Вдохновляет ли вас весна на творчество, дает энергию, силы и новые идеи?

Электронные версии
Здоровье, экология

СПИД порождает мифы

- Здравствуйте. Скажите, наш край, небось, на первом месте по России? - На первом месте Москва и Санкт-Петербург, а мы даже не входим в первую десятку. Статистика такова – на 1 апреля 2004 года официально зарегистрировано 5111 человек ВИЧ-инфицированных. Пусть эта цифра вас не воодушевляет, судить об уровне зараженности нужно по интенсивному показателю. Он рассчитывается на 100 тысяч населения. В Приморье этот показатель – 242 (242 человека из каждых 100 тысяч инфицированы, это 0,2 процента). В Уссурийске - 640 (0,6 процента), во Владивостоке – 156.

- Здравствуйте. Скажите, наш край, небось, на первом месте по России?

- На первом месте Москва и Санкт-Петербург, а мы даже не входим в первую десятку. Статистика такова – на 1 апреля 2004 года официально зарегистрировано 5111 человек ВИЧ-инфицированных. Пусть эта цифра вас не воодушевляет, судить об уровне зараженности нужно по интенсивному показателю. Он рассчитывается на 100 тысяч населения. В Приморье этот показатель – 242 (242 человека из каждых 100 тысяч инфицированы, это 0,2 процента). В Уссурийске - 640 (0,6 процента), во Владивостоке – 156.

- Я считаю, что СПИД – болезнь наркоманов. Зачем же так много о ней говорить здоровым людям?

- Наркоманы – это чьи-то дети, любимые люди, кроме того, наркомания – болезнь, поэтому давайте не будем говорить о них как о маргиналах. Каждый из них имеет право на выздоровление и нормальную жизнь. Это первое. Второе – сегодня эпидемия ВИЧ в России вошла во вторую стадию, когда начался рост полового и вертикального (рождение детей от ВИЧ-инфицированных матерей) путей передачи вируса.

- Половой путь? Это вы так гомосексуальный называете?

- А вот и миф о СПИДе, который идет из 80-х годов прошлого века. Да, тогда даже был термин «голубая пневмония», потому что первыми, у кого был выявлен ВИЧ, были люди гомосексуальной ориентации. Но сегодня все изменилось! Вот опять же обратимся к статистике: заразившихся через гомосексуальные контакты – восемь человек. Значительно больше заразилось через гетеросексуальные контакты.

- Елена, скажите, ВИЧ – это приговор?

- Еще один миф. ВИЧ – это болезнь. Диабет – это не приговор? А гепатит, особенно С? А туберкулез – не приговор? А рак?

- С сахарным диабетом можно жить…

- И с ВИЧ-инфекцией можно, это не атипичная пневмония, от которой погибают на девятый день. С ВИЧ-инфекцией можно жить от 10 до 20 лет, пока не наступит болезнь, которая называется СПИД. На сегодняшний день есть препараты, которые могут продлить жизнь инфицированным и больным СПИДом и улучшить качество их жизни. И не надо относиться к постановке диагноза как к приговору. Настоящая проблема в другом – в отношении к этим людям как к изгоям, как к прокаженным.

Я всегда настраиваю своих пациентов: вы должны говорить о диагнозе половому партнеру постоянно – жене, невесте, мужу – это необходимо. Потому что ваш партнер должен иметь право выбора.

Есть у меня и пациенты, которые не стали скрывать даже от работодателей свой диагноз, и к ним отнеслись нормально, никаких проблем с дискриминацией не было. Большинство же пациентов, конечно, скрывают от коллег. И это их право. По закону уволить человека только за то, что у него ВИЧ-инфекция, нельзя. Нужно придумывать поводы – и начинается травля, мелочные придирки… Было у нас два случая, когда людей уволили по надуманным поводам. Они подали в суд. И выиграли, получив материальную компенсацию.

Предубеждение, невежество окружающих – это страшно. Поэтому одна из наших целей – просвещение. Ну не опасен для вас ВИЧ-инфицированный человек! Один  пациент сказал: ВИЧ у меня в крови, а ею я с вами делиться не намерен. Чтобы заразиться, нужно – вообще-то говоря – сильно постараться. Ну нельзя подхватить ВИЧ, как грипп, в трамвае или в туалете.

- А если мы пили из одной кружки? В слюне ВИЧ есть, я знаю!

- Чтобы заразиться через слюну, нужно проконтактировать с четырьмя литрами слюны. Придумайте мне такой способ!

- Если ВИЧ-инфицированный заразит своего партнера, его будут за это судить?

- Если человек знал, что он инфицирован, и не просто скрыл это от партнера, но и вступал в опасные, с точки зрения заражения, половые контакты, тем самым заразив, за это предусматривается уголовная ответственность.

- А были такие случаи?

- В России – да, в крае – нет. Но вот что я хочу сказать. Сексом всегда занимаются двое. И каждый решает сам, будет ли он заниматься опасным сексом или постарается защитить себя. Нельзя даже в случае заражения всю вину перекладывать на плечи партнера. А вы чем думали, спрашивается?

- А как же СПИД-терроризм? Я про него читала.

- За 12 лет работы я ни разу не сталкивалась со случаями СПИД-терроризма. Встречались мне необязательные, легкомысленные люди, которые не считали необходимым сообщать своим случайным партнерам диагноз. Но партнеры-то были не обездвижены, не обезглавлены, они могли решать за себя!

- На ваш центр столько денег уходит, а я читал, что вообще никакого СПИДа нет, его медики выдумали.

- На СПИД-службу государство расходует сумму, которая не больше того ущерба, что ВИЧ наносит государству. Элементарная математика. Человеку в 19 лет поставлен диагноз. С учетом наших реалий ему осталось 10 лет с ВИЧ и год-два со СПИДом – итого к 30 годам человека не станет. А что такое 30 лет? Это возраст, когда человек наиболее трудоспособен, он создает ценности, платит налоги, которые идут в том числе и на пенсии. Считаем дальше. В России более 280 тысяч официально зарегистрированных ВИЧ-инфицированных. В реальности же миллион. И молодых среди них – большинство, люди до 30 лет - 60 процентов. И что мы будем иметь через 10 лет, если сейчас не будем усиленно вести профилактику и борьбу со СПИДом? Почему  большие транснациональные концерны, чьи заводы расположены в Африке и Азии, стали выделять астрономические суммы на борьбу со СПИДом там? Потому что там уже сейчас некому работать на этих заводах!

Чем занимается наш СПИД-центр? Во-первых, диагностикой. У нас огромный диагностический центр, и мы выявляем не только ВИЧ,  но и различные инфекции, передающиеся половым путем, иммуннодефицитные состояния. Во-вторых, мы помогаем и лечим тех, кто заражен ВИЧ. В-третьих, у нас эпидемиологическая служба, заслуга которой, например, в том, что в крае не было случаев заражения ВИЧ через кровь в медучреждениях. Немаловажная часть нашей работы – профилактика. Лекции, тренинги – как с медицинскими работниками, так и со школьниками, студентами, другими категориями граждан. Нам помогают отделы молодежи города и края, молодежные общественные организации, работающие в сфере профилактики рискованного поведения, – они наши единомышленники.

- Ну приведите хоть один реальный пример!

-  Недавно при поддержке городского комитета по делам молодежи мы провели два трехдневных семинара-тренинга для вожатых. Для ребят, которые будут летом работать в лагерях и центрах детского отдыха. Говорили о ВИЧ, СПИДе, о вреде ранней половой жизни, о наркомании, о курении, о дискриминации – о многом. И надеемся, теперь они смогут грамотно рассказывать подросткам обо всем этом.

- Да уж! Вот вы провели этот тренинг – они ушли и больше никогда об этом не вспомнят.

- Есть часть слушателей, которые не станут говорить в своих отрядах об этом. Но в своем кругу – своим друзьям – рассказывают все. Всегда! Информация расходится, понимаете?

- Можно я выскажу свое мнение? Вот вы приходите к детям в школу и начинаете говорить, что надо пользоваться презервативами. А это суть пропаганда разврата! Нужно просто сохранять целомудрие до брака!

- Еще один миф. Приходя на занятия в школы, в колледжи, мы говорим вовсе не о презервативах или не только о них. Во-первых, рассказываем, как можно заразиться и как нельзя, а потом мы говорим о безопасном поведении. О том, как себя вести, чтобы не заразиться ни ВИЧ, ни другими опасными инфекциями. И прежде всего мы говорим о воздержании. Говорим так: если я не могу взять на себя ответственность за свое поведение, я воздерживаюсь от какого-либо поведения. То есть если я знаю, что когда  пью, я теряю голову, – я не соединяю выпивку с сексом. Если я не могу взять на себя ответственность поговорить с партнером о безопасном сексе, то воздерживаюсь от секса. И мы говорим, что девственный брак – самый лучший вариант. И о том, когда люди физиологически и морально готовы к браку.

- Как вы думаете, не стоит ли поднять вопрос о том, чтобы стерилизовать женщин, имеющих ВИЧ и рожающих детей? Они же уже больные родятся!

- Только в 40 процентах случаев от инфицированной мамы родится зараженный малыш, а если мы предпримем вовремя определенные меры – например, мать будет принимать лекарства во время беременности и не будет кормить  грудью, то этот процент снизится до 10. ВИЧ-инфекция – не обязательное показание для аборта. Что касается стерилизации… Я не склонна к такой агрессии. Женщина вправе сама решать, рожать ей или нет.

- Вот я знаю, что у нас ВИЧ-инфицированные детишки живут в семьях. Значит, в садики ходят с нормальными детьми… Их родители должны ставить в известность других о болезни ребенка!

- Зачем?

- А вдруг он там упадет и кровью зальет здорового малыша?

- Да что за чушь! Риск заражения при попадании на кожу крови – меньше процента. И если ранку сразу промыть, продезинфицировать – все будет в порядке. Дети из садика представляют для этого ребенка большую угрозу, чем он для них. Потому что у него низкий иммунитет, а они приносят инфекции.

- Безопасно ли сдавать анализы в вашем центре?

- Мы пользуемся только разовым инструментарием, причем шприцы открываются при пациентах.

- Насколько на самом деле анонимен анализ на ВИЧ?

- На 100 процентов. Вам дают номер, и результаты вы узнаете по этому номеру. Перед анонимным обследованием человека приглашают к психологу – но не для того, чтобы узнать фамилию, а чтобы поговорить, выяснить,  какие риски у него были…

- И сколько это стоит?

- Анализ бесплатный.

- Я не буду представляться, можно? Я, как мне кажется, что-то подхватил… Был в компании одной недавно… Познакомился там с одной, а мне про нее потом такое сказали… Словом, сдать анализ на ВИЧ можно в любой день?

-  Как давно у вас был опасный секс?

- А вам зачем?

- Дело ведь в том, что существует так называемый период окна – от момента заражения до того момента, когда в крови начинают находить антитела к вирусу иммуннодефицита человека. Этот период – от трех месяцев до полугода.

Так вот, если человек вчера занимался опасным сексом, а сегодня примчался сдавать анализ, анализ ничего не покажет и возникнет ложная уверенность. Вы будете думать, что здоровы, будете вступать в контакты с другими… Поэтому приходить сдавать анализ раньше, чем через три месяца после контакта, просто бессмысленно!

- Да я с ума сойду за эти три месяца! А жене что сказать?

- А чтобы не сходить с ума, отвечайте за свое поведение!

- Ну я с ней всего один раз был… Сколько раз нужно иметь опасный секс, чтобы заразиться СПИДом?

- Не всегда человек заражается ВИЧ, даже если у него был незащищенный секс с инфицированным. У женщины риск больше, чем у мужчины. Если мужчина здоров и занимается опасным сексом с больной женщиной, риск заразиться для него – 1 к 100. У женщины – 1 к 50. Но это не значит, что надо 100 или 50 раз переспать с ВИЧ-инфицированным, и 49 или 99 раз будут безопасны и только последний опасен. Это может случиться и в первый раз, и в пятый, и в 12-й… У всех по-разному. И у меня есть пациенты, заразившиеся после первого контакта.

- То есть мне ждать еще месяц. Ладно, спасибо…

- Можно к вам привести подростка сдать анонимный анализ насильно?

- То есть приведете вы, мама?

- Да.

- Привести-то можно, если у вас сил хватит… Но мы все равно побеседуем перед анализом.

- Со мной или с сыном?

- Смотря сколько лет сыну. Если ему нет 15, то с обоими. А если ему уже 16, никаких обсуждений с мамой не будет, если подросток сам этого не захочет. Разговаривать я буду только с ним. То же самое касается сообщения диагноза. Сказать об этом ребенку до 14 лет без присутствия родителей я права не имею. Старшие же принимают решения сами. Я могу убеждать его сказать правду родным, но не более того.

- Чтобы не подхватить  СПИД, надо уехать в маленький городок или в деревню, и там жить себе спокойно!

- Неправда. У нас и в деревнях есть инфицированные.

- В городе соблазнов больше…

- Да соблазны есть везде! Сексом занимаются везде. И наркотики всюду распространены. Соблазны прежде всего в голове. И если вы контролируете свое поведение, отвечаете за себя, то неважно, где вы живете – бояться вам нечего как в деревне, так и в городе.

- Хотим съездить отдохнуть в Таиланд, не опасно ли это?

- Отдыхать не опасно нигде. Опасность – в нас самих, в нашем поведении. Да, там процветает секс-бизнес и был подъем ВИЧ-инфекции. Но власти вовремя взялись за дело, и сегодня иметь контакт с секс-работницей без презерватива просто невозможно. За это предусмотрено наказание. Поймите, большинство ВИЧ-инфицированных - люди, которые думали, что с ними НИКОГДА ничего такого не случится, и которые вели себя рискованно.

Автор : Любовь БЕРЧАНСКАЯ, Василий ФЕДОРЧЕНКО (фото), «Владивосток»

comments powered by Disqus
В этом номере:
Лесной пленник

11 мая бригада рабочих производила лесопосадки. В ее составе был школьник, который в свободное от учебы время пополнял бюджет своей семьи в Малиновском лесхозе Дальнереченского района. Вечером он не пришел к месту сбора группы, тогда и обнаружилась пропажа. Об исчезновении подростка заявили в районный отдел милиции, который два дня собственными силами вел поиск школьника.

Сбежал, автомат прихватив

Из воинской части в селе Сибирцево дезертировал военнослужащий одного из мотострелковых полков 5-й армии Дальневосточного военного округа рядовой Алексей Сусанин.

Откуда взрывчатка? Со склада вестимо!

В ходе продолжающейся в Приморском крае операции «Вихрь-антитеррор» работники милиции изымают и принимают от населения добровольно выдаваемые оружие и боеприпасы.

В поисках папоротника

В Приморье начался сбор ранних побегов папоротника. Первыми сборщиками оказались граждане соседнего Китая.

Раковская «опухоль»

Проблемой невыплаты заработной платы шахтерам разреза «Раковский» Михайловского района, что вынудило 28 здешних горняков объявить 11 мая голодовку, занялась прокуратура Ленинского района Владивостока.

Последние номера