Новости какого из местных ТВ каналов вы смотрите?

Электронные версии
Культура, история

Первая семейная пара Советского Союза

Существует несколько версий того, как развивался роман Павла Дыбенко и Александры Домонтович, который впоследствии закончился свадьбой. Какая из версий ближе к истине, сказать трудно. Но как бы там ни было, записью именно их брака открывается советская книга актов гражданского состояния. А в свидетельстве о браке, выданном Дыбенко и Коллонтай (в девичестве Домонтович), стоял номер 1.

Существует несколько версий того, как развивался роман Павла Дыбенко и Александры Домонтович, который впоследствии закончился свадьбой. Какая из версий ближе к истине, сказать трудно.
Но как бы там ни было, записью именно их брака открывается советская книга актов гражданского состояния. А в свидетельстве о браке, выданном Дыбенко и Коллонтай (в девичестве Домонтович), стоял номер 1.

Когда Павел Дыбенко только появился на свет, Александра Домонтович уже познакомилась с Владимиром Коллонтаем, который через некоторое время стал ее мужем.

ТЕОРИЯ И ПРАКТИКА СВОБОДНОЙ ЛЮБВИ

Александра родилась в уважаемой генеральской семье. Ее руки добивались самые блестящие женихи. В шестнадцать лет к ней сватался адъютант самого Александра III, генерал Тутолмин, но получил отказ. Владимир Коллонтай был не самой удачной партией для Сашеньки. Но девушка уже тогда предпочитала руководствоваться своими чувствами, а не практическим интересом.

Владимир и Александра поженились, и вскоре у них родился сын. Однако Александре быстро стало надоедать «семейное счастье». Ее увлекали совсем другие мысли - такие, как раскрепощение женщин и свободная любовь. Александра видела в муже не близкого человека, а, напротив, «тирана», пытающегося всячески попрать ее свободу. Такой брак не мог быть крепким, и вскоре в жизни Коллонтай стали появляться другие мужчины.

Ближайшая подруга Александры Елена Стасова ввела ее в круг революционеров социал-демократов. Ленин, Троцкий, Плеханов показались Коллонтай людьми идейно и духовно близкими. Но сердце ее дрогнуло перед неотразимостью меньшевика Маслова, который вскоре стал ее «сердечным другом». Несмотря на то, что у Маслова была семья, Коллонтай стала занимать все его время, все его мысли. Однако вскоре, к разочарованию Маслова, Сашенька стала оказывать знаки внимания большевику Шляпникову. Этим обстоятельством Ленин остался очень доволен. И даже сказал тогда: «Пламенное сердце товарища Коллонтай отторгло меньшевика Маслова и приняло большевика Шляпникова. Ура, товарищи!»

МЫ МОЛОДЫ, ПОКА НАС ЛЮБЯТ

Весной 1917 года активный член большевистской партии Александра Коллонтай получила задание провести революционную работу среди моряков Балтийского флота. Там-то и произошла встреча Александры с председателем Центробалта Павлом Ефимовичем Дыбенко.

Увидев Дыбенко в первый раз, главный идеолог свободной любви испытала чувство, которого сама сначала испугалась.

Бравый матрос сам немало растерялся от нахлынувших на него чувств. Ведь он, крестьянский сын, еще никогда не встречал таких прекрасных женщин, как Александра Коллонтай. И к тому же до этого в жизни Павла не было места нежностям: долгие годы он провел в карцерах и тюрьмах.

Однажды Коллонтай спросили: «Как вы решились на отношения с человеком, который младше вас на семнадцать лет?» Александра ответила словами, ставшими впоследствии крылатыми: «Мы молоды, пока нас любят».

ПЕРВЫЙ СОВЕТСКИЙ БРАК

Дыбенко и Коллонтай стали наркомами в первом советском правительстве. Коллонтай получила должность наркома госпризрения, а Дыбенко возглавил наркомат по морским делам. Законный брак между двумя наркомами был заключен по настоянию Ленина. Есть разные версии, как это произошло. Согласно одной из них, для Владимира Ильича было очень важно открыть череду гражданских браков союзом двух революционеров. И семья двух известных людей должна была стать хорошим примером для всех остальных.

Но есть и другая версия. В феврале восемнадцатого года отряд матросов под командованием Дыбенко был направлен под Нарву — остановить немецкое наступление. Боевым участком командовал генерал Парский, один из первых царских офицеров, перешедших на сторону новой власти. Дыбенко Парскому подчиняться отказался, пообещав, что его «братишки» сами разберутся с немцами. Но «разобраться» не удалось. Отряд Дыбенко был разбит и бежал с поля боя вместе с командиром. А день, когда случилось это «историческое» событие — 23 февраля, - стал потом отмечаться как День Советской армии. Дыбенко за сей подвиг был исключен из партии, после чего куда-то исчез.

Славный матрос объявился спустя некоторое время в Севастополе, оккупированном немцами. Коллонтай, бросив все дела, отправилась к своему возлюбленному. В Петрограде были крайне недовольны этим обстоятельством. И на заседании Политбюро Троцкий предложил расстрелять Дыбенко и Коллонтай. Ленин же сказал, что, по его мнению, расстрел слишком мягкая мера наказания, и предложил утвердить другой приговор: отступников поженить. Политбюро оценило хитрый ход Ленина. Ведь все знали, как сторонница свободной любви и не слишком нравственный матрос относились к законному браку.

Тем временем немцы арестовали Дыбенко и приговорили его к повешению. Нарком госпризрения вернулась в Петроград и развернула активную деятельность по спасению мужа. Благодаря ее усилиям советское правительство обменяло-таки Дыбенко на 12 немецких генералов. Вот она, сила настоящей любви!

Какая из версий ближе к истине, сказать трудно. Но как бы там ни было, записью именно их брака открывается советская книга актов гражданского состояния. А в свидетельстве о браке, выданном Дыбенко и Коллонтай, стоял номер 1.

РЕВНОСТЬ

Единственное, что омрачало брак двух революционеров, — это неискоренимая склонность Александры к теоретизированию свободной любви. По сути она стала родоначальницей феминистского движения, что крайне не нравилось мужу.

В 1921 году Дыбенко, прощенный и восстановленный в партии, получил должность начальника Черноморского сектора обороны Украины и отправился в Одессу. Коллонтай должна была приехать к мужу чуть позже. Она очень надеялась, что в Одессе затянутся все трещины, появившиеся в их совместной жизни.

Готовясь к встрече супруги, Дыбенко присмотрел великолепный особняк на Французском бульваре и обставил его шикарной мебелью. В Одессе его власть была безграничной, и он мог делать все что угодно. По его приказу были арестованы практически все преступники: начиная c карманных воришек и заканчивая финансовыми воротилами.

За месяц, остававшийся до приезда Коллонтай, уголовники привели город в полный порядок.

Дыбенко подарил жене чудо-город, сверкающий чистотой. Этот поступок был в стиле бесшабашного матроса. Дарить так дарить. Но месяц — немалый срок. И за это время случилось непоправимое. У Дыбенко вспыхнул роман с очаровательной одесситкой Валентиной Стафеевой. Павел надеялся, что к приезду жены справится с этим мимолетным чувством. Но не тут-то было. Коллонтай приехала, а связь Дыбенко на стороне все еще продолжалась. И, конечно, она не укрылась от Коллонтай.

НАДО БЫЛО В ГОЛОВУ

Решительное объяснение произошло ночью в саду. Коллонтай сказала мужу: «Я ухожу от тебя навсегда. Больше ты меня никогда не увидишь». Дыбенко ничего не ответил. Резко повернувшись, он пошел в сторону дома. А через несколько секунд раздался выстрел. Александра в ужасе кинулась к дому. На террасе лежал Павел Ефимович Дыбенко с пистолетом в руке.

Рана оказалась опасной, но не смертельной.

Дождавшись выздоровления мужа, Коллонтай попросила направить ее на дипломатическую работу в Норвегию. Ее просьбу удовлетворили, и она стала первой советской женщиной-послом, возглавив дипломатическую миссию. Там она хотела навсегда забыть Павла. Ей было уже за пятьдесят, и по логике сам Павел должен был быстро утешиться и вычеркнуть из памяти свою стареющую экс-супругу. Но все оказалось не так.

Дыбенко стал забрасывать Коллонтай нежными письмами. Он каялся и умолял о прощении. В 1923 году Коллонтай добилась разрешения у Сталина на то, чтобы Дыбенко разрешили на месяц выехать в Норвегию. Но пробыл там красный командир всего три недели. Можно только гадать, что произошло между Павлом и Александрой. Остались скудная запись в дневнике Коллонтай: «Проводила с сухими глазами» и письмо Сталину с такими строчками: «Трехнедельное пребывание здесь Дыбенко окончательно и бесповоротно убедило меня, что наши пути разошлись».

Так закончилась эта любовь.

Автор : Николай СЕМЕНОВ, обозреватель издания «Долгожитель», специально для «В»

В этом номере:
Покорение трехтысячника

Вряд ли люди, которые 1 июля 1989 года выпустили первый номер «Вечернего Владивостока», думали тогда о трехтысячном номере. Мы тогда были объединены идеей создать городскую газету во Владивостоке, где по стандартам советского времени не могло быть своей газеты до тех пор, пока жителей было меньше миллиона. Теперь-то понятно, каким авантюризмом попахивала эта идея и как нужно было «заражать» своей идеей нас, первопризывников «Владивостока», первому главному редактору Валерию Бакшину. Впрочем, это уже история. А перед вами трехтысячный номер газеты.

Вечные темы

…На факультете журналистики ДВГУ студентам – будущим репортерам – опытные преподаватели часто говорят: «Имейте в виду: ничего нового вы не напишете. Все уже было – чрезвычайные происшествия и криминальные драмы, политические интриги и скандалы, интервью со звездами театра и эстрады, спортивные достижения и новости финансового рынка. Ваша задача – посмотреть свежим взглядом, найти новые, точные слова, увидеть неожиданный поворот»…

«Мы преодолеем!»

В Пушкинском театре Владивостока состоялось мероприятие, посвященное официальному американскому празднику и выходному – Дню Мартина Лютера Кинга.

Из северной столицы в восточную

Во Владивосток прибыли представители Северо-западного регионального фонда поддержки президентских программ - исполнительный директор фонда Павел Игнатьев и его заместитель Николай Сас.

Небо закроют на каникулы

В связи с новогодними каникулами по восточному календарю временно с 24 января по 17 февраля отменены воздушные рейсы из Владивостока в Харбин.

Последние номера