Будете ли вы купаться в море после сообщений об акулах в акватории Владивостока?

Электронные версии
Жизнь

Пусть враг ест наш пирог

Среди археологов России Александр АРТЕМЬЕВ самый молодой ученый, защитивший докторскую диссертацию в 39 лет. Он заведует лабораторией позднесредневековой археологии Дальнего Востока Института истории, археологии и этнографии народов Дальнего Востока ДВО РАН. Традиционно сложившийся в нашем сознании облик археолога - этакого чудаковатого старичка не от мира сего - совершенно не соответствует крепко сбитому энергичному Александру.

- В нашем деле людей "не от мира сего" не существует - они просто ничего не добьются. Я достаточно реалистичен в плане организации работ, романтиком могу себе позволить быть очень короткий промежуток времени, на раскопках. Все остальное время обязан быть прагматиком - поиск денег, своевременные отчеты, огромная переписка с коллегами и потенциальными спонсорами. На Новый год рассылаю не меньше 100 поздравлений.

- Спонсоры нужны?

- Академия не финансирует нашу работу с 92-го года. Деньги находим у сторонних организаций. Везде, где бы мы ни работали, на какой-нибудь должности сидит настоящий патриот, заинтересованный в исследовании исторических памятников на своей территории. Главное - найти такого человека.

Денег, естественно, не хватает. Но я занимаюсь любимым делом. Как говорил один из моих учителей - вы хотите удовлетворять собственное любопытство за счет государства и еще много за это получать? Так не бывает, нужно выбирать.

- Вы выбрали бедную науку и не присоединяетесь к митингующим коллегам?

- Митинговать и бастовать смешно. Как историк знаю - это пустой звук.

- Но ведь ученым трудно сейчас живется.

- Деньги всегда найдутся, было бы желание. У меня все есть, потому что работаю. Есть, например, планы поработать на Аляске. Не так давно в архиве внешней политики Российской империи найдены карты, на которых обозначены места, где экспедицией 1778 года были зарыты железные доски с гербами России. Теперь мы можем найти свидетельство закрепления этой территории за нашим государством.

- Изучая историю Руси, вы гордитесь, что родились русским?

- Несомненно. С 89-го года мы исследуем столицу русского Приамурья второй половины XVII века - Албазинский острог. Его дважды осаждали войска Маньчжурского Китая. Первый раз острог был взят, а во второй раз из всех сибирских городов были собраны казаки для обороны. В июне 1668 года в остроге затворились 826 человек, казаки, их жены и дети. Они выдержали 5-месячную осаду и 7-месячную блокаду. К декабрю в живых осталось 150 человек, к маю - 66. И тем не менее на Пасху из осажденной крепости послали изумленным китайским воеводам пшеничный пирог весом в пуд. Люди голодали, но хотели показать - мы живы и готовы сражаться. Без церковного отпевания - священник умер - в остроге не решились хоронить умерших. Их сложили в полуземлянках, одну из которых мы обнаружили и раскопали в 92-м году. С благословения епископа Хабаровского и Благовещенского тела этих казаков спустя 306 лет после гибели были преданы земле по православному обряду.

Разве можно не гордиться принадлежностью к такому великому народу?

- Чувство Времени вас волнует?

- Если оно уйдет, нужно бросать работу. Я увлекся археологией лет в 7-8. Жил в то время в древнерусском городе Изборске, где, по преданию, княжил младший из братьев-варягов Рюриковичей. Из окон нашего дома было видно Труворово городище. Поэтому уже в 12 лет начал работать на археологических раскопках. Среди моих одноклассников практически все там работали. Но археологией увлекаются очень многие, а археологами становятся единицы.

Давно известная вещь - успеха можно добиться только в том случае, если проникнешься тем временем, которое изучаешь. Те, кто занимается историей, полагая, что достаточно прочесть несколько общеобразовательных книг и специальных статей, глубоко заблуждаются. У нас, к сожалению, всегда было популярно писать на исторические темы, не обладая достаточными знаниями. Мол, почитал - и могу иметь свое суждение. Дилетант не понимает, что, живя в ХХ столетии, нельзя со своих позиций оценивать ту жизнь.

- Вы не проводите параллели между прошлым и будущим?

- В том-то и дело, что их проводить нельзя. Необходимо встать на позиции людей, живших в то время. Когда я, например, пишу, что Хабаров был разбойник и грабитель, нередко слышу - как можно так о первопроходце? Мол, это как раз суждение о человеке с позиций ХХ века. Да, это другая эпоха, но именно тогда, в XVII веке, действия Хабарова и были осуждены. Даже вопреки русской поговорке "Победителя не судят" ему запретили в дальнейшем появляться в тех местах, где он был первопроходцем. Царская администрация требовала бережного отношения к инородцам - ценила их как плательщиков исака. Ведь соболя были единственной валютой, которую российское государство имело для покупки в Западной Европе серебра, в России тогда не добывавшегося. А Хабаров топил и вешал инородцев.

- Жестокий был человек.

- Это было характерно для русской администрации в Сибири в XVII-XVIII веках. Оторвавшись от центральной власти, в отсутствие контроля, русский человек, как правило, дурел. Ни одного воеводу царские власти не держали в Сибири больше 2-3 лет. Знали - озвереет и заворуется.

Недаром работа в выборных органах до сих пор ограничивается определенным сроком. Но у нас, к сожалению, легче человека переизбрать на второй срок, чем набрать новую команду голодных, которые ничего не имеют. Дешевле обходится.

- Перестройку вы тоже с точки зрения историка оцениваете?

- В России цивилизованная перестройка невозможна. У нас никогда ничего не происходит потихонечку. Произошло то, что должно было произойти. У нас ведь как? Либо мы в обнимку с монголами, либо мы против монголов, либо мы истребляем боярство, как Иван Грозный, либо братаемся с Западом, как Петр I, либо затворяемся от Запада, как в советское время. Либо у нас ничего нельзя, либо все можно. Видимо, это национальная черта.

- А о переносе русско-китайской границы что вы как специалист думаете?

- Прежде чем принимать такие решения, нужно оглядываться в прошлое. История существования этой границы насчитывает более 300 лет. Решать этот вопрос поспешно нельзя. Мы уже и так китайцев поразили, никогда такого не происходило. Наше же руководство не потрудилось изучить этот вопрос. Поэтому Наздратенко совершенно прав, даже если он подходит к проблеме только с точки зрения государственника. Нельзя росчерком пера уничтожать труд нескольких десятков поколений.

- Вы, насколько знаю, не коренной дальневосточник. Трудно свыкаетесь с "восточной экзотикой"?

- К Владивостоку я, наверное, по-настоящему никогда не привыкну, хоть и живу здесь уже 10 лет. Это не русский город - по ландшафту, по психологии людей. Для владивостокцев характерен космополитизм. Мои книги по вопросам освоения русскими Дальнего Востока прекрасно расходятся в Иркутске, Улан-Удэ и почти не имеют успеха во Владивостоке. А мне претит космополитизм. Поэтому и в вашей газете некоторые статьи откровенно раздражают. Вы, к примеру, нередко рассказываете о религиозных сектах, которые раньше были запрещены и будут запрещены вновь. Они не могут существовать в условиях государственной системы. Недаром столько шума было вокруг закона о религиях. Наше правительство ждет, когда произойдет то же самое, что произошло с "Аум синрике" в Японии.

Везде, где работаем, мы пользуемся поддержкой русской православной церкви. И наоборот, приходилось сталкиваться с тем, что представители сект мешают работе. Потому что она связана с наиболее яркими страницами освоения Дальнего Востока русскими православными людьми.

- Вы противник восточных религий?

- Человек имеет право на выбор. Это нормально. Но восточные религии - для восточных стран. Нам наиболее подходит православие.

Кроме того, сектантство - это прекрасный способ увести людей от насущных проблем. Можно не платить зарплату, не заниматься социальными проблемами, не благоустраивать город - смиренный человек будет помалкивать. Большинство религий призывает к смирению, а это очень выгодно власть предержащим.

- Ну город-то наш явно благоустраивается.

- Строительство переходов имеете в виду? Вот уж что мне совершенно непонятно. С предстоящими выборами мэра связано? Раньше что, руки не доходили? Или зиму посчитали лучшим сезоном для таких работ? Сверхурочных, конечно, много можно заплатить. Все это, по-моему, очередная пропагандистская кампания. Благоустройство города меня не устраивает. Уверен, что и дальше ничего хорошего не будет.

- И все же вы теперь накрепко связаны с Владивостоком. Дочери образование здесь будете давать?

- Думаете, что хочу за границу отправить? Нет, она у меня одна, по крайней мере до ее замужества не хочу расставаться. К тому же там уровень образования значительно уступает нашему, исключая несколько крупных вузовских центров. В Европе московский университет занимает 2-е место, ленинградский - 6-е. Кто впереди? Сорбонна, Оксфорд...

Я получил образование в обычной сельской школе и поступил в ЛГУ, где конкурс был 53 человека на место. Учебники ведь везде одинаковые. Но у меня за плечами было уже 5 сезонов, проведенных в археологических экспедициях. Начинал работать под руководством члена-корреспондента РАН Седова. Благодаря ему пошел после школы в университет, где получил лучшее на тот момент в СССР археологическое образование. Специфической особенностью ленинградской кафедры археологии было то, что большую часть курсов там читали ведущие специалисты из ленинградского института археологии, Эрмитажа и других научных организаций. Свою кандидатскую диссертацию "Города Псковской земли в XIII-XV веках" я писал в аспирантуре Института археологии РАН, а защищал на историческом факультете московского университета. Первую же статью, опубликованную в научном журнале, написал в 10-м классе. И дочь в свои 9 лет уже пишет статьи о Краснояровском городище, куда ее с трех лет мама берет на раскопки.

- И вы, и жена историей Дальнего Востока занимаетесь, а в отпуск все равно, наверное, в родные края тянет?

- Отпуск - вещь формальная. Я его беру только потому, что заставляют. В прошлом году мы с сотрудниками взяли отпуска на время экспедиции. Средств было мало, мы дополнили их своими отпускными.

- Однако жизнь так многогранна, не только работа...

- Ощутить это мне не позволяют доходы. Мне нравится состояние, в котором я нахожусь. Иначе начались бы увеселительные поездки, которые отрывали бы от работы.

- Но расслабляться-то как-то надо. Что у вас - музыка, живопись, чтение?

- Живопись люблю. В последнее время стал собирать альбомы наших авангардистов. Мать, поклонница классицизма, ужасается - зачем тебе это? Как зачем, отвечаю, ведь это порождение столь дорогого, тебе социалистического строя. Это не простое любопытство. Помните у Маяковского - "Я хочу быть понят своей страной. А не буду понят - что ж, по родной стране пройду стороной, как проходит косой дождь"? Чем не Есенин? Вот что у него в душе было. А то, что публикуют, это белиберда. То же и у авангардистов. Почти все они в душе рвались к классике.

Музыка в моей жизни никогда не играла особой роли. Естественно, знаком с классикой. А вот современную эстраду не понимаю. Мне ближе те, кто несет какое-то содержание, Гребенщиков, Галич, Розенбаум...

А еще детективы с удовольствием читаю. Скорость у меня приличная - 100 страниц в час. За экспедицию много успеваю прочитать. И страшно радуюсь, если к середине книги угадываю убийцу.

- У вас, похоже, вся жизнь как по нотам расписана.

- Да, я про себя все знаю. Для меня главное - работа, работа, работа. Зачем заниматься наукой, если достигнешь лишь средних результатов? Результат должен быть либо выдающимся, либо никаким.

- У вас будет выдающийся?

- Давайте об этом умолчим. Коллеги скажут - нескромно.

comments powered by Disqus
В этом номере:
Выше некуда

Рост цен на рынке недвижимости Владивостока в мае-июне наконец-то приостановился. Об этом корреспонденту "В" сообщил директор Дальневосточного маркетингового центра Сергей Косиков.

На заметку

Вечер памяти первого военного губернатора Приморской области контр-адмирала Петра Казакевича пройдет сегодня в музее имени В.К. Арсеньева во Владивостоке.

Положительный имидж дворника

Управляющая компания Фрунзенского района Владивостока решила бороться за престиж рабочих специальностей, проводя соответствующий конкурс на подведомственных территориях.

Граница международных учений

Во Владивосток из южнокорейского порта Пусан вернулся пограничный сторожевой корабль "Приморье", который принимал участие в форуме пограничных ведомств (береговых охран) государств северной части Тихого океана. В учениях на море были задействованы моряки из России, Японии, Республики Корея, США, Канады и Китая.

Ученые недовольны

Ученым Российской Академии наук не нравится технология проведения реформ, которые затеяло правительство РФ до 2008 года. К примеру, в профсоюзной организации ДВО РАН возмущены тем, что придется сокращать не ставки (как планировалось), а живых научных работников.

Последние номера