Будете ли вы купаться в море после сообщений об акулах в акватории Владивостока?

Электронные версии
Культура, история

Тайны цитадели

Согласовав сроки отправки и взаимодействие с железной дорогой (шутка ли – в течение полумесяца Транссибу предстояло переварить более 100 эшелонов!), Апанасенко отдал приказ.

(Продолжение. Начало в номере за 28 января)

1. ВОЙСКА УХОДИЛИ НА ЗАПАД

Согласовав сроки отправки и взаимодействие с железной дорогой (шутка ли – в течение полумесяца Транссибу предстояло переварить более 100 эшелонов!), Апанасенко отдал приказ.

Первой 10 июля из Амурской области ушла на запад 204-я дивизия. В тот же день из гарнизона Красная Речка, что в Хабаровске, погрузились в эшелоны бойцы 205-й. На следующий день под покровом ночи из Уссурийска отправились эшелоны с частями 126-й. Еще через день со станции Розенгартовка, что неподалеку от Бикина, началась отправка 422-й дивизии. 13 июля из Спасска-Дальнего уходили под Сталинград бойцы 87-й. 14 июля на станции Куйбышевка-Восточная (нынешний Белогорск. – Прим. авт.) грузились части 96-й. В тот же день, 14-го, по железной дороге началась переброска 98-й дивизии из Хороля. Наконец, из Славянки 30 июля ушла 208-я дивизия.

Кроме того, перебрасывались на запад три курсантские стрелковые бригады. 248-я была сформирована на базе укрепрайона в селе Занадворовка, 250-я - в Биробиджане и 253-я – в Шкотово. Эти соединения следовали на Брянский фронт.

По распоряжению командующего на станциях Куйбышевка-Восточная и Завитая денно и нощно дежурили специальные делегаты штаба фронта, которые принимали все возможные меры по обеспечению уходящих частей вооружением, боеприпасами, продовольствием.

Эшелон мчал за эшелоном. Дистанция между ними сохранялась минимальной: на расстоянии глазомера. Максимум маскировки, максимум скорости. На лучших участках Транссиба тяжелогруженые эшелоны развивали курьерскую скорость. 100-тысячное войско генерала Апанасенко летело навстречу своей судьбе…...

2. «НЕ ОСТАНАВЛИВАТЬСЯ ПЕРЕД ЛЮБЫМИ ЖЕРТВАМИ…»

Было два Сталинграда. Один – до 19 ноября 1942 года, второй – после. О втором расскажет любой школьник – операция «Уран», окружение немецких войск, пленение Паулюса...… До 19-го – длительные, напряженные бои, как бы фон грядущих судьбоносных событий.

Между тем многое, если не все, решалось именно «до». Официальной датой начала Сталинградской битвы принято считать 17 июля. В этот день на дальних подступах (речках Цимла и Чир) советские воины вошли в первое соприкосновение с наступавшими частями 6-й армии генерала Паулюса. 

Чем же располагали стороны накануне сражения, ставшего одним из величайших в истории второй мировой войны?

Обратимся к официальным источникам. «К 22 июля 1942 г., - говорится в «Истории второй мировой войны» (Воениздат, 1975), - в состав Сталинградского фронта входили 38 дивизий. Из них только 16 (войска 63-й и 62-й армий, две дивизии 64-й армии и по одной дивизии 4-й и 1-й танковых армий) смогли занять оборонительные  позиции на главной полосе. Им противостояли войска 6-й немецкой армии, в составе которой к этому времени находилось 18 хорошо укомплектованных и технически оснащенных дивизий. Соотношение сил было в пользу противника: в людях  1,2:1, в танках – 2:1, в самолетах – 3,6:1».

Куда реже приводятся боевые характеристики. И не случайно. Так, самолетов у немцев было более 1200, у нас – всего 337, причем большинство устаревших.

По всей ширине фронта на сотни километров местность была равнинной («как аэродром», говорили тогда), местами изрезана небольшими оврагами и балками. К тому же практически отсутствовал лес. Нетрудно представить, сколь уязвимы оказались наши войска перед воздушной армадой врага.

Оптимизм в те дни врага, захватившего стратегическую инициативу, не знал границ.

Начальник генштаба вермахта Гальдер записывал в дневнике:

13 июля. «Операция на юге развивается безостановочно».

21 июля. «Войска Паулюса очень быстро и энергично продвигаются вперед к Сталинграду, куда противник пытается перебросить свои войска по железной дороге, идущей с северо-запада...…»

Моторизованный враг неумолимо катился к Волге. Разве могли его остановить обескровленные отступающие части да спешно собираемые, откуда только возможно, немногочисленные резервы? В те грозовые дни за Волгой для нас не было не только земли. Не было самого главного – боеприпасов и вооружения.

Спустя много лет маршал Жуков в своих «Воспоминаниях и размышлениях» с присущей Георгию Константиновичу прямотой рубанет правду-матку: “В октябре у нас заканчивалось формирование стратегических резервов. К этому времени наша промышленность значительно увеличила производство самолетов новейших конструкций и боеприпасов для артиллерии...…» И далее: «К ноябрю у Ставки должны были быть механизированные и танковые соединения, вооруженные боеспособными и маневренными танками Т-34…...»

Обратим внимание на сроки. Все это появится, но когда -  лишь в октябре и ноябре. А на дворе - июль, и немец совсем не собирался ждать до глубокой осени…...

Так появился приказ Сталина № 227, более известный под названием «Ни шагу назад!». Отныне запрещалось любое отступление. Отход только с разрешения вышестоящего командования. Сталинским рескриптом создавались штрафные батальоны, заградотряды, в армии вводилось единоначалие. Поражения в Крыму и на харьковском направлении отрезвили даже самых закоренелых ортодоксов: прошло время революционных методов, когда бал правили ни за что не отвечавшие комиссары. Теперь решения принимал командир. Ну и, конечно, нес ответственность.

Гораздо менее известен другой сталинский приказ - от 8 августа 1942 года. В нем Верховный потребовал при защите Сталинграда «не щадить сил и не останавливаться ни перед какими жертвами».

Лишь немногие знали тогда, что кроется за убийственными распоряжениями.

В разгар оборонительных боев Черчилль сообщил Сталину: второй фронт, на что рассчитывало советское командование, в 42-м открыт не будет. В этой ситуации пришлось полагаться только на себя. Вооружения и боеприпасов, повторяем, катастрофически не хватало. Оставался лишь один резерв - человеческий ресурс.
 
Бойцы отражают танковую атаку3. ДИВИЗИИ НЕ ОТСТУПИЛИ НИ НА ШАГ

Все восемь прибывших с Дальнего Востока были распределены по армиям и заняли оборону на всей линии фронта с северных до южных позиций.

Одной из первых прибыла 422-я дивизия, которой командовал генерал-полковник И. Морозов. Ее части выгрузились на станции Гумрак и заняли оборону в районе Песковатка, Вертячий, находясь в резерве Сталинградского фронта. После подготовки оборонительной полосы дивизия была подчинена 4-й танковой армии.

422-я получила необходимое время для развертывания своих сил и подготовки материальной части. Как же пригодилась недельная передышка! Дивизия смогла достигнуть оптимальной готовности, поэтому в полной мере раскрылся ее боевой потенциал.

У ряда других соединений такой форы не было. Зачастую они вводились в бой прямо из эшелонов, без сколько-нибудь организованного развертывания, нередко даже без изучения реальной обстановки. Впоследствии маршал Жуков с горечью констатировал, что «ввод в бой частей, находящихся в стадии формирования, нельзя признать правильным, но иного выхода у Ставки не было, так как пути на Сталинград прикрывались  слабо».

А потому трагичной оказалась судьба некоторых соединений, которых в прямом смысле бросали под танки и самолеты. В частности, 208-й дивизии, которая, напомним, формировалась в Славянке и Шкотово. На нее очень рассчитывал исполнявший в те дни обязанности командующего 64-й армией генерал В. Чуйков. Василий Иванович лично прибыл встречать первые эшелоны и стал свидетелем страшной картины. На его глазах спешно  выгружавшиеся четыре эшелона подверглись жесточайшей атаке бомбардировщиков. Сначала вражеских, а затем...… советских, принявших по ошибке своих за немцев. Были большие потери. Как в людях, так и в материальной части.

Но даже в такой жуткой обстановке командир дивизии полковник К. Воскобойников не растерялся, а сумел организовать оборону. Вплоть до 15 августа бойцы 208-й отражали яростные атаки пехоты и танков врага. К исходу 15 августа из полнокровного 8-тысячного соединения в живых осталось не более тысячи. Сам командир пропал без вести.

В составе 4-й танковой армии сражалась 205-я краснореченская дивизия под командованием генерал-майора И. Макаренко. «Ее части, - говорилось в одном из донесений, - не отходили на левый берег (Дона. – Прим. авт.), а стояли насмерть». Лишь оказавшись в полном окружении, получила приказ на отход. Но было уже поздно...…

Суровые испытания выпали на 96-ю дивизию (командир полковник Д. Жеребин, впоследствии Герой Советского Союза). Заняв оборону на северо-западном крыле внешнего обвода, воины дивизии в течение двух недель, с 12 по 26 августа, стойко отражали все атаки. После упорных боев удалось отбить у немцев город Серафимович, в результате чего передний край обороны Сталинграда на этом участке передвинулся вперед на 15-18 км.

«Отвоеванный дивизией Серафимовический плацдарм явился отправным пунктом в дальнейших операциях по окружению и уничтожению Сталинградской группировки противника...… Была разгромлена 3-я мотодивизия немцев, нанесены огромные потери двум пехотным дивизиям и нескольким сводным отрядам немецких войск…».*

Но какой ценой!

В ходе боев погибли и умерли от ран более 800 командиров разных степеней, 2750 человек рядового состава. Также было ранено, контужено и обожжено 2503 человека командного состава, почти семь тысяч - рядового. Всего выбыли из строя 14393 – почти вся дивизия!

При этом, как свидетельствуют скупые строки архивных документов, в плен попали только четыре командира и 45 человек рядового состава. Дрались бойцы 96-й до последнего.

4. КАК СОВЕТСКИЕ СОЛДАТЫ СНЯЛИ НАЧАЛЬНИКА ГЕНШТАБА ВЕРМАХТА

У поселка Тундутово, где держали оборону воины 422-й дивизии, прорвались немецкие танки. Положение казалось безвыходным. И тогда радист-корректировщик Анатолий Жуков вызвал огонь на себя. Танковый прорыв был ликвидирован.

Кто знает, может, именно этот эпизод вынудил начальника генштаба вермахта Гальдера занести в дневник: «Русские даже в самых критических ситуациях не теряют присутствия духа…...» От былой июльской бравады не осталось и следа. Пройдет еще месяц, и Гитлер, разъяренный тем, что не удается взять Сталинград, отправит своего вассала в отставку. 

А судьба хранила отважного бойца. Анатолий Жуков смог уцелеть в страшной мясорубке, дошел до конца войны. Сейчас живет в Новосибирске. Недавно мы связались по телефону.

Бывший корректировщик помнит все до мельчайших подробностей. «Сколько людей там полегло, - говорит он, - даже представить невозможно, но у нас не было выхода, надо было отстоять Сталинград».

После войны Анатолий Галактионович окончил консерваторию, почти полвека ведущий солист Новосибирского оперного театра, народный артист России. Он просил передать наилучшие пожелания всем дальневосточникам, своим родственникам, живущим в нашем городе…...

87-я дивизия (полковник А. Казарцев) занимала оборону на самом сложном участке – центральном. Бойцы долго сдерживали остервенелые атаки врага, вывели из строя 17 батальонов пехоты, до сотни танков и машин. Тогда немцы увеличили танковый пресс более чем вдвое, бросили большие силы мотопехоты и смогли прорвать оборону. Но дивизия, находясь в полуокружении, и не думала отступать.

Отдельные отряды, оказавшись отрезанными от основных сил, демонстрировали образцы беспримерной храбрости. Всю страну в те дни облетела весть о подвиге 33 воинов 1379-го стрелкового полка, вступивших в схватку с 70 танками.

Так получилось, что полк после упорных боев отошел на новые рубежи. Однако на высоте 77,6 неподалеку от села Большая Рассошка продолжали оставаться 33 воина из взвода пешей разведки, взвода автоматчиков и пятерки связистов. Смельчаки встретили танковый блицкриг плотным огнем из противотанковых ружей, бутылками с зажигательной смесью. В итоге многочасового боя немцы оставили на поле 27 подбитых машин...…

10 сентября 1942 г. приказом по войскам Юго-Восточного фронта 33 героя были награждены орденами и медалями.

А как складывались дела у лучшей дивизии Дальневосточного фронта - 126-й?

На нее возлагались большие надежды. Действительно, боевой дух, выучка, организованность были на высоком уровне. Но вот другие компоненты – вооружение, обеспечение боеприпасами…...

В одном из секретных донесений удалось обнаружить, что «противотанковые роты не имели практики в стрельбе из-за отсутствия… патронов».** И с таким багажом против танков?

Дивизия имела всего один боекомплект, который к тому же был значительно израсходован при переправе через Волгу, когда пришлось отражать налеты немецкой авиации….

4 августа 126-я дивизия вступила в бой юго-западнее Сталинграда в районе ст. Абганерово с прорвавшейся из-за Дона группировкой немецких войск. Силы противника имели превосходство в два-три раза.

В течение 25 дней августа дивизия вела кровопролитные бои, причем за это время не пополнялась ни в личном составе, ни в материальной части вооружения. Через три недели в в ее рядах  оставалось не более 40 проц. личного состава.

29 августа ранним утром противник предпринял генеральное наступление на более слабом участке обороны – в стык 650-го стрелкового полка дивизии и полка Житомирского военного училища, крупными силами танков, мотопехоты и авиации. В результате этого наступления были смяты 650-й полк и командный пункт штаба дивизии, находившийся в то время в 3 км от обороны. Погибли все: командир и комиссар дивизии, а также полностью  штаб.

В штаб армии ушло донесение: «С 4 по 31 августа были нанесены потери противнику:
уничтожено живой силы  - до 18 тыс. человек,
орудий и минометов – 400,
танков и бронемашин – 120.

За этот период дивизия из 12 тыс. человек своего состава потеряла убитыми и ранеными 10749 бойцов и офицеров.

Оставшиеся на позициях воины продолжают сражаться...…»***

Такая участь постигла не только дальневосточников, но и десятки других соединений, осуществлявших оборону подступов к Сталинграду в июле-октябре. Например, 33-я гвардейская дивизия полковника Утвенко. Она имела опыт боев на Западном фронте под Ржевом, считалась одной из лучших в Красной Армии, но через две недели боев на Дону в ее рядах оставалось не более 600 человек.  

Таяли ряды защитников, гнулись армии. Казалось, вот-вот произойдет непоправимое, но защитники города вновь и вновь находили в себе силы. Главное – сковать и обескровить как можно больше вражеских частей.

Владивосток - Подольск - Хабаровск
(Фото из музея Дальневосточного военного округа)
(Окончание следует).


Редакция выражает большую признательность руководству Дальневосточного филиала «Альфа-банка» за содействие в организации поездки корреспондента «В» в Центральный архив Министерства обороны РФ (ЦАМО).

*(ЦАМО, ф. 1201, оп. 1, д. 1, л. 3).
**(ЦАМО, ф. 1342, оп. 2, д. 7, л. 1-4)
***(ЦАМО, ф. 1342, оп. 1, д. 1, л. 286)

Автор : Владимир КОНОПЛИЦКИЙ, «Владивосток»

comments powered by Disqus
В этом номере:
Большая рыба – большие деньги

Громкий арест произошел в конце минувшей недели на Сахалине – при получении взятки размером в 10 тысяч долларов США оперативниками УФСБ по Сахалинской области там задержан руководитель Южно-Курильской государственной морской инспекции Виктор Коньков.

Фанза ядовитого хунхуза

О том, что китайцы отравили почти все реки Хасанского района, уже сообщалось в средствах массовой информации. До самой поздней осени, пока не встал лед, граждане Поднебесной занимались сбором лягушек, причем часто варварским способом – выливали в воду ядовитые химические растворы. Но о том, что в черте Владивостока, на реке Малая Пионерская, в 1,5-2 километрах от Седанкинского водохранилища, питающего почти миллионный город, обосновались желтолицые добытчики, мало кто знает. Нет нужды объяснять, что может произойти при попадании химикатов или какой-нибудь иной отравы в главный городской водоем.

Два пишем, три в резерв пошло

Так горячо не любимые рыбаками аукционы по продаже водных биологических ресурсов, оказывается, могут стать финансовым подспорьем для прибрежных регионов. Первый транш в доход субъекта Федерации за рыбные аукционы 2003 года в размере 560 миллионов рублей уже поступил из Москвы в Приморье. Деньги подошли весьма своевременно, поскольку январь всегда не богат на налоговые поступления. Бюджет края сразу пополнился на 10 процентов. Вся сумма уже распределена с учетом потребностей: это текущие платежи за топливо и электроэнергию, возвращение сельскому хозяйству прошлогодних дотаций и гашение долга государственному резерву.

Водные процедуры

Во Владивостоке вновь начинаются проблемы с холодным водоснабжением. После жесткого противостояния осенью прошлого года между “ВКХ юга Приморья” и мэрией Владивостока, когда “юг” требовал возвращения старых долгов от города и ограничивал подачу воды, казалось, что между поставщиком и потребителем проблемы улажены. Теперь ультиматум уже “югу” поставили энергетики в лице “Дальэнергосбыта”. Они посчитали, что краевой ВКХ задолжал им порядка 60 миллионов рублей, и начнут отключать от электричества насосные в Шкотовском районе уже послезавтра. Высотный Владивосток будет сидеть на водном пайке.

Перевозчики притормозят в цене

Состоявшееся на прошлой неделе совещание руководителей автотранспортных предприятий края, работающих на междугородных автобусных маршрутах, со сроками явно припозднилось. Получилось все наоборот: сначала устроили дикую свистопляску с ценами, подняли их до небес, а теперь вернулись к тому, чтобы их скоординировать и «привести в соответствие».

Последние номера