Где вы отдохнули этим летом?

Электронные версии
Политика

Исповедь приморского губернатора

Вот уже больше трех лет - я начальник. Именно так в России у нас называют людей моего, так сказать, слоя. Не бюрократ, не чиновник, не руководитель - начальник. Начальник отвечает за все: за не выданную вовремя зарплату, за холод в домах, за простаивающие цеха, за рост цен. Люди рассуждают просто: ты начальник - вот и отвечай! Что ж попробую...

Вот уже больше трех лет - я начальник. Именно так в России у нас называют людей моего, так сказать, слоя. Не бюрократ, не чиновник, не руководитель - начальник. Начальник отвечает за все: за не выданную вовремя зарплату, за холод в домах, за простаивающие цеха, за рост цен. Люди рассуждают просто: ты начальник - вот и отвечай! Что ж попробую...

Московская командировка

Совсем недавно я вернулся из Москвы. Слушали президента. Б. Н. Ельцин обратился с посланием к Федеральному собранию. Когда 3 года назад он впервые собрал вот так всех вместе депутатов Государственной думы и Совета федерации, своих представителей на местах, руководителей регионов и членов правительства, журналисты язвили, сравнивая его выступление с докладами генеральных секретарей на партийных съездах. Думаю все же, что нашей государственной культуре, нашей национальной психологии такой стиль доклада соответствует больше, чем, скажем, стиль ежегодного послания того же Клинтона, скорее философский, чем требовательный. Вот только немного обидно стало от примера про Приморскую ГРЭС. И за президента тоже, ведь его явно обманули, в последний момент вставив в доклад “бьющий” пример. Кого бьющий, думаю, понятно...

Павел Бородин, управляющий делами президента, недавно на пресс-конференции рассказал, что и абзац про парламентский центр тоже попал в речь президента по ошибке. Оказывается, его строительство задумано по поручению самого Б. Н. Ельцина: уж слишком много приходится покупать депутатам квартир - так не дешевле выстроить что-то вроде гостиничного комплекса? Там и будут жить депутаты во время работы в Москве, а проиграл выборы - возвращайся домой...

Из Кремля мы приехали в Белый дом.

В. С. Черномырдин выступал с докладом о социально-экономическом развитии России в 1996 году и программе действий правительства на ближайшие три года. Хотя премьер и старался быть оптимистичным, но розданные нам перед заседанием статистические материалы часто говорили совершенно обратное. Спад производства в стране продолжается, замерло строительство, ряд отраслей промышленности просто умерли. Задолженность по заработной плате охватила всю страну, а в 53 регионах по 3-5 месяцев люди не получают пенсии. Государственный долг России постоянно растет. Что предлагает правительство - разговор особый. Это уже четвертая за последние пять лет программа. Предыдущие рождались в головах нескольких “экономических гениев”, а потом под них подгонялась страна. На этот раз правительство поступило иначе. Проект программы специально разослали по всей России: знакомьтесь, вносите предложения. Программа разрослась, и перед заседанием правительства каждому приглашенному вручили пухлый том на полтысячи листов. Почитал, посмотрел: кое-что из предложенного попало в программу, но многие очень важные предложения остались без внимания, а некоторые просто вывернули до неузнаваемости. Взять, к примеру, неплатежи. Уже ни для кого не секрет, что появляются они по многим причинам, но важнейшая - недостаток денег в экономике. Денежная масса в стране в шесть-семь раз меньше, чем принято по европейским стандартам. Что в итоге? Треть промышленного оборота совершается в форме бартера, 15 процентов всех сделок в экономике либо вообще не оплачены, либо оплачены векселями и другими бумажками. Предприятия не платят друг другу за отгруженную продукцию или выполненные услуги и только поэтому существуют. Спрашивается: как заплатить налоги и где взять деньги на зарплату, если у предприятия на счету “живых денег” ни гроша и в кассе пусто? Я предлагал, и меня в этом поддерживали коллеги-губернаторы, известные ученые, хозяйственные руководители - “впрыснуть” в экономику немного денег, не дать промышленности “засохнуть”, поддержать село. К сожалению, это предложение осталось нереализовано. Зато успели прилепить новый ярлык - “Наздратенко пропагандирует инфляцию”...

К ярлыкам и сплетням я уже привык. За несколько лет слышал о себе столько всего! Причем из “самых достоверных источников”. На всю страну в прошлом году объявили о приезде в Приморье контролеров-ревизоров из администрации президента: вот, мол, сейчас найдут, куда пошли бюджетные деньги. Нашли - деньги перечислены энергетикам и угольщикам. Но об этом уже сообщить забыли. Или помню статью из какой-то американской газеты про то, что я продаю Сибирь?! А другая газета написала, что нет, я хочу не Сибирь продать, а совсем даже наоборот - захватить китайские территории?! То я на слонов в Африке охочусь, то строю себе какой-то сногсшибательный особняк, то еду куда-то послом, то назначаюсь министром - всего не упомнишь. Расчет один - может быть, сдадут нервы?

Нет, обвинения, ложь - этим меня не испугаешь. Вот только близкие переживают. Помню, мама позвонила - она в Белоруссии живет - и говорит: сын, уйди ты с этой работы, зачем тебе такая нервотрепка?! Но, главное, не дает покоя такая мысль...

Три года назад я был пугалом для всей “прогрессивной экономической общественности”, когда предлагал уже тогда очевидные вещи. Приостановить приватизацию в базовых отраслях промышленности, прежде всего в топливно-энергетическом комплексе, восстановить в некоторых секторах экономики контроль за ценами - одним словом, вернуться к государственному управлению народным хозяйством. До сих пор помню публичную полемику с одним из дельцов приморского фондового рынка, который мне, горняку, доказывал, как полезна приватизация для Хрустальненского горно-обогатительного комбината. Жизнь нас рассудила. Крупнейшее горнодобывающее предприятие края должно бюджету 23 млрд. рублей, из 6 тысяч работающих осталось 600 человек! Вот цена приватизации на примере конкретного предприятия. Разве это не было понятно уже тогда?

Когда заходит речь о приватизации, всегда вспоминаю председателя краевого комитета по управлению имуществом Геннадия Токуленко. Человек старой школы, исполнительный и дисциплинированный, он во время приватизации аккуратно выполнял все приказы руководства Госкомимущества - и Приморье било все рекорды по приватизации, перевыполняя план на 140 процентов. Но к власти в крае пришли новые люди, и Токуленко стал другим, так же аккуратно и дисциплинированно он выселял сомнительные фирмы и отдавал здания детским центрам и домам ветеранов. Несмотря на неудовольствие своего московского начальства.

...И мне не дает покоя мысль, почему мои предложения, еще недавно слывшие крамолой, теперь звучат с каждой трибуны. Три года я доказывал - тарифы на электроэнергию нужно понижать. А мне в ответ - консерватор. И что? Сейчас опомнились, даже в программу правительства записали: “снижение стоимости электроэнергии - ключевая экономическая задача”, а в правительство ввели должность - первый вице-премьер по контролю за естественными монополиями. Уверен, что первым шагом нового правительства будет снижение цен - на электроэнергию, на железнодорожные перевозки и на энергоносители. Или, по крайней мере, заморозят их рост. Я это предлагал все три года работы.

Другой пример. Президент сказал однозначно: главная задача Госкомимущества - не распродавать как можно быстрее государственную собственность, а эффективно, с умом ею управлять. У нас в крае, к слову, уже создана краевая комиссия по недвижимости, и одним из первых своих решений она освободила от арендной платы общество инвалидов. Мое глубокое убеждение - бремя кризиса должны нести более преуспевающие и состоятельные социальные группы. Выходит, мы опять попали в самую точку.

Именно это и заставляет выступать с неожиданно резкими заявлениями - может быть, услышат и изменят экономический курс? Так родилось открытое письмо министру экономики (теперь уже бывшему) Ясину. Я никогда не бью лежачего. Спорю с чиновником, когда он при власти, когда не согласен с его действиями, когда надеюсь на его вменяемость. А ушел Ясин, и наш спор с ним прекратился - осталась только голодная страна.

Я не люблю позировать, не люблю мелькать на экране. Сниматься для меня - тяжкий труд. Как и вообще любое регламентированное, подневольное поведение. Здесь с меня сходят, как говорится, семь потов, и сам на себя я смотреть на телеэкране страшно не люблю. Но еще в первые годы работы вошло в привычку - объяснять людям, чего мы добиваемся, выступать, рассказывать, отвечать на вопросы. Появился “Губернаторский час”. Я и сейчас считаю: люди должны знать все. Правда, сейчас уже легче. Слаженно заработал пресс-департамент, созданный пресс-секретарем Наталией Встовской. Здесь собирают самую разнообразную информацию о жизни всего Приморья, о людях Приморья. Здесь всегда много журналистов, сюда первым делом приходят иностранные корреспонденты. Но все-таки первыми информационную блокаду вокруг края прорвали редактор газеты “Владивосток” Валерий Бакшин, директор Приморского телевидения Инна Лебедева, краевое радио. Благодаря им, благодаря их профессиональной честности и мужеству появились и достоверные сообщения о нашей работе, и непредвзятые комментарии. По-доброму помогали нам руководители телекомпании “Восток-ТВ” Борис Шварц и Валентин Ткачев, директор ПКТВ Борис Ли, директор РВК Евгений Козуб.

О программе правительства

Итак, новая правительственная программа... У меня есть возражения против нескольких, очень существенных ее разделов. Но главное, конечно, - радикальная жилищно-коммунальная реформа. Недавно услышал по телевизору красноречивую фразу: “По своему значению эта реформа сопоставима с реформой 2 января 1992 года”. Задумался, а ведь правда, так оно и есть. Журналист хотел похвалить реформаторов, а вышло - наоборот. В январе 1992 года Гайдар лишил десятки миллионов людей их многолетним трудом заработанных сбережений. (Кстати, когда я в этом обвинил Гайдара, он подал на меня в суд. Если придет, скоро там с ним встретимся.). Сейчас хотят оставить десятки миллионов людей без квартир: не можете платить - продавайте, перебирайтесь в трущобы. Последнее нажитое отбирают: сначала оставили без сберкнижек, а теперь и без жилья.

Естественно, я против такой реформы. Считаю ее не только социально несправедливой, не вижу в ней вообще экономического смысла. Не заплатят люди новую квартплату - денег нет. Летом прошлого года некоторые “горячие головы” тоже добились увеличения тарифов на электроэнергию в крае, обещали, что энергетика соберет деньги у предприятий и сразу исчезнет кризис неплатежей, прекратятся перебои с электроэнергией, потеплеет в домах. Что получилось? Уже к концу прошлого года начала останавливаться экономика края - не выдержала энергетического налога. Зиму 1996/97 годов опять вытягивали на своих плечах угольщики и энергетики Приморья, и опять в долг...

Не всегда гладко складывались отношения краевой власти с работниками топливно-энергетического комплекса. Но нет нашей вины в кризисе неплатежей: ни рубля не должны краевые власти ТЭКу. Душат энергетику федеральные неплатежи. Душит неподъемный энерготариф. Поразительно, но факт, на предприятия налогов “накручивают” меньше, чем плату за электроэнергию - так кто же ее заплатит? И по сию пору уверен: в нашей стране энергетика должна быть государственной. Это ведь вам не Швейцария, где есть две крупные электростанции, какую хочешь - выбирай. Конкуренция. У нас все не так. Коллективы сами выбрали форму собственности, сами выбрали директоров, сами установили энерготарифы - при чем здесь краевые власти? Логика простая - я о ней говорил - ты, начальник, вот и отвечай. Вот и отвечаю. Хотя теперь у меня, похоже, появился настоящий заместитель на этом участке работы - вице-губернатор Владимир Рудь. Думаю, энергетика - дело для него. Есть и первые результаты - удалось “пробить” дотацию для приморской энергетики. Надеюсь, что мы сможем помочь людям, благодаря мужеству и терпению которых ТЭК вот уже десять лет живет, несмотря ни на что.

...И подводя черту под разговором о жилищно-коммунальной реформе, несколько слов о людях этой профессии. Коммунальщик - профессия, воспетая в тысячах анекдотов и фельетонах, предмет неистощимых шуток и материал для кинокомедий. Так, наверное, многие их воспринимают, но нельзя забывать о главном. Эти люди делают очень нужную, черную и неблагодарную работу на изношенных и перелатанных задвижках, котлах и централях, и в том, что этой зимой не вымерз край, есть и их заслуга. В администрации края за этот участок работы отвечает Виктор Чепик, цепкий и опытный руководитель. Конечно, я за то, чтобы коммунальщики получали вовремя зарплату. Но радикальная реформа жилищного сектора этого не даст, энергетики это уже поняли, когда “захлебнулась” обещанная самоокупаемость. Только дозированная денежная инъекция спасет экономику.

Разговор с премьером

В Москве была встреча с В. С. Черномырдиным. Разговаривали долго, почти два часа. Убеждал премьера - необходима помощь Дальнему Востоку по нескольким направлениям и прежде всего - дотация электроэнергетике. Даже не так: не я убеждал - убеждали цифры. В 1993 году Приморский край по объему промышленного производства занимал 70-е место в России. В октябре 1993 года было принято известное постановление правительства № 1001, и сразу заработала экономика. Начиная с 1995 года Приморский край занимает 23-24-е место в стране по промышленному производству. Мы вместе с еще 12 регионами стали донорами федерального бюджета. И вдруг ломка, лозунги “Даешь самоокупаемость энергетики!”...

Мне кажется, что беда России состоит вовсе не в недостатке или переизбытке реформаторов. Беда - в невозможности провести последовательную политику. Будь то царь, генеральный секретарь или министр-реформатор - всем хотелось отличиться перед историей. Но та же история показывает, что лучше всего России жилось при руководителях, осторожничающих, не спешащих сломать жизненный уклад через колено. Возьмем Александра III. При нем начался промышленный рост, и появился знаменитый российский червонец. При нем переболело страстью к наглой, безрассудно-вызывающей роскоши российское купечество. А самое главное - при нем в России появился средний класс. А ведь как только не топтались на предпоследнем российском императоре “прогрессивные историки”.

Или тот же Брежнев. Спорная личность, но ведь концепция “развитого социализма” и “неуклонного повышения благосостояния трудящихся”, тысячу раз осмеянная при перестройке, имела под собой реальную почву. Социалистические отношения - как мы теперь видим - продвинулись довольно далеко. В самую глубь народной идеологии. При нем шаг за шагом осваивались западные жизненные стандарты. Свои квартиры. Социальные гарантии. Бытовая техника. Минимальное землевладение. Личные автомобили. Но насмерть стояли против частной собственности - вот в чем была ошибка. В Китае это поняли и стали вводить в организм государственной экономики частную инициативу. Но постепенно. У них даже сейчас, на двадцатом году реформ доля государства в экономике больше, чем у нас - после пяти лет преобразований.

...Нет, я был и остаюсь противником радикальных реформ. Поэтому перед встречей с главой правительства собрал директоров предприятий, еще раз “сверил часы” и снова убедился: щадящий энерготариф - не выдумка губернатора, это “дорога жизни” для всей приморской экономики. Зашел разговор с В. С. Черномырдиным и о том, как развивать приморскую экономику. Коротко - насколько позволяло время - набросал нашу экономическую стратегию.

Первое и главное - снизить тарифы на электроэнергию, это сразу остановит спад на ряде крупнейших предприятий. Тот же “Бор” даже в неблагоприятных условиях прошлого года не “уронил” объем производства. Второе - включить в оборонный заказ приморские предприятия. Третье - встроить приморскую “оборонку” в мировые экономические связи: если нам не нужно столько оружия - значит, надо продавать другим. Перспективное направление - разделка вооружения и военной техники на предприятиях края и продажа металла за рубеж. Но здесь свое слово должны сказать и директора - пора работать по-новому, напористее, агрессивнее. Четвертое - сохранить от безжалостной вырубки маньчжурский ясень. Еще год-два постучат топоры, и можно будет закрывать наши лесные и деревообрабатывающие предприятия. Нужна поправка в российский закон.

Заработает промышленность - появятся налоги. А пока - у меня на столе лежит телеграмма из Государственной налоговой службы: “налоговые поступления в крае сократились”. Каждый день я получаю информацию о поступлениях в бюджет - копейки. Очень трудно сейчас приходится краевой налоговой инспекции. К тому же ее начальник Тамара Бутова - такой человек, который болеет за край больше, чем за свое служебное кресло. Сколько ее помню, всегда внимательно разбирается с каждым крупным налогоплательщиком, пытается помочь. Встала на ноги и налоговая полиция, недавно ей исполнилось пять лет (жалею, что не смог приехать на юбилей, поздравить). Возраст юный, но уже есть и хорошие традиции, и крепкие кадры - заслуга генерала Александра Бондаренко и полковника Александра Ролика. И конечно, не могу забыть начальника федерального казначейства Галину Мостовую. Не раз выручала нас эта скромная тихая женщина, когда нужно было по правительственным поручениям срочно собирать деньги на выплату зарплаты. Благодаря этим людям есть отдача от работы ВЧК - временной чрезвычайной комиссии по укреплению налоговой и бюджетной дисциплины.

Куда идут деньги

Вопрос о налоге есть в сущности вопрос о государстве. Государство возникает тогда, когда появляются налоги, и исчезает, когда налоги перестают платить. Сейчас государство не может выполнить все свои обязательства перед людьми - нет средств. Поэтому мы должны не размазывать деньги, а плотно сбить их вокруг нескольких главных задач. Каких?

Первое - это дети. Несколько лет назад меня поразила одна цифра. Оказывается, в Южной Корее, об экономическом чуде в которой много разговоров, в начале 60-х годов было больше студентов, чем в Англии и Франции вместе взятых. Они использовали опыт Советского Союза 40-х годов. Полуразрушенная и искалеченная войной страна нашла возможность дать образование детям, молодежи. В итоге - мощный научный, технический, промышленный рывок в 60-е годы, рывок, удививший, испугавший и многому научивший весь мир. Весь, кроме нас. История повторяется. Те, кто сейчас сидит за партой или на студенческой скамье, - они выведут Россию в лидеры XXI века, они создадут высокие технологии. Они! Если мы не растранжирим, не растащим наши природные ресурсы, не раздадим по кусочку страну, если мы не развалим окончательно систему образования. А она сейчас в кризисе. И не только из-за отсутствия денег - разрушены стимулы к повышению образования.

Почему подорван авторитет ученого, почему прорвались в общественное мнение - а значит, и во власть - невежество и средневековье? Вопрос непростой. Вспомните историю КПСС, политэкономию, всю эту премудрость, от которой сводило скулы и которая не имела ничего общего с реальной жизнью. Вспомните Чернобыль, поворот северных рек, экологические “бомбы” в десятках регионов страны, которые подорвали у людей веру и во всесилие технических наук. А сейчас пришел черед и экономической науки. Ни один прогноз, ни одно обещание правительства - правительства профессиональных экономистов - не реализованы. Вот где истоки разочарования в науке.

Это очень опасно, когда общество разуверилось в научных знаниях, когда падает престиж высшего образования. Похоже, настроение людей начинает меняться. По крайней мере, в Приморском крае. У нас эту работу ведут председатель комитета по науке и высшей школе Евгений Краснов и председатель комитета по делам молодежи Сергей Матлин (а до него Марина Баринова). Огромна роль организаторов науки, которые как полководцы выводили из окружения свои потрепанные части, готовили будущий прорыв. Мне очень близок по духу президент Дальневосточного отделения Российской академии наук Георгий Еляков, ректоры вузов. Их в крае двадцать четыре, и, к моему большому сожалению, я не могу упомянуть всех. Скажу о некоторых.

Настоящий патриот российского флота Вячеслав Седых, ректор Дальневосточной государственной морской академии. Опытнейший руководитель Геннадий Турмов, ректор Дальневосточного государственного технического университета. Своего рода “министр иностранных дел” ректорского сообщества Владимир Курилов, ректор Дальневосточного государственного университета. Великолепный ученый Виктор Белкин, ректор Дальневосточной государственной академии экономики и управления. Истинный подвижник и просто мужественный человек Иосиф Заславский, ректор Дальневосточного института искусств. Умелый хозяйственник и перспективный политик Геннадий Лазарев, ректор Владивостокского государственного университета экономики и сервиса. Эти люди делали вместе с нами революцию в сфере высшего образования в крае, цель которой - облегчить приморским школьникам доступ к высшему образованию, открыть дорогу к знаниям, к заветной профессии талантливым и целеустремленным ребятам из небогатых семей.

Владивосток традиционно был студенческим городом. Но я противник стягивания образовательных учреждений в крупные города, противник деления “центр-провинция”. Старейшие университеты мира, знаменитые альма-матер, как правило, располагаются в самой что ни на есть провинции. Скажем, те же Оксфорд или Кембридж. Наверное, обстановка здесь предрасполагает к углубленным занятиям наукой. Поэтому мы многое сделали для поддержки вузов в Уссурийске, который вырастает во второй вузовский центр края. Здесь работают интересные люди. Ректор Приморской сельскохозяйственной академии Алексей Демин, ректор Уссурийского государственного пединститута Валерий Тарасов, ректор Уссурийского высшего военного автомобильного командного училища Михаил Веденеев. Здесь работает уникальное учебное заведение - суворовское училище во главе с Александром Миненко. Филиалы вузов открылись во всех городах края.

В образовании очень важна система, она состоит из нескольких уровней: школа - техническое училище - техникум - вуз. И возможность получить качественное образование, бесплатное образование должна быть представлена на каждом из этих уровней. Ведь все люди разные: один и с двумя дипломами - дурак дураком, а у другого за плечами профтехучилище, но все вокруг говорят - “золотые руки”. Ведь уважение приходит к тому, кто честно и мастерски делает любую работу.

Поэтому мы поддержали срывающуюся в пропасть систему среднего специального образования. Большая заслуга в этом - председателя совета директоров техникумов Алексея Черновицкого. Поэтому мы постарались, насколько возможно, сохранить систему профтехобразования - одно из по-настоящему нужных изобретений Советской власти: много сил для этого отдает начальник управления профтехобразования Василий Гирийчук. Поэтому мы организовали для сельских ребят конкурс “Лучший по профессии”. Пусть я получил за путевки для победителей выговор, зато ребята посмотрели другую страну. Поэтому мы возродили конкурсы профессионального мастерства для многих других профессий.

Второе направление - пожилые люди. В Приморском крае живет 400 тысяч пенсионеров. К счастью, они не испытывают трудностей с получением пенсии, как это происходит в 53 регионах России. Это заслуга Павла Михайловича Назарова и коллектива Приморского отделения Пенсионного фонда. Но мало вовремя выплатить пенсию, ее размеры совершенно недостаточны. Мы часто встречаемся с председателем краевого совета ветеранов Константином Федоровичем Кравченко и председателем Владивостокского совета ветеранов Яковом Григорьевичем Каном, подробно обсуждаем проблемы пенсионеров. Конечно, основная проблема в том, что не работает закон “О ветеранах”. Вот и в федеральный бюджет 1997 года он опять не попал...

Тоже важный вопрос - федеральный бюджет на 1997 год. Когда слушали его в Совете федерации, один за другим поднимались председатели комитетов и критиковали на чем свет стоит. А потом проголосовали “за”. Не знаю, как другие, а я поддержал бюджет по следующей причине. В нем Приморскому краю утвержден самый большой процент отчислений из Федерального фонда финансовой поддержки регионов. Здесь необходимо небольшое пояснение. В апреле прошлого года я обратился к президенту с предложением изменить систему финансовой поддержки регионов. Приморский край содержит воинские формирования, но компенсации за это не получает. Письмо письмом, прочитали и забыли. Нужна постоянная работа со многими чиновниками. Ее тяжесть легла на плечи первого вице-губернатора Николая Садомского. Блестящий специалист в области государственных финансов и опытный организатор, он сумел серьезно улучшить работу финансового управления, а главное, наладить связи с министерством финансов. Конечно, большую роль сыграла и начальник финуправления Надежда Австерова. Они и их коллектив “протоптали” через десятки московских кабинетов деньги для края, которые должны поступать в течение года. Мог я “зарубить” такой бюджет? Конечно, нет.

Теперь мы сможем - если бюджет будет исполняться - больше средств направить на поддержку пенсионеров, особенно пострадавших от реформ. Их всех защитила и спасла конкретная программа социальной защиты. В крае построено и оборудовано 12 домов ветеранов, несколько лечебно-оздоровительных центров, десятки центров социального обслуживания и отделений медико-социальной помощи. Мы и дальше будем продолжать эту программу.

Третье направление социальной политики - учителя и врачи. Совсем недавно я приехал в родной Дальнегорск. Собирались вместе выпускники 1967 года. Вокруг все знакомые лица. Было много воспоминаний. Разговор получился долгий. Но запало в душу: школу, конечно, выскребли, чисто везде, аккуратно, но видно, что обстановка бедная. Смотрю на своих учителей, как скромно одеты. Еще раз убедился - закон “О социальном статусе учителя” нужен. Когда готовили его, против выступили все службы администрации, кроме начальника управления народного образования Николая Шугая ,- нет средств. Да, денег мало. Но этот закон нас самих заставит шевелиться. Сколько можно терпеть унизительную ситуацию, когда люди, создающие генофонд страны, ходят в нищих. Их зарплата должна быть самая высокая.

Здравоохранение - тоже очень болезненная отрасль и в прямом, и в переносном политическом смысле. Как только начались какие-то непонятные большинству людей разговоры о платной медицине, народ сильно задумался. Разговоры о платной медицине задевали всех. Жизнь показала, что здравоохранение тоже не терпит операций по живому. Да, часть медицинских услуг может быть платной - для желающих. Но для всех остальных должен быть определен необходимый объем медицинской помощи, который финансируется государством или при помощи государства. Пока же эта система постоянно дает сбои. И только благодаря ответственности медиков - которые и в этой ситуации часто говорят, дайте хотя бы деньги на лекарства! - здравоохранение не только существует, но и развивается. Очень многое для умножения материально-технической базы медицины делает начальник управления здравоохранения Юрий Селютин.

Люди с погонами

Когда обсуждали проект бюджета, я написал министру Родионову письмо: Игорь Николаевич, если бюджет ведет к недофинансированию вооруженных сил, буду голосовать против. Ведь жизнь края напрямую зависит от финансирования армии и флота. Нет денег - значит платим мы, значит атомные подводные лодки ремонтируют за счет заработной платы бюджетников и детских пособий. А не ремонтировать нельзя. Про катастрофу в Чажме в 1985 году все помнят. Но министр обороны согласился с принятием бюджета, и я проголосовал “за”.

Приморье традиционно относится к военным регионам. Здесь служили крупные военачальники, но, пожалуй, уже очень давно не собиралась воедино в одно время такая плеяда великолепных военачальников. Они разные. Командующий Тихоокеанским флотом адмирал Владимир Куроедов - настоящий флотский интеллигент, что-то в нем есть от дореволюционного морского офицера. Хорошо знаю я и его предшественника - адмирала Игоря Хмельнова и не верю в обвинения против него, у нас все продажи вооружения шли только через министерство обороны. Командующий корпусом ПВО генерал-лейтенант Валентин Кураев другой, про таких говорят - настоящий служака. Командующий пограничным округом генерал-полковник Виталий Седых - настоящий русский генерал, патриот до мозга костей, даже удивительно, как ему дали сделать столь стремительную карьеру в наше время.

Мы часто встречаемся, и я хорошо знаком с обстановкой в вооруженных силах. Но не только из докладов я знаю, скажем, о размерах арсеналов, скопившихся на приморской земле, - сам кое-что видел в Новонежино, в Талом, в Хороле, на станции Боец Кузнецов. Не из газет получил представление и о войне в Чечне. В феврале 1995 года приехал в Чечню, приехал не войска инспектировать - я их туда не вводил, не боеприпасы привез. Приехал поддержать наших ребят - от рядовых до офицеров. Раз они воюют, я, как губернатор, обязан знать - как они? Вице-губернатор Федор Новиков, надо отдать ему должное, организовал приморских рыбаков, послали ребятам много вкусных вещей. Сейчас российские войска ушли из Чечни. Но война не окончена. Для меня она окончится только тогда, когда последний пленный российский солдат - будь он из Приморья или из Свердловска - вернется домой. Этим занимается советник губернатора Адам Имадаев. Он живет в Чечне, ему удалось вызволить из плена уже восемь наших ребят.

Не прекращается ни на минуту и другая война - война с преступностью. Против государства выступает мощная и сплоченная сила. Криминальные структуры включились в передел собственности, приватизация им оказалась на руку. Вспомним хотя бы историю с “Востоктрансфлотом”, на котором сошлись интересы доморощенной и международной преступности. Однако гораздо увереннее стала работать милиция, хотя для этого пришлось ее почистить. Именно милиция спасла край от мутной волны преступности и шизофрении. Мне нравится стиль работы начальника краевого УВД генерал-майора Александра Васильева, без истерик, без лишней шумихи, основательный. Очень много и на пользу края работает коллектив краевой прокуратуры во главе с Валерием Василенко. У нас ему, пожалуй, труднее, чем в Нагорном Карабахе, где отработал много лет. Подлинным оплотом законности - непредвзятым и объективным - является краевой суд во главе с Виктором Ражевым.

Порядок во власти

Государство обязано обуздывать “слепую силу” рынка, иначе она разорвет социальную толщу страны. Государство должно осваивать сложнейший механизм законодательного регулирования общественной жизни. Однако в арсенале государственной власти были и останутся и чисто административные рычаги управления. Меняется политическая и экономическая реальность - должна меняться и система исполнительной власти. В противном случае новые идеи завязнут в аппаратных недрах, острые ситуации будут заставать государственный аппарат врасплох. Поэтому мы начали работу над изменением структуры администрации края. Думаю, здесь проявятся сильные стороны руководителя аппарата Валентина Кузова. Должность эта непростая, требующая крепкой хватки и опыта - чисто административного. Неплохо сработались они с руководителем административного департамента Германом Зверевым. Этот еще совсем молодой человек ведет всю переписку губернатора, рассматривает поступающие документы и дает по ним поручения комитетам и управлениям администрации края. Вдвоем они - “классические чиновники”, как я их называю, - составляют весьма прочную связку.

Власть становится многоуровневой. Очень много вопросов возникает в работе с федеральными ведомствами, и неоценимую помощь в этой работе оказывает представитель президента Владимир Игнатенко. Потрясающе мужественный человек, ни разу не испугался он возможного увольнения, не цепляется за должность, всегда и во всем занимает принципиальную позицию - защита интересов приморцев.

Политическими стали теперь отношения с главами муниципальных образований. В декабре 1996 года все они заняли свои посты на выборах. Я знаю многих из них - это опытные, толковые люди. И я не очень понимаю призывов “Помогите новым главам”. Они что, калеки, чтобы им ноги передвигать? Они работают на своих избирателей, и надо сплотиться вокруг них, надо верить им, надо дать им возможность работать. Кстати, некоторым из них было бы полезно присмотреться к опыту предшественников. А тем я бы посоветовал ходить, не склоняя головы. Вам досталось самое трудное - налаживать работу местного самоуправления, когда не было ни законов, ни денег, ни собственности. И вы с этим справились. В работе с главами мне помогает первый вице-губернатор Валентин Дубинин.

Важный участок работы - взаимоотношения с политическими партиями и общественными объединениями. Я не делаю между ними различий, отвергаю только фашистские партии. Думаю, хорошо, когда у людей есть интерес к общественным делам, в какой бы политической форме он ни проявлялся. А вот к религии отношусь немного иначе. Мне кажется, что здесь речь идет не только о свободе совести, ведь нужно уважать не только право одного человека исповедовать свою религию, но и право общества оберегать свои культурные основы, свою национальную самобытность. Исторически определилась особая духовная роль в нашей стране православной церкви. Поэтому я испытываю огромное уважение к непростой, но очень важной работе владыки Вениамина. В крае зарегистрировано несколько сотен партий, общественных движений и религиозных конфессий, поэтому для работы с ними мы создали специальный комитет во главе с Зинаидой Андреевной Иовковой.

Граница

Приморье - это одна из исторических точек на великом пути России в Азию. На встречу с Азией Россия ринулась рисково и авантюрно. Поколения за поколениями уходили из коренной внутренней России на восток. Офицеры, переводчики, востоковеды и дипломаты, сенаторы, географы, казаки, писатели и дельцы, миссионеры и железнодорожники. Впервые Российская империя объединила лес и степь, бездорожную тайгу и бездорожную степь в нечто осязаемое, возведя полосу, мирную и нерасторопную, от Петербурга до Порт-Артура. Полоса была густо замешена на идеях и человеческой воле. Маленький очаг нескольких редких княжеств на небольших речках Московии стал заводным механизмом людского потока.

Империя не разглядела себя в зеркале собственных размеров, она ошиблась в поиске равновесия, оставив сбитым с толку весь мир, растеряв свои ресурсы. Россия сузилась до пределов XVII века, но и сейчас поневоле является мостом из Европы в Азию. История и география разжали тиски, но оказалось, что история и география никуда не деваются, остаются. Мы не можем об этом забывать, мы должны помнить о наших предшественниках, собиравших по крупицам Россию. Мы сумели в немыслимо краткие сроки разгрохать какие бы то ни было основы государственной жизни. Пора остановиться. Экономика, наука и культура, влияние в мире, армия - все это мы своими руками разрушили и разрушаем, осталось только одно - территория. Отдадим ее - и вовсе перестанем существовать как государство. Правители приходят и уходят, союзники появляются и исчезают, а родная земля остается. И я буду ее отстаивать, чего бы это мне ни стоило. Потому что это последний оплот Российского государства...

Автор : Евгений НАЗДРАТЕНКО, губернатор Приморского края, специально для “В”

В этом номере:
Мы бы стали голосовать за Владимира Никифорова

Почти 20 лет он живет во Владивостоке, причем почти половину из них - в общежитиях. Да к тому же в разных районах города. Кому же тогда, как не ему, представлять ваши интересы в думе?! Тому, кто за свою жизнь миллион раз сталкивался с городскими проблемами. Так же, кстати, как и вы, дорогие избиратели.

30 марта я пойду на выборы депутатов городской думы

Я - самая обыкновенная горожанка. Работа, ребенок, семейные дела - все, в общем, как у всех. И как большинство владивостокцев, всегда старалась быть подальше от политики.

Чтобы думать о городе, нужно знать его экономику

Леонид Николаевич Дерюгин - генеральный директор АООТ “Далькомхолод” - баллотируется в качестве кандидата в депутаты Владивостокской городской думы по 19-му округу в Первомайском районе. Большинству горожан “Далькомхолод” лучше известен как хладокомбинат № 1, одно из самых надежных и эффективных предприятий города. Леонид Дерюгин - настоящий профессионал в основных отраслях экономики Владивостока: оптовой торговле и рыбной промышленности.

Голосование в море

Моряки АО “Дальневосточное морское пароходство”, находящиеся в рейсах, начали досрочное голосование в городских выборах, которые пройдут 30 марта.

Исповедь приморского губернатора

Вот уже больше трех лет - я начальник. Именно так в России у нас называют людей моего, так сказать, слоя. Не бюрократ, не чиновник, не руководитель - начальник. Начальник отвечает за все: за не выданную вовремя зарплату, за холод в домах, за простаивающие цеха, за рост цен. Люди рассуждают просто: ты начальник - вот и отвечай! Что ж попробую...

Последние номера