Какую радиостанцию вы слушаете?

Электронные версии
Политика

Вялокипение партийного бульона

Сегодня сложно сказать однозначно, сколько в Приморье действует партий. Принятый в прошлом году закон «О политических партиях» выставляет новые требования. Если раньше партии безбедно существовали в качестве общественно-политических движений, то теперь полноценной партией имеет право называться лишь организация, насчитывающая не менее 10 тысяч членов и имеющая региональные отделения более чем в половине субъектов РФ, в каждом из которых числилось бы как минимум по сотне человек.

Сегодня сложно сказать однозначно, сколько в Приморье действует партий. Принятый в прошлом году закон «О политических партиях» выставляет новые требования.
Если раньше партии безбедно существовали в качестве общественно-политических движений, то теперь полноценной партией имеет право называться лишь организация, насчитывающая не менее 10 тысяч членов и имеющая региональные отделения более чем в половине субъектов РФ, в каждом из которых числилось бы как минимум по сотне человек.

Местные партии отныне должны действовать как региональные отделения федеральных, хотя не у всех еще прошли преобразовательные мероприятия. В то же время в Приморском крае процесс «перелицевания» партий под новый закон идет заметно быстрее, чем в ряде дальневосточных областей. Согласно данным, предоставленным «В» руководителем департамента социального развития краевой администрации Александром Смирновым, в Приморье работают 43 региональных общественно-политических объединения (в управлении юстиции зарегистрированы 54, в том числе 16 партий).

Если оценить все эти силы с точки зрения общественной активности, то сразу становятся заметны свои лидеры и аутсайдеры. Например, де-факто прекратили свою деятельность в Приморье краевая организация Республиканской партии России, «Российская партия будущего», партия «Кедр» («зеленые») и ряд других политических звезд малой и сверхмалой величины. А вот активисты национал-большевистской партии Эдуарда Лимонова, юридически отсутствующие в крае, тем не менее прилежно украшают Владивосток бронебойными лозунгами. Появляются и новые фигуранты – Христианско-демократическая, Трудовая, Народная партии (последнюю в Приморье, кстати, возглавляет экс-пивовар Валентин Логненко) и др.

Не всем партиям по силам встроиться в жесткие рамки закона «О политических партиях». Главная тактическая задача претендентов на партийный статус отныне – обеспечить массовость и общефедеральный размах, а значит, можно ожидать укрепления позиций тех сил, которые обладают сильной финансовой мускулатурой и смогут организовать пусть дутое, но необходимое количество «партайгеноссе». Можно прогнозировать, что партий как таковых в России вскоре станет меньше.

В Приморье уже сейчас оживляется с прицелом на президентские выборы «партия власти» - «Единая Россия». Что касается коммунистов, то, хотя политологи часто называют КПРФ единственной настоящей партией, приморских красных активистов в народе знают недостаточно. Как, впрочем, и представителей других партий – не секрет, что по большому счету все эти филиалы существуют лишь для проформы. И если московских лидеров ведущих партий приморцы знают как родных, то местные Зюгановы, Шойгу и Немцовы известны только избранным.

Автор : Василий АВЧЕНКО,«Владивосток»

В этом номере:
«Приморнефтепродукт» в «Альянсе»

С недавнего времени некоторые автозаправочные станции ОАО «Приморнефтепродукт» стали менять свой облик - знакомый большинству автолюбителей фирменный ромб, атрибут всех АЗС «ПНП», уступил место логотипу нефтяной компании «Альянс». С чем связаны перемены и почему заправочные станции «Приморнефтепродукта» теряют свой красно-белый окрас, рассказывает Юрий Екименко, пресс-секретарь акционерного общества.

«Дальморепродукт» под наблюдением. Внешним

Вчера в Арбитражном суде Приморского края завершилась первая сессия давно ожидаемого и самого громкого заседания последнего года – по делу ОАО ХК “Дальморепродукт”. Процесс инициировали многочисленные кредиторы крупнейшей российской рыбопромышленной компании, настаивающие на банкротстве холдинга.

Китайские акварели: Владивосток - Париж

Он пошел в школу в 1966 году – бредящий кистью и красками городской мальчишка из простой семьи. Через 10 лет, когда он окончил школу, в ней практически не осталось преподавателей, и юноше предложили остаться и учить детей рисованию. Он проработал в школе ровно год – достаточный срок для того, чтобы из разряда рабочей косточки перейти в гнилую интеллигенцию и подвергнуться ее пагубному влиянию.

Девяносто японских «нельзя»

Один любопытный факт: из большинства стран Юго-Восточной Азии только Япония не была частично или полностью колонизирована Западом в XIX веке. Как удалось Стране восходящего солнца избежать подобной участи? Доцент педагогического университета Хоккайдо госпожа Момосэ Хибики (в университете Хоккайдо она преподает культурную антропологию и естественную историю, изучает культуру айнов) недавно прочла в Синем зале владивостокского музея имени Арсеньева лекцию “Модернизация Японии – ее культурные стороны”, в которой частично рассказала об одном из аспектов модернизации страны, о том, какими способами она воплощалась в жизнь.

Город ворон

Докучный сорочий треск уже несколько лет является единственным аккомпанементом моего летнего утра. Безнадежно канули в Лету те времена, когда, просыпаясь, я слышала многоголосый птичий хор. Остались ли в моем родном Владивостоке певчие птицы или он навсегда поделен между голубями, воронами, сороками и воробьями?

Последние номера