Труда, Почётного гражданина Владивостока Анны Ивановны Щетининой.

Сомнения вокруг моста растут

«Проект строительства моста на остров Русский в Приморском крае будет готов 15 февраля, и мы вместе с Приморским краем и подрядчиками будем готовы представить проект в Главгосэкспертизу», - об этом сообщил глава Федерального дорожного агентства Олег Белоз

Последние номера