Какую радиостанцию вы слушаете?

Электронные версии
Культура, история

Француз с Голливуде

В Париже завершилась пятая международная встреча, посвященная французскому кино. Одним из ее героев стал Жан Рено - мало того, что хороший актер, так еще и самый востребованный Голливудом французский актер за всю историю кинематографа. Скоро в России стартует фильм Jet Lag (что в переводе с английского означает “расстройство внутренних часов организма после пересечения на самолете нескольких часовых поясов”). У нас он будет называться “История любви”. Это романтическая комедия, в которой герои Жана Рено и Жюльетт Бинош случайно встречаются в парижском аэропорту во время забастовки авиадиспетчеров.

В Париже завершилась пятая международная встреча, посвященная французскому кино. Одним из ее героев стал Жан Рено - мало того, что хороший актер, так еще и самый востребованный Голливудом французский актер за всю историю кинематографа. Скоро в России стартует фильм Jet Lag (что в переводе с английского означает “расстройство внутренних часов организма после пересечения на самолете нескольких часовых поясов”). У нас он будет называться “История любви”. Это романтическая комедия, в которой герои Жана Рено и Жюльетт Бинош случайно встречаются в парижском аэропорту во время забастовки авиадиспетчеров.  

В России Жана Рено знают по следующим фильмам: “Подземка”, “Голубая бездна”, “Никита”, “Леон” и другим картинам циничного французского суперстара Люка Бессона, по фантастическим и комичным лентам: “Пришельцы”, “Миссия невозможна-1” (где он злодей), “Ягуар”, “Годзилла”, “Ронин”, “Багровые реки”, “Васаби” и “Роллербол” (где он плохой русский). При встрече Рено производит впечатление изумительное. Гармоничный человек без позерства и комплексов. Высокий, красивый, спокойный. Четко выработавший к своим 54 годам (“А ведь не дашь”, - говорят все, кто видел его в жизни) свою систему приоритетов (семейные ценности и пр.), которая могла бы показаться буржуазной, если бы Рено не озвучивал ее легко и естественно. Да, мало кто знает, что фирменный актер французского кино Жан Рено - стопроцентный испанец (его настоящее имя Хуан Морено), причем родившийся в Африке. Точнее - в Марокко. Точнее - в Касабланке. Это к слову.

- В фильме ваш герой - известный кулинар. Судя по тому, как искусно в кадре вы разделываете рыбу и шинкуете овощи, вам тоже не чужда страсть к кулинарии.

- Да, я мог бы стать шеф-поваром и придаю большое значение еде. Я не могу есть один - мне обязательно нужен партнер. Странно, да? Еда - это процесс общения, причем такого интимного, когда все идет от сердца. Еще один очень значимый для меня момент - это готовить для кого-то, к кому ты хорошо относишься и кого хорошо знаешь, его любимое блюдо.

- Аэропорты после 11 сентября - нетипичное место для съемок фильма. Как вам удалось добиться разрешения снимать в парижском “Шарль де Голль”?

- Съемочные группы теперь действительно не пускают в аэропорты. Мало ли что: люди незнакомые, еще кто-нибудь взрывчатку пронесет... Мы снимали с личного разрешения министра внутренних дел. Но вообще это печально. Аэропорты превращаются в крепости и теряют ту романтическую роль, какую играли прежде. Мир изменился, и это далеко не последнее изменение.

- Говорят, что неким загадочным образом вы даже не были знакомы с Жюльетт Бинош до начала съемок.

- Нет, это неверно. Мы действительно долго не могли познакомиться при куче общих приятелей, но лет пять назад все-таки подружились. Другое дело, что мы никогда прежде не работали вместе. У нас намечался совместный проект пару лет назад, но мы от него отказались, сочтя дурацким. Работа с Жюльетт оказалась очень приятной. Она по своей актерской органике... пожалуй, как хороший музыкальный инструмент.

- Означает ли фильм Jet Lag, что вы решили вернуться во французский кинематограф?

- Я из него и не уходил. Мне удается чередовать французские и голливудские ленты. Я вообще не вижу принципиальной разницы между этими двумя системами - разница лишь в том, что во Франции придают чуть большее значение актерам. Если уж говорить о разнице, то между крупнобюджетными фильмами, у которых свои стандарты, и низкобюджетными, зачастую более авторскими. Иногда обидно, что о тебе судят лишь по крупнобюджетным триллерам или фантастическим комедиям типа тех же “Багровых рек” или “Пришельцев”. Я не говорю, что это плохие ленты, но просто мне хочется что-нибудь сыграть и на театральном фестивале в Авиньоне. С другой стороны, если ты не пользуешься успехом, то есть не снимаешься в кассовых блокбастерах, у тебя нет возможности выбирать роли. Поэтому я не отказываюсь от съемок в потенциальных хитах. И потом, как отказаться? Когда после успеха “Леона” в Америке ко мне подошел один из главных голливудских продюсеров и предложил сыграть в фильме “Миссия невозможна”, то я что, должен был ответить ему: “Фак ю”?!

- Славу вам принесли фильмы Люка Бессона. Можно ли сказать, что он сыграл по отношению к вам роль профессора из “Пигмалиона”, сформировал вас как творческую личность?

- Бессон - мой друг, мы знакомы с 1972 года, но на ваш вопрос отвечу: “Нет”. Бессон сыграл такую роль по отношению к Натали Портман (партнерше Рено по “Леону” - во время съемок ей было 12 лет). Однако, сформировавшись как актриса, она предпочла других режиссеров.

- То, что вы часто работали с одними и теми же режиссерами (не только Бессоном), вероятно, говорит о том, что вы придаете большое значение дружеским отношениям с главным распорядителем на съемочной площадке?

- Дружба важна. Но, вы знаете, я дружил с недавно умершим большим режиссером Морисом Пиала, а никогда у него не снимался. Я бы сказал так: дружба с режиссером необязательна, однако я не люблю конфликты и ор во время работы. Во-первых, они мешают творчеству. На меня не надо орать. Мне нужно просто и внятно объяснить, что я, как актер, должен сделать. Если пойму - я сделаю. Во-вторых, излишняя нервная напряженность делает фильм слишком важным для жизни. А он не должен быть слишком важным. Это всего лишь работа, которая длится четыре-пять месяцев. Если она длится дольше, это плохо, потому что отнимает у тебя время и энергию. Знаете, когда тебе 54, кинематограф становится для тебя уже не столь значимым, как прежде. Я гораздо сильнее увлечен сейчас семьей, детьми, их образованием. Я хочу дать им то, что дал мне мой отец, научивший меня основным жизненным ценностям: не лги, не ставь другому подножку и так далее. (У Рено четверо детей. Сыну и дочери от первого брака за двадцать. Сын, как и отец, человек интернациональный. Певец, живет в Нью-Йорке. Музыкальность, кстати, черта наследственная. Дядя Рено пел в опере и сам сказал в разговоре, что подумывает об участии в мюзикле. Младшим сыну и дочери соответственно шесть и четыре. С ними и их матерью - топ-моделью с польскими корнями - Рено живет в Париже. Отдельное примечание: желание Рено дистанцироваться от кинематографа - это не позерство. Известно, например, что он отказался от одной из главных ролей - агента Смита - в “Матрице”.)

- Похоже, вы возвращаетесь в комедию. После фильма Jet Lag вы снялись в новом фильме Франсиса Вебера (классик комедии, режиссер “Невезучих”, “Папаш” и пр.).

- Это была инициатива Жерара Депардье: именно он придумал сюжет, именно он попросил пригласить меня. Съемки заканчиваются в ближайшее время. Я никогда прежде не работал с Жераром. Вы знаете, он фантастический. Он как ребенок-монстр. Пожалуй, это самый интересный человек, с которым я встречался.

- В фильме Jet Lag у вашего героя длинные волосы. А в жизни и во всех других фильмах короткие. Вообще вы словно бы внешне не меняетесь на протяжении уже лет двадцати. Это не вопрос. Это наблюдение.

- А я и впрямь перестал стареть после восемнадцати лет. Что до волос, то длинные волосы хлопотно мыть по утрам.

- Все-таки раз уж вы говорите, что кино стало для вас менее значимым, по каким критериям вы выбираете роли?

- Я стараюсь не играть отвратительных персонажей. (Подумав, согласимся. Хотя герои Рено - часто киллеры, вспомнить хоть “Никиту”, хоть “Леона”, они всегда обаятельны и способны пожертвовать собой ради других.) И замечу, что это не только моральная, но и рациональная позиция. Я не хотел бы, чтобы мои дети увидели меня в таких ролях. Я уверен, что такие роли дурно сказываются на судьбе. Я не просто так говорю. Некоторые мои друзья-актеры сыграли омерзительных персонажей. Могу судить о троих. И все трое не могли потом избавиться от воспоминаний об этих ролях. Роли давили на них, психологически изматывали. Мне не нужен такой опыт. Спасибо.

Автор : Юрий ГЛАДИЛЬЩИКОВ, («Известия.Ру» - «Владивосток»)

В этом номере:
Трагедия на русском. Десять лет спустя

“Когда государство не в состоянии прокормить свою армию, оно рискует кормить чужую…” Под таким заголовком ровно 10 лет назад, 30 января 1993 года, на первой полосе газеты “Владивосток” был опубликован материал, всколыхнувший общественное мнение всей страны. Из учебных частей Тихоокеанского флота, находящихся на острове Русском, на госпитальное судно “Иртыш” в крайне тяжелом состоянии было доставлено около 50 матросов, четверо моряков скончались.

Ставка в 50 тысяч

Во Владивостоке совершено вооруженное нападение на сотрудника компании «Арго-1» - пострадавший убит выстрелом в голову. Как сообщили корреспонденту информационного агентства «Дейта.RU» в УВД Приморского края, убийство произошло возле подъезда дома № 13 на улице Каплунова.

Сверху донизу

Во вторник в Хабаровске состоялось консультативное совещание «О состоянии и перспективах законодательного обеспечения развития местного самоуправления в свете послания президента Российской Федерации Федеральному собранию РФ» с участием замруководителя президентской администрации Дмитрия Козака. В президиуме ему составили компанию полпред президента в ДВФО Константин Пуликовский, губернатор Хабаровского края Виктор Ишаев, представители Госдумы, Совета Федерации и другие VIP-персоны.

Видят душой и сердцем

На днях Евгения Меркулова из владивостокского “Союза слепых женщин” отправится в Шотландию. Там будет семинар с психологическими тренингами и обменом опытом. А пригласили Евгению Леонидовну в эту полезную двухнедельную поездку сотрудники Корпуса милосердия, которых заинтересовала и растрогала деятельность Меркуловой и ее подруг.

Приди к порхающим цветам!

Энтомологическую коллекцию Александра Булавского – во многом уникальную, его мама Анна Спиридоновна бережно сохраняла на протяжении многих лет после гибели сына. Тринадцать тысяч невероятной красоты бабочек, причудливых жуков, цикад теперь смогут увидеть посетители научно-учебного музея Дальневосточного государственного университета, которому Анна Булавская подарила коллекцию.

Последние номера