Будете ли вы купаться в море после сообщений об акулах в акватории Владивостока?

Электронные версии
Личность

Дарующая надежду

Для одних зрителей, не ведающих горечи потерь, телепрограмма канала ОРТ “Жди меня” - просто “слезовыжималка”. Для людей, лишенных всякой информации о своих близких, канувших в жизненной круговерти, “Жди меня” - спасительная соломинка.

Для одних зрителей, не ведающих горечи потерь, телепрограмма канала ОРТ “Жди меня” - просто “слезовыжималка”. Для людей, лишенных всякой информации о своих близких, канувших в жизненной круговерти, “Жди меня” - спасительная соломинка.

Во всем мире проблеме поиска потерявшихся людей уделяется особое внимание: фотографии пропавших детей печатают на этикетках, плакатах, пакетах для молока. Выпускаются специальные бюллютени, журналы.

“Никто не застрахован от трагических поворотов судьбы. “Жди меня” - передача не только для тех, кого коснулась беда”, - считает ее ведущая – актриса Маша Шукшина.

- В “Жди меня” каждый конкретный случай, с которым вы сталкиваетесь, требует не только колоссального внимания, но и душевной отдачи. Вы, Маша, способны сопереживать каждой судьбе?

- До этой передачи я не понимала, как можно так любить всех людей, так им сопереживать и страдать за их судьбы, как любил и сопереживал папа. У меня был свой мир – дети, родные, друзья. А любить всех – мне казалось, это невозможно. Работая в “Жди меня”, я вначале стала разумом понимать отца, а потом уже и сердцем. Я не могу сказать, что сейчас я до конца понимаю папу – таким уникальным надо родиться, но я, наверное, прикоснулась, раскрыла немножко его тайну для себя. Мы снимаем за три дня передач восемь-девять. Вот в этот период я – как выжатый лимон. Потом неделю отхожу. Не могу никого видеть, слышать – столько горя и слез приходится на эти три дня. Потом я поняла, что если буду все принимать так близко к сердцу, то сойду с ума. Сейчас уже легче, все-таки за два года приобрела опыт и выработала свою внутреннюю систему поведения. Я искренне переживаю за своих героев. Но уже не впитываю информацию. У меня уже появилась внутренняя защита.

- Случаются в вашей передаче неожиданные заказы на поиски?

- О да! Один из зрителей однажды объявил, что ищет президента Казахстана. Я поняла, что он не совсем адекватен, и стала медленно отходить, а он хватает у меня микрофон и объявляет, что он еще и Путина ищет. Мне осталось, как обычно я это делаю после выслушанной истории, только объявить номер нашей программы: “937– 99–92 - специально для Путина”. Я доигрывала ситуацию до конца уже под хохот аудитории. Естественно, что в окончательный вариант программы это не попало. Поступает очень много заявок на поиск родных, знакомых из Америки, Израиля, Франции. Были и из Эфиопии. В основном это русскоговорящие люди. Они и прилетают на передачу за свой счет. Люди из России приезжают за счет передачи. Перед съемкой тех, кто должен встретиться в студии, мы разводим по разным комнатам. Первые слезы, первые эмоции неповторимы...

- Во время съемок передачи успеваете следить – как выглядите, тот ли ракурс берет оператор?

- По знаку я близнец и потому могу делать кучу дел одновременно – готовить, говорить, заниматься с детьми. Это помогает и на телевидении. Был момент, когда Игорь Владимирович Кваша заболел и его заменял Сергей Петрович Никоненко. И после записей он просто сползал по стенке, говорил, что во время киносъемок так не изматывался. На телевидении надо держать тройной удар. И какой из трех главный – разделить не могу. Все очень важно, и ничего упустить нельзя. Надо и помнить свой текст, который всегда предполагает костяк передачи, и слушать, что в ухо говорит главный редактор передачи, и следить за реакцией гостей и зрителей в павильоне, т.е. отвечать на незапланированный текст.

- Вы ведете телепередачу “Жди меня”, выпускаете газету “Жди меня”. Это уже стало вашим образом жизни?

- Как раньше с “Американской дочерью” Карена Шахназарова, так сейчас меня ассоциируют только со “Жди меня”. Если меня видят на улице и если кто-то из прохожих хочет кого-то найти, естественно, они тут же подходят ко мне и рассказывают свои истории. Я собираю эти бумажки, передаю в редакцию. Ни я, ни Игорь Владимирович Кваша поисками не занимаемся. Мы только ведущие.

- Сами свою передачу смотрите?

- Да, я обязательно отсматриваю. Увидеть, правильно ли ты ведешь себя перед камерой, можно только по отснятому материалу. Смотрит и моя мама - критик объективный, поскольку она профессионал. Ей пока нравится.

- Может, вы, в отличие от других актрис, чувствуете себя уверенней, имея и другую профессию?

- Да. Я бы переводила литературу с испанского, английского языков. Думаю, нашла бы применение себе. Работала же я брокером… Но богу было угодно, чтобы я стала актрисой, телеведущей.

- Продюсеры дают вам разрешения на съемки? Вы ведь лицо программы…

- Особого разрешения не требуется, хотя у меня в контракте записано, что я оговариваю все рекламные проекты. Что касается кино – я сама себе цензор. Очень много жутких коммерческих предложений, и хотя деньги всегда нужны для семьи, но не могу подставлять свою фамилию. Я говорю не о себе конкретно, а о том грузе фамилии, который был у меня с пеленок. И из-за этого часто приходится отказываться. Но моя нынешняя работа на телевидении вовсе не исключает, что я в кино не смогу сыграть отрицательную героиню. Так уж получилось, что в кино я играла характерные, отрицательные роли. Я играю то, что мне нравится. И имею возможность выбирать. Пока удается уходить от искушения сниматься в коммерческих продуктах ради куска хлеба. Но с другой стороны, профессия актера постоянно требует эксплуатации. Должен быть тренаж. А его у меня нет. Последний игровой фильм был в 1997 году…

Хотелось бы, чтобы мое имя у зрителей ассоциировалось и с телепрограммой “Жди меня”, и с хорошими фильмами.

Автор : Вита РАММ, специально для «В», г. Москва

comments powered by Disqus
В этом номере:
Продаются штаб, баня, квартира и плавбаза

Межрегиональное дальневосточное отделение Российского фонда федерального имущества объявило о целой серии аукционов по продаже высвобождаемой и арестованной собственности на территории Приморского края.

Труба, конечно, не диван. Но и ее можно купить в кредит. Если она пойдет на производство…

Мой сосед, докер Владивостокского торгового порта, неугомонный патриот России, вот уже который год не устает возмущаться: «Скоро всю Россию распродадут. Каждый день нам на комплекс тащат прокат черного металла – трубы, стальной лист и в рулонах, и в пакетах, другие изделия. Мы его отправляем, а получаем из-за бугра какие-то печенюшки. У нас что, металл никому не нужен?» Добавлю к его наблюдениям: то же самое творится и в Восточном порту, и на автопереходе с Китаем «Сосновая Падь». В какой-то степени исполняя пожелание своего соседа разъяснить, когда же закончится «распродажа» России, и одновременно удовлетворяя свое любопытство, автор этих строк встретился с Надеждой Николаевной Ашаевой - финансовым директором Дальневосточного филиала Новолипецкого металлургического комбината (НЛМК-ДВ), может быть, самой компетентной в сфере экспорта металлопроката и металлургического производства фирмы, расположенной во Владивостоке.

За прозрачность финансовых отношений

Постатейная разбивка сметы расходов думы города Владивостока на 2002 год еще не утверждена. Но уже стала предметом широкого обсуждения. Хотя на момент публикаций уже существовал другой проект, где расходы думы были сокращены на 933 тысячи рублей.

Опасный дрейф

Едва не обернулось трагедией катание на льдине двоих находкинских мальчишек, унесенных в море.

Смертельный сон с непотушенным окурком

Сразу семь трупов насчитали сотрудники управления государственной противопожарной службы края в минувшие дни. В шести случаях причиной смерти стало неосторожное курение в пьяном виде.

Последние номера