Вдохновляет ли вас весна на творчество, дает энергию, силы и новые идеи?

Электронные версии
Мегаполис

Сбежавший труп

«Заселять» кладбище в Широкой пади, что под селом Ясным, территориально включенным в муниципальное образование Артем, начали поздней осенью прошлого года. И хотя деньги под его обустройство, а точнее строительство, городской администрацией были выделены еще летом 1998 года, оно оказалось неготовым для активной эксплуатации. Что особенно заметно стало сегодня, весной, когда все огрехи зимнего захоронения зримо вопиют о чудовищном отношении к покойникам. Скорее всего, именно поэтому здесь хоронят только невостребованные тела, потому что некому за них побеспокоиться, некому предъявить претензии к похоронной команде.

«Заселять» кладбище в Широкой пади, что под селом Ясным, территориально включенным в муниципальное образование Артем, начали поздней осенью прошлого года.
И хотя деньги под его обустройство, а точнее строительство, городской администрацией были выделены еще летом 1998 года,  оно оказалось  неготовым для активной эксплуатации.
Что особенно заметно стало сегодня, весной, когда все огрехи зимнего захоронения зримо вопиют о чудовищном отношении  к покойникам. Скорее всего, именно поэтому здесь хоронят только невостребованные тела, потому что некому за них побеспокоиться, некому предъявить претензии к похоронной команде.

ЗАБЫЛИ ЗАКОПАТЬ

В Артеме проблема с захоронением умерших определилась еще в середине 1995 года. Главное городское кладбище - Шевелевское уже тогда исчерпало свои возможности, и хотя власти прирезали к нему участок, стало очевидным, что нужно строить новое. В 1996 году городская дума принимает решение об обустройстве кладбища в Широкой пади – на заболоченном лесном участке площадью 35 гектаров под селом Ясным, в тридцати километрах от Артема. А в июле 1998 года, прямо накануне августовского дефолта, глава города своим постановлением на эти цели выделил чуть больше 10 миллионов рублей.

Что на них можно сделать, если надо было хотя бы раскорчевать территорию, непременно отвести воды, построить дорогу. А проектом еще предусматривалось и строительство административно-хозяйственного здания – ведь возить инструмент, гонять трактор каждый раз весьма накладно, да и бригаде с постоянным смотрителем надо где-то базироваться.

Больше средств на строительство кладбища не выделялось. И если бы не многократное увеличение невостребованных трупов, то вряд ли это кладбище сегодня стали “обживать”, поскольку представляет оно собой унылое зрелище – кое-как раскорчеванный крошечный участок, замусоренный кордом от сгоревших автопокрышек, вязкая от весеннего солнца глина, пудами прилипающая к подошвам и просевшая в местах захоронений, и унылый, покосившийся, безликий, впрочем, пронумерованный штакетник над могилами. Нашли мы и ящик с телом (сооружение это гробом назвать язык не поворачивается), опущенный в яму, весьма, надо сказать, мелкую, но почему-то незасыпанный. Неизвестно, сколько он там лежит, возможно, с зимы, когда его просто могли не заметить. Но сегодня, несмотря на то, что труп завернут в полиэтилен, смрад разлагающегося тела свободно выходит сквозь щели в ящике.

БЕЗЫМЯННЫЕ МОГИЛЫ

Захоронением невостребованных тел в Артеме занимается МУП “Горкомхоз”, которое является фактическим хозяином кладбища в Широкой пади. Его директор Сергей Севрюков не стал оспаривать той очевидной истины, что захоронения, мягко говоря, не совсем соответствуют требованиям.

- Нормально бесхозных будем хоронить только тогда, когда будут выделены средства на настоящее строительство кладбища, - рассказывает Сергей Петрович. – В первую очередь участок надо осушить. Ведь из-за переувлажненности почвы мы вынуждены при подготовке захоронения зимой делать по три-четыре пожига, а на Шевелевском максимум два. А сейчас, весной и летом, особенно после дождей, мы просто не влезем туда даже на тракторе. У нас нет средств и на обустройство какой-то базы, потому и гоняем трактор “Беларусь”, что увеличивает расходы. А они у нас строго определенные – 2400 рублей на каждое тело. Было бы таких трупов меньше, может, и справлялись бы лучше. Но ведь зимой мы хороним до сорока невостребованных в месяц, летом чуть меньше. Для сравнения: в застойные годы в месяц таких тел набиралось одно-два, не больше.

Все это так. Средств действительно не хватает. Специалисты МУП “Горкомхоз” подсчитали, что самые дешевые похороны с маленьким венком, с простейшим надгробием обходятся минимум в три с половиной тысячи рублей. Оттого невостребованные тела и не имеют своей строго определенной могилы. То, как их хоронят, зрелище не для слабонервных. “Беларусь” с экскаваторным ковшом и бульдозерным ножом роет обычную канаву, которая вместила бы в один ряд семь-восемь трупов – обычная разовая “порция” тел, которые забираются в морге. Зарываются они тоже с помощью трактора, а сверху над каждым ящиком устанавливается штакетина, на первой из них обозначается дата захоронения. Это весь ритуал.

Бывает, что уже после таких вот похорон родственники находятся-таки. Недавно в Широкой пади жители Владивостока нашли своего погибшего сына. Так случилось, что он пропал в Артеме, где пролежал в морге положенные две недели, а родители искали его в морге краевого центра. Но подсказали знакомые, и они через прокуратуру добились эксгумации. Все было бы в порядке, если бы не сам процесс эксгумации. Сначала по дате на штакетине нашли канаву, где предположительно мог быть захоронен сын, затем всю ее вскрыли, а потом вынимали и вскрывали ящики-гробы. Когда нашли, повторили процесс в обратном порядке.

И ВДОВЫ НА НИХ НЕ РЫДАЮТ

Подробно рассказали о процессе лишь потому, что все мы должны знать, насколько бесчеловечно относимся к умершим, пусть даже к бесхозным. Да и, как оказалось, невостребованное тело – не значит бесхозное, то есть не имеющее родственников.

По мнению заместителя начальника МУП “Горкомхоз” Галины Власовой, от 50 до 80 процентов невостребованных на самом деле людьми при жизни были далеко не одинокими.

- Все трупы органами милиции, как правило, опознаются, - рассказывает Галина Николаевна, - а значит, мы легко определяем, где человек жил. Приезжаем на квартиру по месту прописки, за столом, попивая родимую, сидит масса народу, но на наш вопрос, есть ли здесь родственники умершего, все машут руками и, как им кажется, убедительно доказывают, что покойный был одинок. По глазам вижу, что врут, но ничего поделать не могу. Люди просто отказываются от родных тел. Зато родные объявляются тогда, когда речь заходит о наследовании собственности, главным образом квартир. Тут уж от них отбоя нет.

И это тоже реалии нашей сегодняшней жизни, может, самые шокирующие. Можно бесконечно говорить о том, что бюджет мало выделяет средств на обустройство кладбищ, на собственно ритуал похорон, что “похоронные команды” делают эту работу абы как, да только не их это работа. Побеспокоиться об умерших родственниках – это хоть и не обязанность, определенная законом, но все же обязанность, которую мы должны исполнить. Ведь похороны всегда на Руси были делом сугубо семейным, и до 90-х годов прошлого века никто отсутствие финансовых возможностей на организацию похорон в расчет не брал. Наоборот, посмотрели бы как на совершенно ненормального человека, недостойного называться таковым.

Конечно, также всегда предприятия финансово и организационно помогали своим работникам. Однако же не это определяло отношение к “родным покойникам”. По всем сусекам скребли последнее, но провожали достойно, еще и поминки устраивали. А массовый отказ от “родных трупов” только сегодня приобрел характер явления, характеризующего морально-нравственное состояние нашего общества. Только с введением рыночных отношений мы начали считать, насколько выгодно признавать покойного своим родственником. Вспомним цифру: в три тысячи пятьсот рублей обходятся в Артеме самые незатратные похороны. Тысячу двести из них компенсирует местный бюджет. Согласитесь, что оставшиеся две с небольшим тысячи рублей – это не та сумма, ради которой стоит перестать уважать самого себя. Ведь мы не думаем о том, что придет время и от нас точно так же могут отказаться, то есть не признать в найденном трупе, наши же ближайшие родственники.

…...Дело, конечно, не только в Артеме. Проблема захоронений так называемых невостребованных тел носит глобальный характер. Поскольку их с каждым годом становится все больше и больше, а средств, выделяемых государством, никогда не хватит на индивидуальные захоронения, то и впредь хоронить бесхозных будут скопом, в братских могилах, требующих не пятачка два на два, а куда большей площади. Значит, дефицит кладбищенских площадей будет и дальше определяющим.

Ведь не случайно в МУП “Горкомхоз” уже приезжала из Владивостока компания, которая занимается захоронением этих самых невостребованных. На кладбищах краевого центра еще можно найти место для индивидуальных могил, а вот для братских могил – уже нет. К консенсусу пока не пришли. Не потому, что артемовцам так уж жалко своих земель. Просто того более или менее обустроенного пятачка кладбища, что в Широкой пади, едва хватает на своих “неприкаянных”. Да и те, опущенные в болотину, присыпанные полуметровым слоем глины, который неизвестно, выдержит ли мощный тайфун, едва ли найдут там вечное успокоение...…

Автор : Евгений ИЗЪЮРОВ, Вячеслав ВОЯКИН (фото), «Владивосток»

comments powered by Disqus
В этом номере:
Сбежавший труп

«Заселять» кладбище в Широкой пади, что под селом Ясным, территориально включенным в муниципальное образование Артем, начали поздней осенью прошлого года. И хотя деньги под его обустройство, а точнее строительство, городской администрацией были выделены еще летом 1998 года, оно оказалось неготовым для активной эксплуатации. Что особенно заметно стало сегодня, весной, когда все огрехи зимнего захоронения зримо вопиют о чудовищном отношении к покойникам. Скорее всего, именно поэтому здесь хоронят только невостребованные тела, потому что некому за них побеспокоиться, некому предъявить претензии к похоронной команде.

На сладкое потянуло

В конце прошлой недели в селе Покровка Октябрьского района девятиклассник и учащийся профтехучилища совершили разбойное нападение на продовольственный магазин.

«Чукотку» прижало на Шикотане

В штормовую погоду сильным ветром и приливной волной в ночь с 28 на 29 марта возле острова Шикотан к ледовому припаю был прижат производственно-транспортный рефрижератор «Чукотка» из Владивостока. В результате ударов о лед на судне была повреждена рулевая группа, помята корма, в бортах появились трещины, в трюмы стала попадать вода.

Пока журавлиная песня не спета

Жители поселка Тимирязевского Уссурийского района возле села Сунь Ятсен подобрали пару обессилевших даурских журавлей.

Трое в лодке и кто-то в уме

Заместитель председателя Госкомрыболовства РФ Юрий Москальцов, бывший гендиректор «Дальрыбы», фигурирующий в скандале с распределением рыбных квот, накануне был освобожден из следственного изолятора Лефортово под подписку о невыезде.

Последние номера