Какую радиостанцию вы слушаете?

Электронные версии
Память

Десантом на Свирь

Ветераны Тихоокеанского флота не забывают и уважают капитана первого ранга Александра Минеева, хоть он и давно на заслуженном отдыхе. Помнят и первый корабль, куда получил назначение прибывший во Владивосток после учебы в военной академии офицер Минеев. Это был эскадренный миноносец «Вызывающий», слаженный экипаж которого командующий ТОФ впоследствии частенько ставил в пример.

Эту переправу хорошо помнит Александр Минеев

Ветераны Тихоокеанского флота не забывают и уважают капитана первого ранга Александра Минеева, хоть он и давно на заслуженном отдыхе. Помнят и первый корабль, куда получил назначение прибывший во Владивосток после учебы в военной академии офицер Минеев. Это был эскадренный миноносец «Вызывающий», слаженный экипаж которого командующий ТОФ впоследствии частенько ставил в пример.

Впрочем, с каперангом Минеевым знакомы и молодые моряки, что служат на ТОФ сегодня. Ведь Александр Дмитриевич участвует во многих флотских мероприятиях, нередко бывает в экипажах, где рассказывает не только о «Вызывающем» и других славных кораблях, о морских походах, но и, например, о своей переправе через Свирь. Потому что форсировал эту реку ефрейтор Минеев в 1944 году, во время Великой Отечественной войны, о которой, уверен фронтовик, должны знать и нынешнее поколение, и следующие.

- В 1944 году 18-ю, 20-ю и нашу 19-ю гвардейскую воздушно-десантные бригады переформировали в 98-ю гвардейскую стрелковую дивизию и направили выбивать финнов с той территории, где они закрепились еще с 1941 года, - говорит Александр Дмитриевич. - Нам нужно было неподалеку от города Лодейное Поле переправиться через Свирь, за которой у финнов начиналась глубокая линия обороны.

Над этой линией сперва, как вспоминает ветеран, мощно отбомбилась наша авиация, затем в дело вступили пушки, а после длившейся два с половиной часа артподготовки пошла на прорыв 98-я дивизия - на лодках, плотах и прочих плавсредствах.

- Мы, трое связистов, шли через реку на автомобиле-амфибии, - рассказывает ветеран. - Получили задание сразу вслед за первым броском десанта переправиться и при этом навести проводную связь. Заранее заготовили кучу железок - утяжелить кабель, ведь если он пойдет поверху, его вмиг повредят осколки. И вот представьте, как мы форсируем широкую, полноводную, холодную Свирь: один разматывает провод, второй на него железки навешивает, а третий его бросает так, чтобы притопить на 10 метров, ко дну. Тут вблизи падает в реку снаряд, и нас накрывает фонтаном воды. Враги-то с того берега лупили - будь здоров!

К слову, за форсирование Свири многие бойцы были удостоены наград. Александр Минеев и его товарищи-связисты получили ордена Славы третьей степени.

Александр Дмитриевич поясняет, что знаменитая линия Маннергейма по праву вошла в военные анналы как один из образцов укреплений.

- Там было все: и проволочные заграждения из бесчисленных рядов колючки, и заминированные участки, и разветвленные ходы глубоких окопов, а также доты - долговременные огневые точки из железа и бетона, и дзоты - аналогичные точки еще и с земляными накатами. До 10 накатов, - уточняет фронтовик, - такую насыпь ничем не пробьешь. Неудивительно, что наступление, во время которого мы прошли 300 километров, продолжалось почти месяц. Через каждые 15-20 километров на очередном оборонительном рубеже мы окапывались и готовились к следующему броску. Дважды принимали пополнение, потому что свыше половины личного состава было убито или ранено.

Старый воин и сейчас, спустя шесть десятков лет, помнит своих боевых товарищей.

- На «ненашем» берегу Свири советские войска с самого начала столкнулись с отлично организованным сопротивлением, - констатирует ветеран. - К примеру, мы, связисты, тянули провод за командиром первого батальона капитаном Ермиловым. Через какой-то час он был тяжело ранен. На смену ему пришел комбат Иванов, но во второй половине дня его убили. Его место занял начальник штаба, однако к вечеру и он был убит.

Навсегда запечатлелись в памяти Александра Дмитриевича и кровопролитные бои весной 1945 года в Венгрии, у озера Балатон. К тому моменту упомянутые

18-я, 19-я, 20-я воздушно-десантные бригады и несколько дивизий были объединены в 9-ю гвардейскую армию.

- Каждый бой в Венгрии был чрезвычайно интенсивным, - говорит фронтовик. - Скажем, наша дивизия освобождала город Веспрем дважды. Фашисты сопротивлялись столь ожесточенно, что нам пришлось оставить уже взятый город, а потом брать его снова. За тот бой я вторую «Славу» получил. Там, кстати, меня и ранило - осколком в голову. Но я довольно скоро оправился после этого ранения, вернулся в строй и, что называется, дождался времени, когда венгерские фашисты стали сдаваться в плен - сначала поодиночке, а потом уже целыми отделениями, взводами.

В плен ефрейтору Минееву и его товарищам довелось брать врагов и в Чехословакии, уже после официального окончания войны.

- Но до этого были тяжелые сражения в Австрии, - рассказывает Александр Дмитриевич. - А известие о конце войны застало нас в австрийской столице. Бивак мы разбили на опушке прославленного Венского леса, и спать в ту ночь я улегся не в палатке, а под дивной разлапистой елочкой.

Прямо из Венского леса бойцы нескольких дивизий на машинах - по 25 человек в грузовике - помчались в Чехословакию, где южнее Праги сосредоточились немцы.

- Их было аж 75 тысяч. Только генералов - 600 человек! Они сформировали колонну - с пушками, с имуществом - и двигались в сторону американцев, чтобы сдаться в плен им, а не нам, - усмехается ветеран. - Однако мы оказались быстрее. Правда, фашисты огрызались, стреляли по машинам прямой наводкой. Но мы немцев под городом Табор окружили, до 12 мая подавляли сопротивление, а затем три дня, с 13 по 15 мая, разоружали. Обследовав местность, нашли большой овраг. Вот к нему подводили фашистов, туда они бросали оружие, потом их дополнительно обыскивали и - под конвой.

Заметим, что из Чехословакии 98-я гвардейская стрелковая дивизия шла по Европе пешком. За месяц преодолели 1200 километров. А из румынского города Плоешти дивизию направили на Дальний Восток, но, когда бойцы прибыли в Приморье, война с Японией уже закончилась.

- Штаб дивизии разместился в Покровке, наш полк стоял в Чернятино, - вспоминает фронтовик, на груди которого ордена Славы второй и третьей степени, орден Красной Звезды, орден Отечественной войны второй степени, множество медалей. - Ну а я к тому времени твердо решил стать профессиональным военным. Пришли разнарядки на прием в училища, причем разных родов войск. И я выбрал военно-морское. Окончил его, служил на кораблях Черноморского флота, оттуда отправился в академию, а после нее попал на Тихоокеанский флот. Так что его патриотом я стал еще в конце 50-х годов, и с ним моя судьба связана крепко-накрепко.

 

Автор : Светлана ЖУКОВА, Нина ПЕТРУХИНА (фото), «Владивосток»

В этом номере:
Новое оснащение «Скорой»

Вчера на базе учебно-тренировочного центра МУЗ «Станция скорой медицинской помощи Владивостока» официально открылся новый учебный класс, оснащенный самым современным оборудованием.

Клиент всегда первый

Вчера на главпочтамте Владивостока торжественно открыли новый центр по обслуживанию корпоративных клиентов. Теперь они смогут отправить свою многочисленную корреспонденцию, не создавая неудобства для других посетителей почты.

Остановивший мгновенье

Мгновения, остановленные фотокорреспондентом газеты «Красная звезда» по Дальнему Востоку полковником Виталием Аньковым, далеко не всегда прекрасны… Потому что Виталий снимал войну в Чечне. Чернобыль. Нефтегорск.

Мартовские перестановки

Вчера в Хабаровске на совещании по развитию дальневосточной магистрали президент ОАО «Российские железные дороги» Геннадий Фадеев, который прибыл в город с однодневным визитом, представил новых начальников филиалов компании.

ЖКХ перейдет в частные руки

Комитет по жилищному и коммунальному хозяйству администрации края в пятницу провел большой семинар по обобщению опыта работы частных компаний в жилищно-коммунальном хозяйстве.

Последние номера