Будете ли вы купаться в море после сообщений об акулах в акватории Владивостока?

Электронные версии
Жизнь

Новый курс актера и педагога Славского

В Александра Славского влюбляются все, даже театральные уборщицы. Что уж говорить про зрителей! Кто-то запомнил его после потрясающей роли Понтия в булгаковском “Мастере”, кто-то - рефлексирующим чеховским Ивановым, а кто-то без ума от Славского, поющего в шоу Звеняцкого. Говорят, что в провинции “звезд” не бывает... Славского узнают в трамваях школьницы. К нему на курс мечтают поступить не только помешанные на театре барышни, но и серьезные юноши. Сегодня Александр Петрович - не только самый заметный актер академического театра имени Горького, но и педагог института искусств.

- Александр Петрович, студенты этого года - это уже ваш третий набор. Удивительно, что молодые люди, хорошо зная, что актерский труд больших денег не сулит, продолжают рваться в эту профессию...

- В этом году вообще интересный набор - 15 юношей, что редко бывает. Многое, наверное, происходит от непонимания, от незнания театра - им кажется, что это лишь аплодисменты... Но все ребята разные. И в этом пока их главное достоинство. Может быть, я так говорю, потому что сам уже старею и мне что-то не нравится в том поколении, которое выросло на фанте, пепси-коле и на жевательной резинке, но мне кажется, что они достаточно ограничены сегодня. Не все, но диву даешься порой, что о человеке по фамилии Пушкин многие имеют слабое представление.

- Работая с первокурсниками, вы не можете не видеть, кто из них отмечен божьим даром, а кто нет. Вам не жаль тратить силы на всех?

- К сожалению, это издержки нашей преподавательской системы, издержки бесплатного обучения. Но я убежден, что нашей профессии нельзя учить за деньги! Раньше, когда чувство максимализма было во мне сильнее, я говорил: “Все должны идти только в профессию!” Но сегодня время такое, что профессия наша невостребована. Половина наших выпускников не может найти себе применение, а ведь среди них много талантливых ребят. Кто-то просто не хочет уезжать из Владивостока, тешит себя надеждой работать именно в нашем театре. И я их понимаю - наш театр один из самых сильных на Дальнем Востоке и в Сибири. Но я считаю, что сегодня в городе назрела необходимость создания еще одного профессионального театра.

- Вы всерьез об этом говорите?

- Я давно об этом говорю. В городе нет музыкального театра, нет театра юного зрителя. Это уму непостижимо! На какие средства создавать театр? Это пусть у руководства, у больших начальников голова болит. Не только храмы церковные, но и храмы искусства надо строить!

- А зрителей в городе хватит на все театры?

- Если будет интересный театр - хватит! Наш театр, например, не может удовлетворить все потребности в детском репертуаре, у нас другие задачи. Кукольный театр - он все-таки для младшего возраста. А поколение от 12 до 16 лет у нас остается практически неохваченным.

- Вы сами когда первый раз попали в театр?

- К сожалению, я рос в городе, где не было театра. Первый раз спектакль увидел в 8-м классе - у нас в Артеме ТЮЗ показывал “Слугу двух господ”. Я из шахтерской семьи. Случайно зашел в школьный театральный кружок, там и остался. Очень любил в детстве читать стихи - про Ленина, про партию. Руководительница театрального кружка Таисия Цибуло была удивительная женщина... Когда меня спрашивают, какую профессию я бы выбрал, если бы не стал актером, я теряюсь. Наверное, пошел бы в шахту, все туда шли.

- Несколько лет назад вы отметили свое 40-летие. Что сегодня вы чувствуете, когда смотрите в зеркало? Ведь для актера лицо намного важнее, чем, скажем, для шахтера...

- Да ничего я не чувствую. Я думаю, что все нормально. Смотреть в зеркало и расстраиваться, что тебе не 20 лет, - это глупо. Конечно, морщины появляются, больше грима добавляешь, ну и что? Главное, чтобы в душе было ощущение молодости и свежести!

- В шоу Звеняцкого, в других спектаклях вы прекрасно поете. Не боитесь, что сигареты - одна за другой - скажутся на голосе?

- Я очень давно курю. На кого-то это, может, оказывает влияние, на меня пока, тьфу-тьфу, нет.

- Я видела, как вы общаетесь со студентами и какими глазами они на вас смотрят. Думаю, не ошибусь, если скажу, что половина девушек-студенток в вас просто влюблена...

- Я как-то об этом не задумывался. Может, кто-то и питает какие-то чувства, но я не акцентирую на этом внимание. Меня больше интересует педагогика, нежели кто как ко мне относится.

- Говорят, что вы очень жесткий педагог...

- Я нормальный педагог. Я бываю жестким тогда, когда надо быть жестким, и бываю мягким, когда надо быть мягким. В этом, наверное, и заключается педагогика - надо чувствовать индивидуальность студента. Иногда просто необходимо быть жестким, чтобы человек собрался.

- Вы допускаете мысль, что можете жениться на своей студентке, как, допустим, Олег Табаков?

- Нет, я по-человечески не очень это понимаю. Я 20 лет назад встретился со своей женой и собираюсь с ней еще долго-долго оставаться.

- Ваша жена тоже актриса?

- Да, Наталья Кульчихина. Я причинил ей достаточно много хлопот в профессиональном плане. Наверное, она могла бы больше сыграть, но двум актерам в семье очень непросто. Но все, что я делаю, это во многом благодаря ей. Я бываю дома, как правило, очень уставший. Признаюсь, что иногда специально делаю уставший вид, чтобы увильнуть от домашних дел.

- Для вашего уставшего вида есть серьезные причины...

- Когда идет много спектаклей, репетиций, прогонов - это утро-вечер, утро-вечер. В перерывах еще студенты - 4-6 часов. Поэтому я дома предпочитаю смотреть телевизор или читать.

- Такую вашу востребованность в театре можно объяснить в первую очередь тем, что вам повезло с режиссером?

- Это профессиональное счастье - встретить своего режиссера. Мы со Звеняцким уже столько лет вместе! В 79-м году уехали в Комсомольск-на-Амуре, там 5 лет работали. Потом вернулись вместе во Владивосток. Вся моя жизнь как актера связана со Звеняцким, и я благодарен судьбе за эту встречу.

- Но сегодня вы не просто актер, но и самостоятельный режиссер - каждый год вы ставите со студентами собственные спектакли. Вы не пытаетесь и в театре отстаивать свое режиссерское видение?

- На репетициях у нас бывает со Звеняцким какое-то несогласие, хотя я уже и не помню, когда это было в последний раз. Но мы всегда стараемся найти точки соприкосновения. Я как актер очень люблю идти за режиссером, понять, что он хочет, чтобы найти какие-то свои подходы к выполнению задуманного.

- Я видела вас в самых разных спектаклях и затруднилась бы сказать, роли какого плана вам особенно удаются. Вы сами как считаете?

- Я часто употребляю слово “синтез” - это владение разными жанрами, слияние разных актерских проявлений. Я люблю свою профессию. Сегодня я выхожу в “Биндюжнике” или в “Мафиози” и нахожу в этом радость, а завтра у меня “Иванов” - уже совсем другой материал, другая точка отсчета. Главное, чтобы переключалась какая-то внутренняя кнопка.

- К каким средствам вы прибегаете после спектакля, чтобы снять усталость - к глотку коньяка?

- Скорее водки. Я предпочитаю крепкие российские напитки.

- На что сегодня актеру Славскому не хватает денег?

- Денег не хватает на все! Начиная с каких-то мелочей и кончая ремонтом в квартире. Я очень не люблю все эти разговоры о зарплате. Конечно, по общепринятым меркам в нашем театре мы зарабатываем лучше, чем в среднем по России. Но то, что мы получаем, сложно назвать зарплатой актера в конце XX века - это просто сведение концов с концами.

- Глядя на все это, ваша взрослая дочь все равно мечтает об актерской профессии?

- Она учится в 11-м классе, и у нее есть интерес к литературе, к психологии. При этом она часто ходит в театр, знает все наши премьеры. Полгодика ей было, когда мы ее первый раз принесли на репетицию. Помню, мы выпускали “Преступление и наказание” - она все репетиции сидела за кулисами тихо-тихо, не плакала, терпеливо нас ждала. И сегодня мне хочется верить, что ей нравится, как работает папа. Но устраивать ее в наш институт я не хочу, пусть сама выбирает, к чему она тяготеет, пусть старается, поступает.

- Что сегодня способно вывести из себя Славского-актера?

- Хамство в зрительном зале, наверное. Почему-то это происходит обычно в первом ряду. Это способно выбить меня на секунду, потом я начинаю анализировать.

- Что способно вывести из себя Славского-педагога?

- Ложь. Когда человеку веришь-веришь, а потом оказывается, что он тебя обманывает. Ведь в каждого студента столько вкладываешь...

- Удивительно, как вы близко к сердцу принимаете свою работу в институте. Редко где в вузе преподаватель так всерьез относится к студенту. Казалось бы, зачем вам, преуспевающему актеру, вся эта суета, тем более за такую мизерную зарплату...

- Я и сам не знаю - зачем мне это! Но дело не в деньгах. Проверяешь какие-то свои наработанные годами вещи. И потом, когда есть чем поделиться, почему бы этого не сделать?

comments powered by Disqus
В этом номере:
Выше некуда

Рост цен на рынке недвижимости Владивостока в мае-июне наконец-то приостановился. Об этом корреспонденту "В" сообщил директор Дальневосточного маркетингового центра Сергей Косиков.

На заметку

Вечер памяти первого военного губернатора Приморской области контр-адмирала Петра Казакевича пройдет сегодня в музее имени В.К. Арсеньева во Владивостоке.

Положительный имидж дворника

Управляющая компания Фрунзенского района Владивостока решила бороться за престиж рабочих специальностей, проводя соответствующий конкурс на подведомственных территориях.

Граница международных учений

Во Владивосток из южнокорейского порта Пусан вернулся пограничный сторожевой корабль "Приморье", который принимал участие в форуме пограничных ведомств (береговых охран) государств северной части Тихого океана. В учениях на море были задействованы моряки из России, Японии, Республики Корея, США, Канады и Китая.

Ученые недовольны

Ученым Российской Академии наук не нравится технология проведения реформ, которые затеяло правительство РФ до 2008 года. К примеру, в профсоюзной организации ДВО РАН возмущены тем, что придется сокращать не ставки (как планировалось), а живых научных работников.

Последние номера