Какую радиостанцию вы слушаете?

Электронные версии
Жизнь

Сирота идет в тюрьму. Больше некуда

Они всегда отличаются от обычных детей. Коротко стриженные, чумазые, в одинаковых платьицах и плохоньких пальтишках, вечно голодные, эти дети вызывают жалость одним своим видом. Детдомовцы... Кажется, само это слово, неуютное, как железная кровать с панцирной сеткой, таит в себе горечь сиротского детства. Но страшней всего, пожалуй, то, что ждет их во взрослой жизни. Шансы выбиться “в люди” без посторонней помощи у таких ребят практически равны нулю.

Чем заканчивается “трудное детство”

Аню предали трижды. В первый раз родная мама, бросившая беспомощную кроху на произвол судьбы. Во второй - удочерившая ее женщина. Когда стало ясно, что девочка имеет отклонения в развитии, вторая мама поступила так же, как и первая, переложив заботу о 12-летней Ане на плечи воспитателей коррекционного детского дома № 1 г. Владивостока.

Кажется, потом она об этом пожалела. Приходила в детский дом, хотела снова забрать девочку к себе. Но едва замаячила перспектива устройства собственной личной жизни, о ребенке снова забыла.

Трижды покинутая, Аня мстила за предательство взрослых всему окружающему миру. Мстила с недетской жестокостью, на которую способен до безумия отчаявшийся человек. Ей было три годика, когда она выколола глаза живому хомяку. В пятнадцать тушила бычки о свою подругу. А после окончания школы и вовсе покатилась по наклонной плоскости: попойки, случайные связи...

Судьба другой выпускницы - Наташи К., на первый взгляд, складывалась довольно благополучно. Детский дом подыскал ей работу в типографии - не бог весть что, конечно, но по способностям. Воспитатели даже сумели выхлопотать для нее жилье. Тут и жених нашелся. Ласковый, обходительный. Уговорил доверчивую Наташку продать квартиру, деньги забрал и был таков.

...Если вы думаете, что работникам детского дома, где воспитывались Наташа и Аня, безразлично будущее его выпускников, вы ошибаетесь. К выходу в жизнь их здесь стараются подготовить. Обучают самым ходовым ремеслам (швейное, столярное, сапожное дело), чтобы свой кусок хлеба ребята смогли заработать честным трудом. Но ведь не будешь же их всю жизнь за ручку водить!

- Мы пытаемся в дальнейшем проследить жизненный путь каждого из своих питомцев, - говорит директор Людмила Шило, - но это не спасает их от проблем, с которыми они сталкиваются за воротами детского дома.

19-летнего Женю, например, в детдоме держали до последнего.

- Очень добродушный парень, но такой беззащитный, совсем как ребенок, - вспоминали воспитатели. - Если б можно было, он бы от нас вообще никуда не уезжал.

Сейчас Женя учится в партизанском ПТУ на сварщика. Не так давно оттуда пришло письмо, в котором просто и ясно сказано: “трудоустройством воспитанников детского дома училище не занимается”.

- С каждым годом найти свое место в жизни без связей и родительской опеки становится все труднее. Судите сами, - Людмила Александровна открывает журнал учета трудоустройства выпускников, - 1981 год... Из 17 человек 16 сразу же получили работу. 1997-й - 1/6 бывших наших воспитанников нигде не работает и не учится.

По словам Людмилы Александровны, примерно 7 процентов выпускников детдома - потерянные для общества люди. Парни бомжуют, девчонки пополняют армию дешевых проституток.

Попасть в тюрьму проще, чем в вуз

Сколько их сейчас таких, несчастных детдомовских дурочек, обманутых жизнью и людьми? Как показывает статистика, сегодня Россия переживает очередной “сиротский” бум. Еще в 1993 году в Приморском крае было всего 8 детских домов, а сегодня уже 27.

Как в дальнейшем складывается судьба бывших детдомовцев? Если верить официальной статистике, не слишком гладко, но и не слишком мрачно. Так, из 56 человек, окончивших 9 классов в 1996 году, 55 учатся в ПТУ. Что касается выпускников детдомов и школ-интернатов для детей-сирот, получивших среднее образование (в 1996 году таких было 30), 15 из них поступили в техникумы, 8 - в ПТУ, и, наконец, 5 счастливчиков даже стали студентами вузов.

- Конечно, профессионально-технические училища сегодня принимают детдомовцев с большой неохотой, - рассказывает заместитель начальника управления народного образования администрации края Сергей Пикин, - но в общем-то ни один из наших выпускников за последние 5 лет на улице не остался.

Как утверждает Сергей Пикин, проблема дальнейшего обустройства будущего детей-сирот в Приморье решена как минимум на 50 процентов.

У председателя Фрунзенского суда Владивостока Людмилы Ведюн, как у человека, который по долгу службы ежедневно сталкивается с молодежной и подростковой преступностью, другое мнение по этому поводу:

- Будущее детдомовцев? Лично я из зала суда никаких перспектив для них не вижу. Ну окончил он ПТУ, а что потом? Ни одно предприятие Владивостока для детдомовцев рабочие места не бронирует. А сколько было случаев, когда у сирот отнимали закрепленное за ними жилье? Вот вам свежий пример: лишенная родительских прав мамаша продает квартиру. А у нее - двое детей в Находкинском интернате. Пару лет назад был другой случай. Отслуживший армию парень вернулся во Владивосток, а его жилье к тому времени прибрали к рукам. Разумеется, суд вынес решение в его пользу. Но насколько мне известно, квартиру он до сих пор не получил.

Детдомовцы - не хозяева, а пасынки собственной судьбы. Ничего удивительного, если рано или поздно они попадают на скамью подсудимых. По словам Людмилы Ведюн, в среднем в течение года только во Фрунзенском суде Владивостока рассматриваются 3-4 дела с участием выпускников подобных учреждений. Выходит, что тюрьма к ним все-таки ближе, чем вуз.

Детдомовские старожилы

- Чего хочу от жизни? - Ира Рашидова, в прошлом воспитанница артемовского детского дома № 2, а ныне - студентка Дальневосточного колледжа финансов и права, нерешительно пожала плечами, словно боялась неосторожным движением спугнуть мечту. - Хорошо бы поступить в институт искусств, на режиссерское отделение. Не знаете, какой там конкурс?

Таких, как Ирина, здесь 8 человек. Все они - выпускники трех последних лет, по-прежнему живут в детском доме. Единственный молодой человек в шумной девчоночьей компании, Володя ждет призыва на воинскую службу. Шесть девушек, так же, как и Ира, учатся в Дальневосточном колледже финансов и права. Старшие получат профессию бухгалтера, младшие - юриста.

Самая взрослая из “старожилов” детского дома 20-летняя Галина. Каждое утро она с первой электричкой уезжает во Владивосток, чтобы не опоздать к началу занятий, а вечером возвращается обратно. Галя - студентка музыкального училища. При желании она могла бы поселиться в общежитии и не тратить на дорогу по 2,5 часа в день. Но делать это не хочет по одной простой причине: попробуй-ка проживи в чужом городе на одну стипендию!

- Так уж сложилось - пока наши ребята не встанут на ноги, мы продолжаем их опекать, - поясняет директор детского дома Раиса Зимина. - Не важно, учатся они или ждут призыва в армию - все они живут у нас на полном довольствии. И им проще, и нам спокойнее.

Раиса Александровна просто уверена: чем дольше ее бывшие воспитанники остаются в детском доме, тем удачнее потом складывается их судьба. А вот у тех, кто поспешил вырваться из-под опеки, все идет кувырком - учебу бросают, личная жизнь не клеится...

Всем своим существованием артемовский детский дом № 2 опровергает многолетний стереотип о бедности подобных учреждений. Здесь не ходят с протянутой рукой, а зарабатывают деньги сами. Предприимчивости администрации детдома можно только позавидовать - создали свою туристическую фирму, возят “челноков” в Китай. Немалую прибыль дает и автостоянка, совладельцем которой является детский дом. Кроме того, учреждение ведет торгово-закупочную деятельность - на своем автобусе доставляет продукты с оптовых баз.

Кому-то это покажется странным - мол, детский дом должен заниматься воспитанием детей, а не бизнесом. Но разве может вызвать осуждение поистине родительская забота об их будущем! Ведь львиную долю всех заработанных денег детский дом тратит на своих выпускников. К слову, на одно только обучение девочек в колледже уходит почти 2 тысячи долларов в год.

В этом году в артемовском детском доме № 2 шестеро ребят выпускного возраста. Все они будут продолжать образование в зависимости от своего желания и способностей. Сергей собирается поступать в морской колледж во Владивостоке, Алеша - в Находкинское мореходное училище, Светлана скорее всего в Дальневосточный колледж финансов и права.

Недавно детский дом сделал двум выпускницам подарок, который, прямо скажем, не в состоянии себе позволить многие родители, искренне любящие своих детей. Им купили квартиру!

- Хотелось бы, конечно, однокомнатную, но денег хватило только на гостинку, - сожалеет Раиса Александровна. - К лету поднатужимся, глядишь, еще на одну гостинку насобираем. Мы не можем бросить их на произвол судьбы, эти дети нам слишком дороги.

В этом номере:
Выше некуда

Рост цен на рынке недвижимости Владивостока в мае-июне наконец-то приостановился. Об этом корреспонденту "В" сообщил директор Дальневосточного маркетингового центра Сергей Косиков.

На заметку

Вечер памяти первого военного губернатора Приморской области контр-адмирала Петра Казакевича пройдет сегодня в музее имени В.К. Арсеньева во Владивостоке.

Положительный имидж дворника

Управляющая компания Фрунзенского района Владивостока решила бороться за престиж рабочих специальностей, проводя соответствующий конкурс на подведомственных территориях.

Граница международных учений

Во Владивосток из южнокорейского порта Пусан вернулся пограничный сторожевой корабль "Приморье", который принимал участие в форуме пограничных ведомств (береговых охран) государств северной части Тихого океана. В учениях на море были задействованы моряки из России, Японии, Республики Корея, США, Канады и Китая.

Ученые недовольны

Ученым Российской Академии наук не нравится технология проведения реформ, которые затеяло правительство РФ до 2008 года. К примеру, в профсоюзной организации ДВО РАН возмущены тем, что придется сокращать не ставки (как планировалось), а живых научных работников.

Последние номера