Как вы думаете, будет ли эффективна нынешняя борьба с суррогатом алкоголя в Приморье?

Электронные версии
Общество

Карась – рыба для дембеля. Взгляд на служивых со стороны

Объявляют долгожданную посадку на поезд «Москва - Владивосток». На перроне Ярославского вокзала ребята в шинелях - все верхние боковушки в трех соседних плацкартных вагонах предназначаются им. Если быть точнее, морским пограничникам из Анапы: половина дер

Объявляют долгожданную посадку на поезд «Москва - Владивосток». На перроне Ярославского вокзала ребята в шинелях - все верхние боковушки в трех соседних плацкартных вагонах предназначаются им. Если быть точнее, морским пограничникам из Анапы: половина держит путь в Дальнереченск, половина - в Находку. Почти у всех пилотка сдвинута на правое ухо, как выяснилось позже, это символизирует весенний призыв. Завидуют наверняка тем, кого призовут через шесть месяцев: с 2008 года срок службы сокращается до одного года. Вместе с тем, как эти срочники пройдут службу, возможно, канет в Лету целая армейская культура, базирующаяся на негласной иерархии в армии согласно срокам службы.

«Гады» надо носить, а «хапок» экономить

Александр из Саратова с первого дня пути в далекое Приморье принялся посвящать нас, гражданских, в армейские премудрости. Примеряя на девичьих головах собственный солдатский убор, объяснял: «Когда приходишь в учебку, пилотку натягиваешь на самый лоб, задерешь выше - по шее получишь. Прибываешь по приказу на место службы - поднимаешь, чтобы челка была чуть-чуть видна, вот ты уже и «бумажный карась», потом становишься просто «карасем», затем ты - «карась борзый». Носить пилотку, как угодно, может только дембель». Кому-то из рядом сидящих вспомнился известный анекдот: «Почему у солдата пилотка на затылке держится? - «От подзатыльников шишка вырастает».

Некоторые призывники, скинув шинели, принялись распаковывать вещмешки, в которых несколько маек да пар носков - все нехитрое богатство, а кто-то просто закинул их на «третью» полку за ненадобностью. К беседе быстро подключились еще несколько коротко стриженных ребят. Начинали обычно с того, как для них, «зеленых», ничего не знающих о жизни, оказались суровы солдатские будни. «Если не побрился или волосы на шее не остриг, полотенце через плечо перевесил, «старший» с помощью этого полотенца без всяких инструментов и побрить сможет, и шею в надлежащий вид приведет. Так раз «прогрел», что несколько дней потом шею жгло», - пустился в детали белобрысый Валек.

Для успешного заучивания устава, подхватили другие, тоже свой прием есть: грозят поставить «на полтора», это нечто среднее между «встать прямо» и «присесть на корточки», в таком положении попавшие в немилость могут находиться по два-три часа. После всех этих «удовольствий» срочники обычно со знанием дела констатировали: «Нас татары триста лет гнули - не согнули, тут за полтора года так согнут, что триста лет не разогнешься».

Вникнуть в беседу парней в тельняшках было не всегда просто: у них свой словарный запас, армейский. Неся службу дневальным, они стоят на «баночке», а не просто на табуретке. Перед увольнением «на гражданку» старательно начищают «гады» - это ботинки. «Обрез» означает у них ведро, «кубарь» - магазин, «хапок» - один набор продуктов или сухой паек. У них в ходу свои хитрости и обряды. Каждые выходные пишут письма домой, а получая долгожданный ответ, надувают конверт и громко лопают его - так принято. А это уже по желанию: встать за десять минут до подъема, чтобы забрать из сушилки свои плавки и носки, опасаясь, что их могут обменять на «казенные».

«Товарищ выключатель! Разрешите вас...»

Для меня, как и для прочего гражданского люда, некоторые негласные правила армейского быта казались дикими, например, назначение начальников и заместителей начальников гальюна. Но многие традиции, на посторонний взгляд, были довольно забавные. Как эта: один из срочников перед отбоем от своей «шконки» - кровати - должен подойти к выключателю и обратиться к нему: «Товарищ выключатель, разрешите вас выключить!». Только после этого «старший» разрешает погасить свет в казарме.

В вагоне каждый постарался найти того собеседника, что ближе по духу. Был паренек из одной бывшей советской республики, какой именно, уже не припомню. Всю дорогу, не обращая внимания на девчонок, рассказывал о своей деревне, речке, мотоцикле одному седобородому старичку в тюбетейке. И ничем его нельзя было отвлечь от этих неспешных бесед, казалось, он видит за окном не унылый сибирский пейзаж, а мать, сидящую на крыльце родного дома, простор в поле и влажную распаханную землю по весне.

О чем-то рассказывали охотно, а о чем-то предпочитали молчать, особенно о том, кто кого ждет дома или уже не ждет. Чернобрового Андрея девушка бросила, не выдержав разлуку в полгода. Об этом он узнал, позвонив на второй день с сотового телефона, который выменял у проводника нашего вагона. Потом в тамбуре нашли обломки его мобильника.

Но была одна тема, затрагивая которую, каждый расплывался в улыбке, да и нам было интереснее всего слушать знаменитые байки о камбузе. Как поведали, блаженно закатывая глаза, будущие солдаты, это единственный способ хорошенько насытиться в воинской части. Повара готовят для себя суп в отдельной кастрюле, а не в общей, куда картошку кидают прямо целиком, и потом она, не проваренная, хрустит во рту. И мясо готовят отдельно, а то из «общаковых» котлет вилку вытащить - дело трудное, зато в лоб кому заехать - запросто. Да и тарелки выбирают те, что не просвечиваются. Предпочитают хоть и кривые, но железные, а то в пластиковой дырку в днище заткнешь картошкой, а она в самый ненужный момент вылетит, и все - обед благополучно вытекает под ноги.

Существует в наряде на камбуз и финансовая выгода: два килограмма сахара продают за пару пачек сигарет с доплатой в рублевом эквиваленте. А для солдата, как ни крути, даже самые маленькие деньги - подспорье. Арифметика проста: 50 процентов месячной заработной платы уходит «старому», еще какая-то часть - на нужды роты, корм для рыбок или краски для стенгазеты, к примеру. Остаются в итоге сто-двести рублей - на сигареты и бритвенный станок.

Все из-за женщин...

Казалось бы, не служба, а одни расстройства; в ответ на армейские истории благополучные граждане охали и ахали, особенно пожилые женщины, сыновья которых уже отдали долг Родине. Многие пассажиры усиленно подкармливали худощавых - «в чем душа держится?» - служивых. Что было как раз кстати! Потому как за несколько месяцев они в первую очередь научились быть пронырливыми и за банку тушенки или две порции каши принимали душ - такова была такса у проводников.

Но был у нас в поезде и свой работник ресторана, на бейдже которого значилось: «Заместитель директора по всем вопросам Кадс Мойша Абрамович». С ним служивые быстро нашли общий язык и почву для сотрудничества. На шесть «хапков» меняли бутылку русской сорокаградусной. Питаться, естественно, оставалось нечем. Но кое-что перепало и нам попробовать - не буду хвалить колбасный фарш и желейную гречку, но «Повидло для спецпотребителя», расфасованное по 45 граммов в каждый сухпаек, - то, ради чего можно пойти служить.

Это, конечно, шутка. Но на удивление в нашем вагоне оказался высок процент, так сказать, патриотов. Мало нашлось тех, кто пожалел о том, что вступил в ряды военнослужащих. Даже поборы со стороны дембелей воспринимались большинством как должное: «Ведь все когда-то будут демобилизованы, и все хотят вернуться домой с деньгами и подарками». А эту цитату от балагура Сашки хотелось бы оставить без комментариев: «Армия учит жить: здесь понимаешь, что нет слова «не могу», есть слово «не хочу» и слово «надо».

Но до назначенного пункта наши бравые солдатики, к сожалению, не доехали. Слишком продуктивно сотрудничали с «Мойшей Абрамовичем»; из-за жалобы пассажира двоих солдат из соседнего вагона сотрудники милиции сняли с поезда еще до границы Хабаровского края. Как посетовали ребята из нашего плацкарта: все из-за женщин... Потому и всех остальных - около тридцати человек «кап» - капитан-лейтенант - высадил в каком-то замшелом городишке дожидаться провинившихся. Те покорно стянули вещмешки с полок и двинули на местный вокзал. Выменивать у аборигенов было уже нечего (точнее не на что), есть - тоже. Суровые солдатские будни, однако.

Автор : Ольга Самускевич

comments powered by Disqus
В этом номере:
Жители края получат комфортные квартиры
Жители края получат комфортные квартиры

В ближайшее время соберется на свое первое заседание созданный недавно Наблюдательный совет Фонда содействия реформированию ЖКХ, которому Владимир Путин поручил контролировать расходование средств, выделяемых из федерального бюджета на переселение жильцов

Без китайцев нам не обойтись?

«Мы должны честно посмотреть проблеме в глаза: если речь идет о таких масштабных проектах развития Дальнего Востока, о строительстве множества гигантских объектов - нам никак не уйти от привлечения трудовых ресурсов из соседних стран», - заявил Виктор ГОР

Над «конструкторами» снова сгущаются тучи

Федеральная таможенная служба России предлагает ввести запретительную таможенную пошлину на ввоз в Россию автомобилей в разобранном виде для последующей их сборки. Как сообщает Газета.Ru, об этом заявила заместитель руководителя ФТС Татьяна ГОЛЕНДЕЕВА в п

«Ночные бабочки» летят на иномарки

С июня по сентябрь Управление Россельхознадзора по Приморскому краю проверило фитосанитарное состояние 65 тысяч ввезенных из Японии «бэушных» автомобилей. И пришло к неутешительным выводам. Обнаружено 900 нарушений. Это наличие вредителей, почвы, растит

Мост на Русский: плюс четыреста рабочих мест

Более 400 новых рабочих мест будет создано при строительстве моста на остров Русский, сообщила вчера пресс-служба «Белого дома».

Последние номера