Как вы думаете, будет ли эффективна нынешняя борьба с суррогатом алкоголя в Приморье?

Электронные версии
Жизнь

Мне очень нравилась русская колбаса

В январе 1992 года Владивосток был открыт для иностранцев. Я подумал, что другого шанса не будет, и в марте 1992-го совершенно один приехал во Владивосток. Тогда мне было 36 лет. Жена и трехлетний старший сын остались в Ниигате, а я, договорившись с российской стороной, уехал на год.

В то время, чтобы доехать из Ниигаты до Владивостока, нужно было лететь до Хабаровска, а оттуда добираться на поезде или на самолете. Если на поезде, то ночевать надо было в Хабаровске. Я и сейчас помню, как по дороге от аэропорта до гостиницы “Интурист” смотрел из машины на темные улицы Хабаровска, беспокоился о своем будущем и немного раскаивался, что приехал в Россию. Как бы там ни было, я исполнил свое заветное желание - приехал во Владивосток и начал осваиваться с российским бытом.

Случайно оказалось, что квартира моего знакомого в центре города (стадион “Авангард”) свободна, и я поселился там. Впервые мне предстояло жить в России, без знания русского языка, да еще так долго. Студент, говорящий по-японски, согласился пожить со мной неделю. Он помог мне привыкнуть к повседневной жизни и научил, как делать покупки.

В Японии любой может ходить за покупками, даже не зная языка: надо просто сложить в корзину все, что ты хочешь купить, а потом заплатить в кассу.

Но во Владивостоке в 1993 году были только государственные продуктовые магазины, где покупатели называли продавщицам товары, а те доставали их с полок позади прилавка. Естественно, если не знаешь русского, купить ничего не можешь. Поэтому я записывал названия продуктов на бумажке, но когда приходил в магазин, никак не мог произнести нужные слова. Часто бывало, красавицы продавщицы раздраженно спрашивали: “Что? Что?” - и, испуганный, я возвращался домой, ничего не купив. Когда я рассказал об этом японцу, свободно говорящему по-русски, тот признался: даже он, услышав в магазине “Что?!”, цепенеет от ужаса. Мы, японцы, очень боялись этих красавиц.

Но я часто приходил в этот магазин, продавщицы запомнили меня и стали сердечно относиться к бедному иностранцу, который не может объясняться по-русски. Я подумал тогда, что русские прохладно относятся к совершенно незнакомым людям, но если хотя бы раз они почувствовали расположение к человеку, нет народа добрее. Я все время чувствовал это, пока жил в России.

Мне жаль, что в России в последнее время изменилась культура питания. В 93-м году на полках магазинов было изобилие даров русской земли, ее удивительной природы: березовый сок, разные сорта меда. Я часто покупал маринованные помидоры. Помидорный рассол я использовал и как соус для макарон, и пил по утрам, когда было похмелье после водки. Кроме этого мне очень нравилась русская колбаса, особенно как закуска к спиртному. Также я покупал рис, если мне казалось, что он вьетнамского или китайского производства, и варил по-японски. В этом рисе прятались камешки, которые хрустели на зубах, если есть невнимательно. Поэтому сначала надо было высыпать рис на газету и перебрать его. В Японии мне не приходилось этого делать, и сейчас я с удовольствием вспоминаю об этом занятии.

Но в последнее время продукты, стоящие на полках магазинов, - почти все импортные. Посмотришь на это и не можешь понять, в какой стране находишься. Когда в последний раз я приезжал во Владивосток, то заметил пластиковые бутылки с надписью “Квас”. Я попробовал его, но вкус совершенно отличался от того кваса, который я пил раньше. Конечно, он нравится современной молодежи... Однако я беспокоюсь, что теперь в России исчезнет окрошка.

Такое положение не является чисто российской особенностью. В Японии тоже исчезла традиционная культура питания. Вместе с высоким экономическим ростом, который начался примерно в 1965 году, жизнь стала лучше, и мы, японцы, потеряли много ценного в обмен на комфорт. Сейчас во всех развитых странах питаются одинаково. Мои дети очень любят гамбургеры из “Мак Дональда” и “реторто фуд” - уже готовую еду, которую надо просто разогреть в микроволновке. Честно говоря, и я уже привык к такой жизни. Современная ситуация во Владивостоке очень напоминает мне, как в Японии все менялось. В частности, за последние 5 лет в Россию резко вторглась западная система питания, и поэтому меню русских очень изменилось.

Но, наверное, необходимо учитывать, что изменения в культуре питания (упрощение приготовления) идут вслед за эмансипацией женщин и освобождением их от работы по дому...

comments powered by Disqus
В этом номере:
Выше некуда

Рост цен на рынке недвижимости Владивостока в мае-июне наконец-то приостановился. Об этом корреспонденту "В" сообщил директор Дальневосточного маркетингового центра Сергей Косиков.

На заметку

Вечер памяти первого военного губернатора Приморской области контр-адмирала Петра Казакевича пройдет сегодня в музее имени В.К. Арсеньева во Владивостоке.

Положительный имидж дворника

Управляющая компания Фрунзенского района Владивостока решила бороться за престиж рабочих специальностей, проводя соответствующий конкурс на подведомственных территориях.

Граница международных учений

Во Владивосток из южнокорейского порта Пусан вернулся пограничный сторожевой корабль "Приморье", который принимал участие в форуме пограничных ведомств (береговых охран) государств северной части Тихого океана. В учениях на море были задействованы моряки из России, Японии, Республики Корея, США, Канады и Китая.

Ученые недовольны

Ученым Российской Академии наук не нравится технология проведения реформ, которые затеяло правительство РФ до 2008 года. К примеру, в профсоюзной организации ДВО РАН возмущены тем, что придется сокращать не ставки (как планировалось), а живых научных работников.

Последние номера