Будете ли вы купаться в море после сообщений об акулах в акватории Владивостока?

Электронные версии
Политика

Использовать свой шанс

В мае 2001 года Сергей Дарькин уверенно победил на губернаторских выборах в Приморье. Спустя три года мы беседуем с ним о результатах развития региона и его перспективах, о взаимоотношениях власти и бизнеса.

В мае 2001 года Сергей Дарькин уверенно победил на губернаторских выборах в Приморье. Спустя три года мы беседуем с ним о результатах развития региона и его перспективах, о взаимоотношениях власти и бизнеса.

- Я внутренне напрягаюсь, когда слышу слова «политик», «демократ», «государственник»... В России эти слова очень скомпрометированы, стали почти ругательными. Тем не менее не скрываю, что я - и тот, и другой, и третий. И лоббист интересов Приморского края в том числе. Многие мои коллеги считают, что от главы региона сегодня мало что зависит - все решается в федеральном центре. Но это не так. Я знаю, что от губернатора зависит многое.

На меня же влиять сложно. Я прежде всего отвечаю перед населением за свою максимально профессиональную работу по повышению качества жизни приморцев. При этом я не могу быть заложником каких бы то ни было политических групп и партий, заложником бизнесменов в плане лоббирования их интересов. Политическое и бизнес-пространство Приморского края абсолютно открыто. Если отдавать кому-то предпочтение, в конце концов можно оказаться в ситуации, когда интересы жителей края не совпадут с партийными или бизнес-интересами. Так зачем давать повод для возникновения подобной ситуации? У меня есть свое понимание власти - оно очень простое: государство должно учить, лечить и защищать... Я принципиально стараюсь не вмешиваться в бизнес: администрация создает условия для комфортной работы бизнесменов, а бизнес платит налоги. Это нехитрые правила игры, по ним мы и должны работать. И, несомненно, одно из условий этой работы - прозрачность, причем с обеих сторон. Ведь без открытости нет доверия, а успех страны, ее будущее только в партнерстве власти и бизнеса. Поверьте, русский человек, даже с огромными деньгами, не нужен за рубежом, если за его спиной нет сильного государства. Только тогда, когда ты - защищенная личность, когда за твоей спиной сильная страна, можно свободно и успешно заниматься бизнесом, наукой, культурой.

Я и к себе как к руководителю края подхожу с такими мерками. Работа региональной администрации прозрачна. Я никогда не скажу бизнесмену: можешь не платить десять миллионов налогов, если дашь треть этих денег на строительство больниц или спорткомплекса. Я ведь знаю, как это делается во многих регионах. Мы принципиально так не работаем. И как следствие - бизнес тоже становится более открытым. За прошлый год ВРП вырос на семь процентов, а товарооборот - на сорок пять. Это не означает, что в регионе все гладко идет. Это говорит о том, что больше денег начинает выходить из теневого оборота. Что очень важно.

- Перед федеральным центром вы так же открыты? Ваши коллеги считают, что невыгодно показывать доходы...

- Дело даже не в том, что сегодня это невыгодно регионам. Проблема в другом: правила игры часто меняются, и на местах невозможно планировать работу на долгое время. Хотя Приморью на самом деле жаловаться не на что: сегодня край сколько отдает налогов, столько же и получает в виде трансфертов. Мы видим, что президенту страны Владимиру Путину небезразличен Дальний Восток и, в частности, Приморье. Но надеемся мы только на себя: за три года доходная часть краевого бюджета увеличилась в два раза. К слову, еще об отношениях с предпринимателями - если эти доходы «прятать», я уверен, это скажется и на моих отношениях с бизнесом здесь, в крае. С другой стороны, я прекрасно понимаю, что государство живет - и по-другому просто не бывает - за счет субъектов федерации. У государства много важнейших функций, и ему надо на это иметь деньги. Просто прежде, чем делать какие-то новые шаги, Минфину важно тщательно взвесить, как это скажется на регионах.

- То есть нет отлаженной обратной связи...

- Я могу себя поставить, к примеру, на место разработчиков проекта госбюджета на следующий год, и я их понимаю. Нужно искать возможности увеличивать доходную часть. Что-то, несомненно, приходится брать у регионов. Но тогда надо параллельно создавать им условия самим покрыть эти издержки или определить точный механизм, как покрывать их за счет федерации.

- А каковы в крае возможности по наращиванию доходной части бюджета?

- Понятно, что если бы крупные компании - Евразхолдинг, «Северстальтранс» и многие другие - в крае не работали, не платили бы здесь налоги, то в краевом бюджете была бы дыра. Раньше мы подписывали с компаниями различные соглашения о сотрудничестве. Но в последнее время от этого отказываемся - сегодня достаточно мониторить ситуацию по текущим платежам и разбираться в каждом отдельном случае. К примеру, у нас работает СУЭК. В прошлом году компания увеличила объемы производства на один процент (а в крае в целом добыча угля ежегодно увеличивается на десять процентов), а налогов заплатила на шесть миллионов рублей меньше. Мы провели переговоры с руководством холдинга, и деньги краевой бюджет получил. Я отдаю себе отчет, что у компаний своя инвестиционная политика, но не допущу, чтобы бюджет недополучал средства. Вторая минусовая позиция по прошлому году - железная дорога. Мы посмотрели: объемы железнодорожных перевозок растут, а налоговые поступления в бюджет снижаются. Начали разбираться почему. Оказалось, что это объективное снижение: Дальневосточная железная дорога помимо текущих платежей в 2002 году закончила выплачивать еще и старые долги, поэтому в 2003 году мы получили падение выплат. И так разбираемся по каждой отрасли, по каждому предприятию. Мониторинг - это нормальная работа. Например, с «Дальэнерго» мы ведем постоянную работу по снижению тарифов: повторяю, не давим, а объективно рассчитываем, предлагаем ресурсы и ходы для снижения тарифов.

С другой стороны, наращивание доходной базы, естественно, не самоцель. К примеру, я всегда выступал против аукционов по продаже квот на водные биоресурсы: эту проблему я неоднократно поднимал на всех совещаниях федерального уровня; писались письма, в которых я приводил расчеты... Я убеждал, что из-за аукционов рыбаки не знают, какие будут цены, сколько они смогут купить квот и смогут ли купить. Осенью прошлого года правительство отказалось от аукционного принципа распределения квот. Кто-то скажет: из-за этого краевой бюджет в 2004 году недополучит один миллиард рублей, который нам перечислялся в результате работы аукционов. Но я понимаю: если бы ситуация не изменилась, завтра бы у нас рыбная отрасль закончилась. Так что выбора не было: рыбакам необходим горизонт планирования хотя бы на пять лет. Тогда завтра они смогут обеспечить бюджет налогами в несколько раз большими, чем вчера давали аукционы.

- А с рыбной отраслью вы уже разобрались?

- Вы знаете, для меня там всегда все было понятно: я знаю, куда идет каждая копейка. Так же, как и для тех, кто действительно хочет понять ситуацию. Большая часть рыбаков не от хорошей жизни шла браконьерствовать... Я думаю, после отмены аукционов ситуация будет выправляться - она уже заметно меняется. Десятого апреля закончилась путина, и можно сказать, что рыбаки хорошо отработали. Изменилась ситуация и с неучтенной продукцией: если раньше ее было двадцать-двадцать пять процентов, то сейчас - десять-пятнадцать. Это высокий показатель. Я возглавляю в президиуме Госсовета рабочую группу по реформированию рыбодобывающей отрасли страны. Первое заседание этой группы прошло в Москве, а второе - в конце апреля здесь, в Приморье. Мы предлагаем административно перенаправить поток рыбной продукции в наши порты (пока в рыбной отрасли можно только директивно работать), перерабатывать здесь и только потом продавать. Кстати, так и было до 1990 года. Этим мы избавляемся от большей части браконьеров, создаем прибавочную стоимость продукции, новые рабочие места, увеличиваем налоговые поступления... За последние годы нам удалось практически полностью восстановить береговую инфраструктуру. Увеличилось число береговых рыбоперерабатывающих заводов - их уже больше ста. На заседаниях рабочей группы Госсовета мы проработали стратегию развития рыбной отрасли, теперь будем прорабатывать практический алгоритм. Вы только вдумайтесь в название - «Программа работы рыбных предприятий России на мировых рынках до 2010 года». Это не выход отрасли из кризиса, это уже своего рода экспансия, интеграция в мировое сообщество. Там есть интереснейшие проекты, и если они реализуются, то китайские переработчики рыбы (а в Китае недавно построено десять крупных перерабатывающих заводов) останутся без сырья. Другое дело, что нас, россиян, на мировом рынке никто не ждет: японские, китайские, даже датские фирмы используют наше сырье уже лет десять. И нам нужно много и хорошо поработать, чтобы дотянуться до мирового уровня. Вопрос в том, кем мы будем на этом рынке - хозяевами, партнерами или просто сырьевиками. И если сегодня Дальний Восток продает рыбопродукции на два-три миллиарда долларов, то мы считаем, что эту цифру реально увеличить в два раза.

- Региональные власти много говорят о поддержке бизнеса. На деле, по словам предпринимателей, все ограничивается предоставлением небольших льгот по налогам и субсидированием части процентной ставки по кредиту. А дальше власть и бизнес идут каждый своим путем.

- Мне кажется, что часто представители бизнеса кивают на власть, не вырабатывая до конца собственных ресурсов. Неправильно, когда разговор начинается с того, что необходимо дать, чтобы бизнес развивался. Наша задача прежде всего создать прозрачные и максимально понятные условия для инвестиций бизнеса в Приморье. Я знаю, что только тогда мы начнем нормально работать и развиваться, когда власть будет бороться за бизнес, помогать ему. Приходит предприниматель и говорит: хочу открыть предприятие на территории региона. Наша задача спросить: что мы должны сделать для этого? Есть стандартный набор, который мы предлагаем сразу. Чем еще мы можем помочь? Что мы должны дать с точки зрения информации?

К примеру, многие краевые предприятия рыбной отрасли были освобождены от налога на имущество. А с этого года региональные администрации не могут предоставлять предпринимателям эту льготу. Но мы понимаем - чтобы бизнес захотел туда вложиться, чтобы предпринимателям было интересно работать в этой отрасли открыто, нужно предоставить им льготы хотя бы на первом этапе. Так вот мы решили: ту сумму, которую собрали за счет налога на имущество, направить на целевые дотации в строительство нового рыбодобывающего флота на приморских верфях. Или, например, мы поддерживаем предприятия сельского хозяйства - в прошлом году они дали рост сто четырнадцать процентов. Мы подошли по-новому к дотированию села - мы их кредитуем: на триста миллионов рублей только дали кредитов, чтобы предприятия покупали технику в лизинг. И сегодня уже полностью восстановлен парк сельхозтехники. Но отмечу, что поддерживаем мы только сильных, готовых работать в рыночных условиях. И даем кредиты только тем, кто может их отдать. Сегодня у нас нет проблем во время посевной, на двадцать процентов увеличилась производительность труда. К цене продукции мы доплачиваем сельчанам страховку. Например, предприятия продают килограмм пшеницы за шесть рублей, а из краевого бюджета им идет дополнительно десять копеек. Мы решили, что нужно обезопасить наших крестьян - ведь у нас зона рискованного земледелия: сначала заморозки, потом дожди, а затем все солнцем высушит... Другое дело, что на селе мужики пока с трудом понимают, что такое страховка, - приходится подробно объяснять... Рассказываем им и о том, что необходимо переориентировать свое производство, скажем, с пшеницы на сою. В мире практически не осталось мест, где можно вырастить сою без генных изменений, а у нас в Приморье - можно. Или, к примеру, тыква. В Японии огромный спрос на тыкву, а мы собираем с гектара пять тонн. И стоит она пятьдесят центов (пятнадцать рублей) за килограмм оптом, а пшеница - шесть рублей.

Но, к сожалению, основной проблемой во всех отраслях остаются неэффективные собственники - многие до сих пор не могут понять, что мы живем в рыночных условиях. В сельском хозяйстве у нас только тридцать три процента хозяйств рентабельные, в остальные ждут субсидий и дотаций... Поэтому краевая власть помогает различными льготами только тем, кто может стать конкурентоспособным. И, безусловно, в тех отраслях, которые дадут мультипликативный эффект. Например, у нас в крае начало развиваться судостроение. В Приморье не было судостроения - только судоремонт. А это как сшить пиджак или его заштопать - разница колоссальная. Учимся у Хабаровского края, у Китая... Судоремонтные заводы заинтересованы в дополнительных заказах. Заказчиками стали наши рыбаки. Я уже говорил, что от администрации края рыбопромышленникам идет дотация на строительство судов в размере отчислений компаниями налога на имущество. Плюс мы субсидируем часть процентной ставки по кредиту. И даем разрешение на прибрежный лов водных биоресурсов. Мы заинтересовали банки - краевая администрация дает гарантии под региональный бюджет и сами строящиеся суда. А выловленные этими судами биоресурсы будут перерабатываться на наших рыбозаводах. Вот та цепочка, которая даст колоссальный мультипликативный эффект.

Понимаете, мы не отказываемся от машиностроения, от военно-промышленного комплекса, который в структуре экономики края занимал почти тридцать процентов... Но если десять лет предприятия практически не работали, не было даже намека на техническое перевооружение, надо понять и принять истину - эти предприятия мы почти потеряли. Для того чтобы они вновь заработали в полную силу, нужны миллионы долларов вложений - порой проще построить рядом новый завод.

Но главное - вы поймите, мы стараемся сделать максимально интересными условия для работы промышленников и предпринимателей не только для того, чтобы бизнесу было комфортно работать. На Дальнем Востоке в целом и в Приморье в частности треть населения живет за чертой бедности, много богатых людей, а средней прослойки практически нет. Когда я начал работать губернатором, пятьдесят два процента людей жило за чертой бедности, сейчас - тридцать три процента, а по России средняя цифра - двадцать-двадцать пять процентов. Так что основная наша задача - поднять жизненный уровень населения за счет развития бизнеса. Мы уже вошли в тридцатку интенсивно развивающихся регионов, я думаю, через пару лет мы без труда войдем в двадцатку.

- Аналитики считают, что приход крупных инвестиций в региональный бизнес тормозится тем, что у региональных администраций нет ни четкого понимания, ни программы развития их территорий.

- Несомненно. Все точки роста краевой экономики, о которых я говорил, мы обозначили в «Стратегии развития региона до 2010 года». В восемнадцати программах четко прописали стратегические и тактические задачи, которые мы должны решить, там указано даже, какой будет энерготариф в 2008 году или какая будет средняя заработная плата в 2005 году. Прописано, насколько будут меняться миграционные потоки, - для Приморья, как для приграничного региона, это немаловажно. Благодаря этой стратегии бизнес может прогнозировать, как ему развиваться и куда инвестировать средства. Но понятно, что все эти программы с допущениями... Проблема в том, что у страны нет единой программы развития, единого плана. Я не знаю, сколько будет стоить переток электроэнергии через два-три года, сколько будет стоить доставка мазута по железной дороге. Мы можем только заложить себе примерный рост тарифов и примерно спрогнозировать ситуацию. В стратегии развития края мы прописали объединение некоторых районов, чтобы сделать их самодостаточными. А с января 2002 года стартовала реформа местного самоуправления, по которой число наших респондентов должно увеличиться с тридцати семи до двухсот восьмидесяти четырех. Так что пока никаких объединений - проведем реформу местного самоуправления, а потом посмотрим, как они будут работать и справляться. И только потом примем решение. Но, на мой взгляд, из районных и городских руководителей лишь единицы готовы к реформе.

- Между тем по административной реформе именно муниципалитетам через полтора года придется самостоятельно решать проблемы ЖКХ. У вас нет опасений, что в Приморье коммунальный вопрос, как и несколько лет назад, может стать политическим?

- Если вы о кризисе ЖКХ, поразившем край три с половиной года назад, то могу заверить: он полностью ликвидирован. В течение трех лет в приморскую коммуналку инвестировано более двух миллиардов рублей из консолидированного бюджета. За счет этого мы перешли к безаварийному режиму, и самое главное - сократили потери в системе ЖКХ с шестидесяти пяти процентов до тридцати. И три последние зимы это подтвердили - в Приморье не было ни одной крупной аварии. Очень показательный пример: в начале последнего отопительного сезона краевые коммунальные службы подготовили к работе две мобильные котельные, каждая может обеспечить теплом крупный поселок или район города. В случае аварии или какой-то чрезвычайной ситуации в системе ЖКХ котельные выезжают на место, за два часа разворачиваются и подключаются к системам центрального отопления. Так вот, эти мобильные котельные не были задействованы ни разу. Нам пришлось проводить специальные учения коммунальных служб, чтобы проверить их работоспособность, перед тем как законсервировать до следующего отопительного сезона. Система работает - можем поделиться этим ноу-хау с другими регионами, где зима до сих проходит в режиме ЧС. Но безаварийность и снижение потерь - это лишь первый шаг. На ближайшие два года я ставлю задачу добиться безубыточного функционирования ЖКХ. К 2010 году в наших планах перевести жилищно-коммунальный комплекс Приморья в рыночный, конкурентоспособный сегмент экономики. Другого пути просто нет. Смогут ли муниципалитеты до конца реализовать эти планы, если уже сегодня многие главы местных администраций самоустранились от решения проблем коммунального хозяйства? Это большой вопрос. Но мы уже достаточно сделали, чтобы второй кризис ЖКХ Приморью не грозил.

- Задача бизнеса - получить максимальную прибыль, а задача власти - обеспечить социальные гарантии граждан. У вас, как у человека, пришедшего во власть из бизнеса, нет внутренних противоречий при принятии решений?

- Нет, ведь бизнесмен - это тот же управленец. Что такое бизнес? Это умение вкладывать средства и получать прибыль. При этом задача бизнесмена - сформировать команду, добиться целеустремленности у коллектива, необходимой квалификации, структурировать свой бизнес. Все эти умения можно и нужно применять в управлении регионом. И я рад, что сегодня это востребовано. Это дает мне уверенность в завтрашнем дне нашей страны.

Да, у нас в крае почти треть населения живет бедно, я думаю, в течение нескольких лет мы исправим эту ситуацию, но другая часть населения - наоборот, богато. Здесь сильно завышена планка качества жизни. Если в Нижнем Новгороде или Калуге сравнивают уровень жизни с московским, то во Владивостоке - с Токио, не меньше. Меня радует, что людей, верящих в свое будущее, верящих в свой потенциал, в крае стало гораздо больше. Им важно, как завтра будут жить они сами, как будут жить их дети, как будет строиться жилье и как будут работать предприятия. И региональной власти нужно соответствовать всем этим ожиданиям. По многим вопросам - инвестиции, экономика, управление - мы стараемся быть на шаг впереди других регионов Дальнего Востока. Страна сильно отстала в своем экономическом развитии, но сегодня у нас есть шансы. Наша задача - обеспечить комфортное жизненное пространство. Для этого в регионе конкурентоспособным должно стать все: товары, услуги, бизнес. Конкурентоспособным должен стать каждый житель края. Это крайне важно, чтобы сохранить человеческий потенциал, чтобы люди, которые собираются здесь жить и работать, уважали и страну, и себя.

Автор : Юлия ГОНЧАРОВА, специально для «В»

comments powered by Disqus
В этом номере:
Город для детей

“Кого бы ни выбрали мэром 4 июля, пусть он обратит внимание…” – так или примерно так начиналось большинство звонков, приходивших на “Горячую линию “В”. Хочется верить, что жить станет легче и лучше – и нам, и нашим детям…

Первые пошли!

Черемуха вовсю цветет, возвещая о вступлении в законные права весны, а тут грибы – осенний атрибут. Ярко-желтые ильмовики в уютной деревенской чашке заставляют тормозить самые крутые джипы: «Забираю все, дорогуша».

Остерегайтесь подделок!

В среду список выдвиженцев на пост мэра Владивостока пополнился тремя новыми лицами, расширившись таким образом до двух десятков. О своем желании баллотироваться на названную должность заявили Владимир Николаев, Виктор Черепков и Юрий Копылов.

Генеральский подарок

Известный находкинский бизнесмен, входящий в первую сотню самых богатых людей России, Александр Кириличев пообещал, что в скором времени в Находке появится новый спортивный комплекс.

Классика без границ

Так называется новая программа камерного оркестра Пушкинского театра (художественный руководитель и дирижер - заслуженный артист России Александр Боргардт).

Последние номера