Будете ли вы купаться в море после сообщений об акулах в акватории Владивостока?

Электронные версии
Культура, история

Шолохова и ругали, и любили белые и красные. Внук писателя – о книгах, музее деда и перспективах

Как уже сообщал «В», в рамках V биеннале визуальных искусств прошел открытый музейный форум. Профессиональные хранители наследия истории и культуры – музейщики России, Японии, Китая – собрались, чтобы поговорить о том, какое место должен занять музей в ме
Шолохова и ругали, и любили белые и красные. Внук писателя – о книгах, музее деда и перспективах

Как уже сообщал «В», в рамках V биеннале визуальных искусств прошел открытый музейный форум. Профессиональные хранители наследия истории и культуры – музейщики России, Японии, Китая – собрались, чтобы поговорить о том, какое место должен занять музей в меняющемся мире. Активными участниками форума были директор музея-заповедника «Ясная Поляна» Владимир Толстой и директор музея-заповедника Шолохова Александр Шолохов.

- Александр Михайлович, ощущаете ли вы возрождение интереса к творчеству своего деда?

- Я бы не сказал, что было падение такового – по динамике продаж его книг можно судить. Мы делали запрос в Книжную палату, и выяснилось, что после 1985 года тираж книг Михаила Александровича превысил послевоенные показатели. Так что его читали и читают, и будут читать.

Мы постепенно начинаем выходить из заболевания дурной литературой, низкопробной. Ну и хорошо – любой ребенок должен переболеть ветрянкой в детстве. Вот так и мы… Динамика продаж классической литературы растет, люди истосковались по слову.

- Много ли вы читаете?

- Стараюсь. Из последнего могу назвать роман Курбатова, в котором он совершенно неожиданно показывает нам Турцию как источник православия. Для меня это было открытие.

- Как вы относитесь к нецензурщине в литературе?

- Так же, как к распространенной сегодня привычке остановиться на обочине дороги, снять штаны и сделать вид, что ты один…

- Имя Шолохова часто связывали с советской идеологией, пришлось ли вам менять содержание экскурсий после перестройки?

- Михаил Александрович жил и творил в такое время, когда на службу идеологии ставилось все.

Но! После выхода «Тихого Дона» положительные и отрицательные отзывы о нем поступали как от белых, так и от красных. Шолохова упрекали в пародийности образа Штокмана и одновременно в слишком сильном сочувствии коммунистам. Впрочем, такова судьба любого реалистического произведения: если жизнь описана так, как она была на самом деле, роман всегда будет слишком неудобным, ни в какие идеологические рамки не влезет.

Поэтому, когда мне говорят, что «Поднятая целина» - конъюнктурное произведение, я привожу в пример отрывок: возница везет Давыдова и говорит: там у советской власти два крыла появилось, левое и правое, когда уж она ими взмахнет и снимется от нас, а?

Так что мы не меняли содержание экскурсий. Мы всегда показывали человека, писателя.

- Произведения которого не раз экранизировались. Какие экранизации вам нравятся, какие – нет?

- Больше всех – бондарчуковская «Судьба человека» - трогательная, мастерская. А вот «Тихий Дон» - не фильм Сергея Федоровича, это лента, снятая под диктовку западного заказчика, сделанная из части материалов, которые были сняты и сохранены. Мне фильм не понравился. На мой взгляд, было бы лучше, если бы новый «Тихий Дон» подождал бы, пока будут возвращены все снятые материалы, или – прости, господи, - совсем бы не выходил на экраны.

- Как сегодня живет музей-заповедник?

- Живет и развивается, причем довольно хорошими темпами. В прошлом году мы стали победителями в международном конкурсе «Лучшие в сохранении наследия», в этом году - номинантом конкурса «Лучшие музеи Европы».

Есть ли сложности? Конечно. Как у любого учреждения культуры в нашей стране. И дело не в финансах. Чиновники даже не понимают, что такое музей-заповедник, усадьба. Бытует бухгалтерский подход: свел дебет с кредитом – и выдавай рекомендации, как должен жить музей и какие формы деятельности осуществлять. Мы сегодня активно пытаемся защититься от таких советчиков и просим не мешать работать.

Мы много общаемся с Владимиром Толстым, причем не только потому, что дружим домами. Вешенская и Ясная Поляна очень близки структурно, у нас предмет деятельности один и тот же. И сходимся с ним во мнении, что современный директор такого объекта должен разбираться и в менеджменте, и в маркетинге, и в деятельности служб безопасности, и в проблемах общепита.

В мемориальном музее есть вещи, которые никогда не изменятся: обстановка дома, например. И это очень серьезно: как содержать дом, не дать ему разрушиться… Знаете, какой самый больной вопрос? Визуальное загрязнение окружающей среды! Проще говоря, застройка вокруг музея. Совершенно дикая и парадоксальная. Попробуйте сохранить окружающий пейзаж таким, каким он был и 10, и 100 лет назад... Наши коллеги из музея Куликова поля вынуждены восстанавливать ковыльные степи, практически исчезнувшие, сажать дубраву, в которой стоял засадный полк.

Музей выставочный, как, например, имени Арсеньева, может вести эксперименты с экспозицией, ее содержанием, но за пределы своего здания все равно не выйдет. Мы же расположены на территории 40 тысяч гектаров. Мы многое возрождаем – конюшни, например, донскую породу лошадей.

Работаем и как туристическое агентство, предоставляем жилье, обеспечиваем питание туристов. За годы это сформировалось в эффективную, работоспособную структуру, которую сейчас решили отнять (мол, не музейное это дело – гостиницы и общепит). Нам еще 15 лет назад было сказано: ребята, зарабатывайте кто как может. Мы зарабатываем. Причем не устраиваем сомнительных шоу, не принижаем уровень музея, мы предоставляем сервисные услуги высшего качества. И после того, как мы все это построили, сделали, нам сказали: ребята, идем назад, вертайте все государству, а там решим… Тарханы, Михайловское, Ясная Поляна – да все музеи-заповедники разом поставили перед фактом: структура, которая позволяла нам эффективно работать, теперь у нас отнимается.

Распределяя средства, мы и на развитие музея отправляли, и на издание, например, научных монографий, и на содержание лошадей (бюджетные средства на это не выделяются, спонсоры тоже неохотно на такое идут). Что теперь будем делать – вопрос пока открытый…

Автор : Любовь БЕРЧАНСКАЯ

comments powered by Disqus
В этом номере:
Талантливая глубинка. «Жемчужные дети» и «творческие внуки»

Во Владивостоке на сцене FESCO-Hall завершился 14-й фестиваль-конкурс «Жемчужина Приморья». В этот раз в нем приняло участие почти четыре сотни ребят от четырех лет и старше из всех уголков края: Дальнегорска, Уссурийска, Спасска-Дальнего…

Кошка-провидица. Она спасла жизнь хозяйке
Кошка-провидица. Она спасла жизнь хозяйке

Полумистическая история произошла недавно в Находке. Кошка спасла жизнь своей хозяйке. Что это было - простое совпадение, знак судьбы или благородный поступок животного, хозяйка гадает до сих пор…

Синус возвращается домой! Владивостокского байкера не испугали горячие точки
Синус возвращается домой! Владивостокского байкера не испугали горячие точки

Одиночный мотопробег по Евразии мотоциклиста из Владивостока Игоря Соколова, больше известного под именем Синус, завершен. Проехав на своей «Магне» по дорогам доброго десятка стран, он добрался до Соснового Бора под Санкт-Петербургом, где живет мама Синус

Врагу не сдается наш гордый… Реальные действия учебной тревоги

Пожарную тревогу сыграли в среду на борту гвардейского ракетного крейсера «Варяг».

Тигры и тролли. Илья Лагутенко вспомнил о корнях
Тигры и тролли. Илья Лагутенко вспомнил о корнях

Группа «Мумий Тролль» наконец разродилась новым альбомом. Называется он так же, как тигр на языке удэге и река в Хасанском районе Приморского края, - «Амба».

Последние номера