Планируете ли Вы окунуться в прорубь на Крещение?

Электронные версии
Личность

Никита Высоцкий: Образ отца - это бешено несущийся автомобиль

25 января Владимиру Высоцкому исполнилось бы 65 лет. Об отце вспоминает его сын (от брака с актрисой Людмилой Абрамовой) Никита Высоцкий — актер, директор ГКЦМ В. С. Высоцкого.

ЧЕЛОВЕК "БЕЗ БРОНИ"

- Валерия Золотухина, опубликовавшего свои дневники с воспоминаниями о вашем отце, многие обвиняли в том, что он преувеличил, называя себя другом Высоцкого. И что он не имел права разглашать многие подробности его жизни. Как вы относитесь к этим записям и вообще к многочисленным книгам о Владимире Семеновиче?

- Я Золотухина знаю довольно хорошо. Когда еще ребенком отец приводил меня в театр, я часто видел их вместе. Я ему во многом доверяю. Валерий непростой человек, не лишенный фантазии, но есть вещи, в которых он абсолютно честен. Публикуя свои дневники, он на самом деле их не редактировал, не переписывал под сегодняшний день. Там все правда. Золотухин писал в то время, когда Высоцкий был жив, и его дневники - одно из самых ценных свидетельств об отце. А те, кто сегодня пишет о нем, выдают «неочищенную» информацию. Высоцкий — историческая фигура, хотим мы этого или не хотим. И человек, пишущий о нем, уже попадает в историю. Вот я уже в нее попаду просто потому, что в 1964 году родился сыном Высоцкого.

Последние несколько лет перед смертью отец с Валерием Сергеевичем по-прежнему дружили, но общались меньше. В 70-м году в анкете, записанной человеком, который работал в постановочной части Театра на Таганке, на вопрос: «Кто ваш друг?» - он написал: «Золотухин». Уже много позже Золотухин откровенничал со мной. Однажды рассказал случай из их театральной жизни, сильно удививший меня. После него я лучше понял отца, задумался о том, каким он был.

В театре часто проходили собрания, где обсуждались роли. А в пору пика популярности Высоцкого, когда поклонники поднимали на руках автобусы с ним, когда он ездил на гастроли (это тоже было уже в последние годы жизни), у актеров к нему было не просто сложное, а зачастую враждебное отношение. Так вот на одном из собраний отец встал и стал что-то по делу говорить. Все замолчали. И тут вскочила одна из известных актрис и стала кричать: «Да что вы учите нас жизни? Вы даже не здороваетесь с нами! Вы зазнались!» Отец страшно растерялся, осекся на полуслове и больше не сказал ни слова. Кто-то подходил к нему, теребил: «Володя, Володя», а он сидел, почерневший, и смотрел в одну точку. Словно убили человека. И это не просто перемена настроения. Отец был невероятно ранимым человеком.

Когда я вспомнил об этом эпизоде, у меня все соединилось: свои воспоминания, рассказ Золотухина. И стал понимать причины его срывов, каких-то жутко несправедливых поступков. Ведь и я обижался на него, и люди. В период его славы о нем говорили: «У него крылья за спиной, еще немного - и полетит». Он был хорошим, сильным, но под воздействием внезапной агрессии мог ни за что человека по стенке размазать, послать по матери. А я вдруг понял, что ему часто было плохо по пустякам. Я немало читал про известных людей, очень многие из них были такие же, с оголенными нервами. Это называется незащищенностью. Она есть в каждом человеке, просто кто-то вырабатывает броню, а кто-то не может. У отца ее не было. И это состояние «без брони» и есть оборотная сторона таланта. Да, он знал себе цену и радовался успеху. Но был распахнут всем мерзостям, обидам, острым углам. Он это понимал, но… не боролся. Хотя, может быть, отец не писал бы так, если б активно противостоял этому. У него есть стихи, где он пишет о своей сущности, лености душевной, трусости. Такое яркое неприятие себя. В 78-м году он, вроде успешный человек, пишет о себе: «Во мне живет мохнатый злобный жлоб…» Он себя не щадил.

СКОРОСТЬ ЖИЗНИ

- Начиная с 12 лет с вами уже можно было говорить на равных. Лично вам, Никита, он жаловался всерьез на что-то, на кого-то, на себя?

- Нет, такого не было. В восприятии людей Высоцкий был совсем другим. Он не жаловался, не ругал себя, не рефлексировал. Есть некоторые «воспоминатели», пишущие об этом, но правда ли это? С нами, с детьми, он не сюсюкал, даже когда мы были маленькие. Наоборот, иногда он очень резко начинал «наезжать». У нас в семье была традиция: справлять наши с братом дни рождения вместе. Хотя у брата день рождения осенью, а у меня - летом. Просто в каникулы все дети разъезжались из города, некого было собирать. Поэтому осенью, на Аркашин день рождения, отец дарил подарки сразу нам двоим. А я всегда обижался, что меня поздравляют за компанию с Аркашей. И вот в год, когда Аркаше исполнилось 12 лет, а мне - 10, он заехал за нами, чтобы отправиться в «Детский мир» за презентами. Дал нам по червонцу, предоставил право покупки: «Вы уже большие». Ходил с нами по магазину, мы выбирали. А по тем временам это была царская сумма. Я говорю отцу: «Много так денег!» А он: «Ты деньги не считай». Вроде в шутку. Я пошел, выбрал себе машину дорогую, у меня осталось копеек 15, а у Аркадия - три рубля. И я стал канючить, что вот, мол, мало осталось. Мы разговорились о деньгах, и я сказал фразу: «Пап, да ладно, деньги - вода». И тут он так взорвался: «Что за отношение?! Ты не заработал еще ни копейки. Откуда в тебе это?» Я рассердился на отца и обиделся. Или однажды я назвал деда, его отца: «Вояка». Он разозлился, его понесло: «Ты сопляк, твой дед - герой! Он на первом танке в Прагу ворвался, как ты смеешь?»

- С какими ассоциациями у вас связан образ отца?

- Мы с ним абсолютно разные. У меня замедленная речь, я хожу вперевалочку. А он был невероятно стремительный. Поэтому ассоциация с ним - скорость. Бешеная! Я, например, очень любил с ним ездить на машине. Он вообще всегда на своих иномарках дико быстро гонял, но к тому же еще и постоянно торопился куда-то. Была одна история. Мы с братом пришли к нему незваными гостями, а он собирался уезжать. Я не то чтобы обиделся, но было неприятно. Мы вышли из дома, уже дошли до конца Грузинской улицы, и тут подъезжает отец: «Давайте я вас довезу». А там, в машине, сидели какие-то люди. И, когда мы в очередной раз отказались, он так рванул бешено, буквально с места. Поэтому для меня он - это бешено несущийся автомобиль. Красивый, классный, которого ни у кого тогда не было. Помню все машины отца: «Рено», «БМВ», «Мерседес».

Как-то ехал я с ним по переулкам Арбата, как всегда, на огромной скорости - он куда-то опаздывал. И вдруг впереди показалась огромная яма. В последний момент мы остановились, машина нависла над ней. Еще секунда - и мы бы в нее влетели. Отец захохотал, а мне стало страшно до жути, аж жар пробил. Он резко дал задний ход, и мы уехали. Дома я рассказал об этом маме, мол, как он ездит! А она заплакала и говорит: «Ты ничего пока не понимаешь, он от этой скорости умрет…» Потом уже, с возрастом, я понял, что она имела в виду. Ведь он как выходил из театра! У служебного входа я не раз его ждал среди толпы таких же, ждущих Высоцкого. Он медленно проходил мимо толпы, садился в машину и тут же резко давал газу. Ему вслед неслось: «Володя, старик, а ты мне обещал…» А его уже нет. Скорость была во всем. С ним и общаться было интересно потому, что быстро все менялось. Например, я болел как-то, мне было лет 8–10. Он где-то купил невиданные по тем временам лекарства, привез их. Затем мы поехали на дневное представление в цирк на Цветном бульваре. А я прямо в пижаме, но в шапке! Болею, а отец покупает мне мороженое, мы садимся в цирке на лучшие места. В антракте он хватает меня, мы бежим в гримерную Никулина мимо жонглирующих артистов, отец со всеми: «Привет-привет!» Я в шоке - оказаться рядом с самим Никулиным! Это же мой кумир! И вот мы сидим у него в кабинете, но через несколько минут вскакиваем, несемся назад, в зал…

- По всем вашим рассказам получается, что Высоцкий - потрясающий родитель, несмотря на то, что не жил с вами…

- Нет! Что вы. На самом деле большую роль в том, что он общался со мной и братом, сыграла бабушка, его мама. Даже открытки, например, когда я был в пионерском лагере, писала за отца она. Она думала, что не догадаюсь, а я знал. Она трепетно относилась к традициям семьи, старалась их поддерживать. Даже хотела подружить нас с Мариной Влади. Но не получилось. А отец и не настаивал. Раза два-три мы общались с ней, пока он был жив. Несколько раз по телефону после смерти, и все. Запретного для нас с братом в их отношениях ничего не было. Просто не сложилось. Он, думаю, просто увидел, что мы к этому не готовы.

Я ведь часто обижался на него, что он мало внимания уделяет нам. Однажды сказал ему: «До тебя не дозвонишься». Он сердито так говорит: «Ах так? Приезжай завтра в 8 утра. Понаблюдаешь мой день». Я приехал, он уже брился. Мы помчались по его делам. День был сумасшедший! Я тогда впервые увидел, что рубли можно менять на какую-то валюту. Напротив Курского вокзала был закрытый банк, вот там отец поменял деньги. Мы были в театре на дневном прогоне «Тартюфа», на его дневном и вечернем концертах. В перерывах между этим по делам заезжали на записывающую фирму «Мелодия», в автосервис. Безумие и вечное ускорение! Когда вернулись на Грузинскую, он, моя голову перед ночными съемками «Дон Гуана», спросил: «Поедешь на ночную съемку?» «Нет!» - завопил я. И тогда понял весь ритм его жизни и почему он не успевает с нами общаться.

«ВСЕ БУДЕТ ХОРОШО»

- Ваша мама в большей тени для общественности, чем Марина Влади. Почему?

- Жизнь отца и ее личные с ним отношения - разные вещи. Мама много помогает музею, передала много писем, вещей. Она очень хорошо проводит экскурсии. А не говорить публично о жизни с Высоцким - ее право. Они разошлись в 68-м году, а официально оформили развод в 70-м. Марина - главный персонаж его жизни, она сыграла большую роль, много для него сделала. Он ее любил. Благодаря ей он много ездил по миру, общался с интересными людьми.

- Когда и как произошла ваша последняя встреча с отцом?

- Это было у него дома, на Грузинской. Вместе с ним и бабушкой мы смотрели по ТВ открытие Олимпиады. Он сидел мрачный, без эмоций и реакций. Нина Максимовна, его мама, видела и чувствовала, что это был конец. А в телевизоре негры пляшут, веселый текст, «калинка-малинка»… Бабушка стала пританцовывать. Он увидел: «Ой, мамочка!» Захлопал в ладоши, засмеялся… И опять замкнулся. Его тогда уже «накрывало». В этот день он ушел к одному из своих товарищей. Помню его в серой майке с нарисованным на ней бейсболистом с битой. А тогда еще мало кто знал, что такое бейсбол. Вообще он всегда был человеком аккуратным. Но тут - растрепанный весь какой-то. Слишком бледный, больной. Он вышел из дома, и больше я его не видел.

В то лето я несколько раз, почему-то без приглашения, заваливался к ним с бабушкой в гости. Обычно уезжал из города на все три месяца, а тут был в Москве. И попадал именно в те моменты, когда с отцом случался кризис. Печальные дни, никакого просвета. Однажды я пришел, он лежал на диване, с ним сидел его товарищ. Ему было совсем плохо. Я попытался рассказать что-то, поучаствовать в разговоре. Он встал, сказал: «Не надо». И вышел из комнаты. Отец был в жутком состоянии, как будто из него воздух вышел.

Я спрашивал людей, которые приходили к нему тогда: «Чем это может кончиться?» Но что они мне могли сказать? Говорили: «Все будет нормально». Я мыслил по-взрослому и понимал, что с ним происходит. От нас, конечно, долго это скрывалось, а он старался быть комильфо. Но шила в мешке не утаишь. Хотя откровенно пьяным я его никогда не видел.

Много есть чьих-то воспоминаний и рассуждений о последнем годе его жизни. Он был действительно тяжелым. Все сошлось: кризис личный, творческий, он хотел уйти из театра, снимать что-то свое. Но я помню этот год разным. Нельзя сказать, что все было беспросветным. Он строил планы и умирать не собирался. Хотел успеть свозить меня за границу, так как мне еще не исполнилось 16. Мы, бывало, весело общались… Мне бабушка рассказывала, что в день его смерти, когда она выходила из дома, он ей сказал: «Мамочка, все будет хорошо…»

Автор : Ольга РЯБИНИНА, («Суперзвезды» -«Владивосток»)

comments powered by Disqus
В этом номере:
«Невинные шалости» губернаторской охраны?

В центре Владивостока в ночь на 22 января снова случилась перестрелка с кровью. По данным, которые корреспонденту «В» удалось выяснить из неофициальных источников, «героем» нынешнего сюжета стал сотрудник личной охраны приморского губернатора.

Смертельная концентрация

Продолжается расследование обстоятельств гибели члена экипажа РТМС «Новокиевка», принадлежащего ОАО «БАМР».

«Надежда» поднимает паруса

Завтра в 11 часов на морском вокзале Владивостока состоятся торжественные проводы учебно-парусного судна «Надежда» в кругосветное плавание.

С новым выборным годом!

В воскресенье, 26 января, состоятся первые из муниципальных выборов Приморья этого года: в Большом Камне будут избирать депутатов думы закрытого административно-территориального образования.

Достроить и подарить

Руководство Арсеньева делает попытку уже в этом году приступить к реализации губернаторской программы «Молодая семья».

Последние номера